По своему личному опыту попробуйте определить вероятность того что вас спросят во время урока
Перейти к содержимому

По своему личному опыту попробуйте определить вероятность того что вас спросят во время урока

Даниэль Канеман «Думай меньше, действуй быстрее»

Психология критического мышления

Книга «Российская коррупция: уровень, структура, динамика» представляет читателю результаты серии социологических исследований, проведенных Фондом ИНДЕМ с 2001 по 2010 год. Исследования объединены общей инструментальной и методической базой, основанной на специальных разработках Фонда ИНДЕМ. Коррупция предстает в книге как сложное социальное явление. Авторы пытаются адекватно отобразить эту сложность, анализируя разные стороны коррупции качественными и количественными эмпирическими методами. Важным аспектом является анализ динамики коррупции. Книга является попыткой представить фрагмент нового научного направления, которое может быть названо «социология коррупции». Книга предназначена для научных работников, преподавателей вузов, студентов и аспирантов, а также практических работников в сфере государственного и муниципального управления. Содержание: Разделы / В.Л. Римский. § 1.1. Краткое описание выборок анкетных исследований. С. 78-88. / В.Л. Римский. § 1.7. Краткое описание методики проведения неформализованных интервью. С. 208-219. / В.Л. Римский. § 2.5. Отношение респондентов к опросам, в которых они принимали участие. С. 277-283. / В.Л. Римский. § 4.4. Коррупция в системе образования. С. 385-403. / В.Л. Римский. § 4.5. Коррупция в системе здравоохранения. С. 404-416. / В.Л. Римский. § 4.6. Коррупция в судебной системе. С. 416-445. / В.Л. Римский. § 5.5. Антикоррупционные практики бизнеса. С. 515-527. / В.Л. Римский. § 6.2. Проблемы бизнеса — качественные данные. С. 536-546. / В.Л. Римский. § 6.4. Бизнес и проблемы законодательства — качественные данные. С. 560-564. / В.Л. Римский. § 6.5. Бизнес, судебная система и правоохранительные органы — качественные данные. С. 564-568.

Download Free PDF View PDF

Российская коррупция: уровень, структура, динамика. Опыты социологического анализа / Под ред. Г.А. Сатарова. - Москва : Фонд «Либеральная Миссия», 2013. - 752 с. URL: http://indem.ru/CD/RosKorru.pdf.

В учебном пособии рассмотрены теоретико методологические основы разработки, принятия и реализации управленческих решений, обобщены методы и приемы, используемые персоналом управления при их принятии. Предложены подходы к совершенствованию теории и практики принятия решений. Показана связь управленческих и функциональных решений. Изложена новая парадигма принятия решений. Для студентов, аспирантов, преподавателей и управленцев практиков.

Download Free PDF View PDF

По своему личному опыту попробуйте определить вероятность того,что вас спросят во время урока

DashaMmsi

Вообщем, если ты хочешь найти вероятность этого, то тебе нужно разделить 1 на кол-во учеников в классе.

DashaMmsi

Ответ должен быть меньше 1 и не должен равняться 1

Новые вопросы в Другие предметы

розповідь на тему доброзичливість — це єдина річ через яку людина може ТЕРМІНОВО ТРЕБААА​

прислів’я) 3. Підготуйте коротке усне або письмове повідомлення з аргументацією за темою «Роль співчуття у взаєми- нах між людьми».​

Помогите найти информацию по зарубежке (
Помогите пожалуста пж

4. Proszę zapisać do zeszytu, uzupełniając brakujące litery. 6. ponie__ia ek 7. sp źnien_e 8. kole anka 9. ksi żka 10. zdj_ci 11. g bka 0. proszę 1. p … _ _epra__am 2. dziękuj 3. Wochy 4. te___nika 5. p__yroda​

О МИЧМАНЕ ИЛЬИНЕ, ЕГО ЖЕНЕ И «ГОЛЬЯНСКОЙ БАРЖé» Текст научной статьи по специальности «История и археология»

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Коробейников А. В.

Рассказ про то, как в ходе рейда по Каме миноносцы Волжской флотилии 17 октября 1918 г. захватили у села Гольяны баржу, в которой оказалось более четырёхсот заключённых Советских работников– это, пожалуй, наиболее известный эпизод истории Ижевско-Воткинского восстания. В Советское время было опубликовано несколько десятков противоречивых вариантов описания данного события: назывались не только различные фамилии авторов и исполнителей данной акции, но и её детали, а также число освобождённых. Автор проводит собственное расследование, анализируя мемуарные и архивные источники (в том числе ранее не публиковавшиеся). Тщательное сопоставление данных позволяют не только восстановить детальную картину произошедшего, но вскрыть ранее не известные важные детали истории Ижевско-Воткинского восстания.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Коробейников А. В.

Легендарная гольянская баржа
Героический анекдот лейтенанта Раскольникова
Без свидетелей (показания П. Н. Невлера)
Волжская флотилия в Среднем Прикамье в 1918 году
Как пишут легенды (рассказ Е. Е. Малюганова)
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «О МИЧМАНЕ ИЛЬИНЕ, ЕГО ЖЕНЕ И «ГОЛЬЯНСКОЙ БАРЖé»»

ISSN 1994-5698 ИДНАКАР

РЕКОНСТРУКЦИИ Научный журнал

О мичмане Ильине, его жене и «Гольянской барже»

ПУБЛИКУЕТСЯ НА ЛИЧНЫЕ СРЕДСТВА

Интернет-магазин «Книги Удмуртии» WWW.1udm.ru распространяет печатную версию. Электронная библиотека ELIBRARY.RU публикует содержание всех номеров журнала. Периодичность выхода: не менее двух номеров в год.

Издатель — Алексей КОРОБЕЙНИКОВ

Главный редактор — д.и.н., проф. Сергей БЕХТЕРЕВ

Редколлегия -д.ф.н., проф. Риф НАСИБУЛЛИН, д.и.н. Игорь ЖЕРЕБЦОВ, д.и.н., проф. Аркадий ТРОНИН, д.т.н., проф. Николай МИТЮКОВ, к.и.н. Владимир ЧУРАКОВ, к.и.н., доц. Сергей БЕЛЫХ (ответственный секретарь), к.и.н. Дмитрий Репников, к.ф.н. Галина Старкова, Алексей КОРОБЕЙНИКОВ.

Рецензенты: Кобзев И.И., независимый исследователь, канд. культурологии Павлова И.Ф. доц. каф. Мультимедиа технологий УдГУ, к. пед.н.

Коробейников А.В. О мичмане Ильине, его жене и «Гольянской барже». Идна-кар: методы историко-культурной реконструкции [Текст]: научно-практический журнал. № 2 (15). — 2012. — 166 с.

Рассказ про то, как в ходе рейда по Каме миноносцы Волжской флотилии

17 октября 1918 г. захватили у села Гольяны баржу, в которой оказалось более четырёхсот заключённых Советских работников- это, пожалуй, наиболее известный эпизод истории Ижевско-Воткинского восстания. В Советское время было опубликовано несколько десятков противоречивых вариантов описания данного события: назывались не только различные фамилии авторов и исполнителей данной акции, но и её детали, а также число освобождённых.

Автор проводит собственное расследование, анализируя мемуарные и архивные источники (в том числе ранее не публиковавшиеся). Тщательное сопоставление данных позволяют не только восстановить детальную картину произошедшего, но вскрыть ранее не известные важные детали истории Ижев-ско-Воткинского восстания.

О мичмане Ильине, его жене и «Гольянской барже»

Официальные документы, формирующие проблемную область. 4

1.Первая публикация (Викентий Карманов, 1918 г.). 12

1.1.Комментарий: составляющие морального вреда. 20

2.Сарапульский военком А.Галанов, 1922 г. 24

2.1.Комментарий: зачем на Каме миноносцы. 34

3.Невлер, он же Петров, 1927 г. 40

3.1. Комментарий: верить-не верить. 50

4.Рассказ мичмана Ильина, 1934. 55

4.1.Комментарий: флаг адмирала. 62

5.Говорит боевая супруга, 1924 г. 76

5.1.Комментарий: мичман Мейрер против писательницы

6. Девочка Маша баржу нашла. 92

6.1.Комментарий: публицистика эпохи «Большого террора». 97

7. А причём тут Азин. 103

7.1.Комментарий: новые герои. 107

8. Л.Е.Берлин о дисциплине и флаге. 110

8.1. Комментарий: культ Раскольникова в год развала СССР. 115

9.Альбокринов? Толокнов?Елисеев. 119

9.1. Комментарий: причём тут вообще Раскольников. 126

9.2. Комментарий: комиссар продотряда или флотоводец. 131

10. Как и отчего уменьшалось число баржевиков. 138

11. Анализ фотодокумента. 148

Литература и источники. 163

О МИЧМАНЕ ИЛЬИНЕ, ЕГО ЖЕНЕ и «ГОЛЬЯНСКОЙ БАРЖЕ»

Официальные документы, формирующие проблемная область

Рассказ о том, как моряки Волжской военной флотилии Красных в октябре 1918 г. героически захватили у Прикамского села Гольяны баржу, в которой содержались арестованные повстанцами Советские работники, давно стал хрестоматийным; он имеется во всех сборниках воспоминаний, издававшихся к тому или иному юбилею Октябрьского переворота (Октябрьской Революции); в виде главы или абзаца он содержится во множестве книг о Гражданской войне, многократно печатался в газетах и представлен в экспозициях нескольких региональных музеев.

Иными словами, кажется, об этом эпизоде давно всё известно, а организатор «беспримерного» рейда командующий флотилией Ф.Ф.Раскольников получил как бы за него свой первый орден Красного знамени.

А что забавно: если читать каждую из публикаций о «Гольянском

подвиге» саму по себе, по отдельности от других, то всё, как будто, ясно и логично. Но вот если положить перед собой хотя бы две какие-нибудь публикации, случайно взятые на выбор из великого множества, то нельзя будет не заметить в них совершенно необъяснимых противоречий, которые наводят на мысль, что, по меньшей мере, один из этих двух «свидетелей» дезинформирует или не договаривает.

Нестыковки в свидетельствах могут быть, на первый взгляд, совсем незначительными: источники указывают разные даты события (от 16 до 30 октября 1918 г.), расходятся относительно количества заключённых (от 400 до тысячи и более человек), противоречиво говорят о деталях операции и составе её участников. И самое поразительное: известно несколько моряков-мемуаристов, каждый из которых заявляет, что операцией по захвату баржи руководил именно он и никто другой!

Есть какой-то логический дефект даже в тех данных, которые изложены во всех источниках одинаково: освобождать баржу в прифронтовое село Гольяны отчего-то направились сразу 3 боевых корабля-миноносца, несущие 6 пушек и около 20 пулемётов, а в операции было задействовано не менее двух сотен моряков. Но уже пару дней спустя, когда, казалось бы, Красные начали концентрировать свои силы для решительного штурма мятежного Ижевска и Вот-кинска, миноносцы из состава флотилии вместе с командующим Раскольнико-

вым уходят на среднюю Волгу, под Царицын, где создалось критическое положение, оставляя в Прикамье лишь суда, приспособленные под канонерские лодки путём переоборудования их из буксиров и грузо-пассажирских пароходов. И в дальнейшем, вплоть до бегства Волжской флотилии в начале ноября 1918 г. на базу в Нижний Новгород, накануне решительных боёв Красных с Народной армией, эта флотилия в наших краях никакими, подчеркнём, никакими боевыми успехами похвастаться не могла: она не потопила здесь ни одного парохода противника, не захватила десантом ни одного населённого пункта, не поразила ни одной батареи повстанцев.

Всё это, вроде бы необъяснимые мелочи. Однако, как говорится, «Снизу звёздочки кажутся маленькими-маленькими. Но стоит взять в руки телескоп, посмотреть вооружённым глазом, как сразу мы увидим 2 звёздочки, 3 звёздочки, а лучше, конечно, 5 звёздочек.» То есть, человек, вооружённый исследовательской методикой, даже в этих противоречиях откроет то, что сами мемуаристы рассказывать вовсе не собирались. Давайте, применяя принцип логической инверсии, станем искать именно там, где рассказчики либо вообще молчат, либо стараются нас увести в сторону от существа вопроса, двигаясь по идеологической колее, натоптанной руководящей партией.

Но для начала обратимся не к мемуарам, а к официальным документам, прежде всего к Приказам Второй армии Восточного Фронта Красных; Флотилия находилась в оперативном подчинении этой армии.

16 октября 1918 г. командарм В.И.Шорин, находящийся со штабом в г. Вятские Поляны, издаёт «Приказ войскам армии о ликвидации Ижевско-Воткинской группировки противника». Процитируем его: « 1. ..На левом берегу Камы небольшие части противника обнаружены против с. Каракулино, у Никольского (Берёзовка), у Камбарского завода и у с. Дубровское. Противник, бывший восточнее Бережных Челнов1, отходит к Мензелинску; Бугульма взята нами.

2. Войскам 2 армии приказано ликвидировать Ижевско-Воткинское восстание. .

а) Тов. Раскольникову с флотилией и с 1 бригадой 1 сводной дивизии, оставив небольшой отряд восточнее Бережные Челны для наблюдения за Мензе-линском и для связи с 5 армией и одну роту с двумя орудиями у Чеганды для обороны устья р. Белой, следовать вверх по Каме к Сарапулу. По прибытии в

1 Совр. Набережные Челны (Яр Чаллы).

Сарапул, сменить там части 2 дивизии и содействовать этой дивизии во взятии Ижевска и Воткинска.

б) Тов. Азину со 2 сводной дивизией и с приданными к ней частями немедленно подготовиться к наступлению на Ижевск. По прибытии Раскольникова в Сарапул атаковать Ижевск.

г) Тов. Медведеву с Особой , отрядом Аплока и флотилией 3 армии продолжать наступление на Воткинск.2

4. Всем перечисленным начальникам установить самую тесную связь со штабом армии, дабы своевременно получать сведения о противнике и руководящие указания для объединения действий.

5. Штабу армии оставаться в Вятских Полянах». [1, с. 81-82]

До настоящего времени не были опубликованы никакие документы о том, что Раскольников, в соответствии с п. 4 вышеприведённого Приказа получил от командования руководящее указание атаковать противника путём рейдиро-вания вверх по Каме или что ему дано было хотя бы разрешение идти на поиски баржи. Видимо, приказ о Гольянском рейде он не получал, и никаких документов на это счёт вообще не было? Командарм 16 октября приказал ему прибыть в Сарапул и точка.

Пожалуй, первое по времени документальное свидетельство об этой барже содержится в оперативной сводке Штаба второй армии Восточного фронта от 18 октября 1918 г.:

«.Волжская военная флотилия, узнав, что в Гольянах (на правом берегу Камы, в 30 верстах к северу от Сарапула) стоит баржа с арестованными советскими работниками, вышла из Сарапула вверх по Каме с целью захватить указанную баржу. Прибыв в Гольяны, начальник флотилии, выдав себя за белогвардейца, приказал буксирному пароходу, стоявшему у пристани, от имени белогвардейского командования, взять баржу на буксир и повести её вниз к Сарапулу. Хитрость вполне удалась, и баржа благополучно прибыла в Сарапул. На барже оказались 522 советских работника, находившихся в ужасном положении: большинство были раздеты и покрыты только рогожами; вид их был крайне изморенный. Все они от голода едва стояли на ногах. Накануне 30 человек были расстреляны. В ночь на 18 октября та же участь ожидала и остальных. Радость освобождённых из рук белых палачей была неописуема.

У завода Камбарский (на левом берегу Камы, в 30 верстах к юго-востоку от Сарапула нашей флотилией были захвачены после короткой перестрелки с

2 Названные войска наступали с севера.

противником баржа с 16.000 пудов хлеба и 2 буксирных парохода3. Командарм-2 Шорин, Политкомиссар Штернберг.» [2]

Историкам известно и про нешифрованную телеграмму, текст которой был будто бы принят на митинге, который состоялся на площади Сарапула утром 18 октября: «Сарапул, ШТБ. Москва, Совнарком Ленину. Копия Кремль, Свердлову. В ночь с 16 на 17 октября Волжская флотилия прошла от устья реки Белой в Сарапул, где и соединилась с дивизией тов. Азина. Получив здесь сообщение о том, что выше Сарапула в 23 верстах по течению Камы стоит баржа, нагруженная арестованными красноармейцами и Советскими работниками, вывезенными Белой гвардией при отступлении от Сарапула, флотилия тотчас направилась вверх по Каме. Обстреляв Белых, наши прибыли в Гольяны, где и действительно была обнаружена баржа, охраняемая караулом в 45 человек. Не открывая огня по неприятельской пехоте, наблюдавшей за действиями флотилии с берега, и, находясь, всё время операции в виду шестидюймового орудия, поставленного также на берегу, миноносцы подошли к белогвардейскому пароходу и приказали ему именем командующего взять на буксир баржу с арестованными и немедленно следовать в реку Белую. Принимая нашу флотилию, идущую без флагов, за белогвардейскую, караул немедленно подчинился, и под охраной миноносцев баржа была приведена в Сарапул. На ней оказалось 432 Советских работника. Все они были почти голые, покрытые одними рогожами, голодные и больные. Все они были приговорены к расстрелу с наступлением темноты». [3, с. 19]

Результаты рейда немедленно были замечены руководством Красных: в Протоколе заседания Революционного комитета г. Сарапула от 21 октября 1918 г. содержится пункт № 9, в соответствии с которым бывшая улица Сарапуль-ская переименовывается в улицу «Мичмана Раскольникова».4 [4, л. 40 об.]

Процитируем Приказ Реввоенсовета Республики от 16 января 1920 г.: «Награждается орденом Красного Знамени командующий Волжско-Камской флотилией тов. Раскольников за отличное боевое руководство флотилией в кампанию 1918 г., когда наша слабая Волжская флотилия остановила двигавшуюся с юга сильнейшую флотилию противника, за действия при взятии

10 сентября 1918 г. красными войсками Казани, за отбитие под Сарапулом 17

3 Отметим данное обстоятельство: по пути в Сарапул флотилия захватывает сразу два буксирных парохода, но в рейд за баржей-тюрьмой их отчего-то не берёт.

4 После объявления Раскольникова невозвращенцем и «врагом народа» эта улица получила наименование Первомайской. В свою очередь, после реабилитации Раскольникова его имя снова вернулось на карту Сарапула; улица Красная была переименована в улицу Раскольникова. А тогда, в 1918 г., Раскольников, самовольно отправив миноносцы в рейд, действовал в нарушение «вертикали власти», но был объявлен победителем, которых «не судят». Видимо, ему тогда нужна была эффектная «победа»?

октября 1918 г. отрядом из трех миноносцев под личным его командованием баржи с 432 арестованными противником советскими работниками и за активную оборону низовьев и дельты Волги в кампанию 1919 г.».

В 1928 г. вышел в свет капитальный труд «Гражданская война» в которой В.И.Шорину принадлежит глава «Борьба за Урал». Здесь он пишет: «Незадолго перед взятием Сарапуля5 было предупреждено исполнение крайне коварного и злодейского замысла, который по своей жестокости затмил бы времена Неро-на.6 Через агентуру стали доходить сведения, что белогвардейское командование, арестовав несколько сот рабочих и прочих трудящихся за сочувствие Советской власти и коммунистической партии и посадив их в трюмы баржей, морило их голодом и подвергало всяким жестоким истязаниям. Когда же стало ясно, что Сарапуль не удержится, то было решено баржу с заключёнными сжечь, предварительно выведя её на середину реки, а заключённых замуравив в трюмах.7 Чтобы спасти заключённых от этой страшной и кошмарной смерти, командование флотом, не задумываясь, решается на крайне рискованный поступок. Тов. Раскольников с частью судов из флотилии, под белогвардейским флагом, подплывает к судам Белых, стоящим у Гольян, и здесь отдаёт приказание, как бы от имени белогвардейского командования, немедленно забуксировать баржу с заключёнными для исполнения над ними приговора. Белогвардейцы, ничего не подозревая, беспрекословно подчиняются приказу и прицепляют баржу, которая благополучно уводится. » [5, с. 146-147]

В 1928 г. в селе Гольяны появился кирпичный «Памятник на братской могиле баржевиков, замученных белогвардейцами в плавучей тюрьме в 1918г.» [7,

5 Несмотря на то, что книга долгие годы являлась отражением государственной точки зрания на события Гражданской войны, здесь явная ошибка: баржа была освобождена не до, а после взятия Сарапула Красной армией. Впрочем, Шорин во время описываемых событий был со штабом в Вятских Полянах, и вполне мог не обратить внимания на эпизод с баржой вследствие его малозначительности на фоне боевых операции Второй армии.

6 Вот они, плоды классического гимназического образования!

7 Возможно, командарм В.И.Шорин смешивает здесь два тезиса. Так, известно, что Василий Иванович Чуйков во времена Гражданской войны выросший от красноармейца до командира полка, уже став маршалом, вспоминал: «Некоторое время спустя к поселку Усть-Сарапулка течением прибило к берегу горящую баржу. Это был белогвардейский «плавучий крематорий». В нем в запертых трюмах находились сотни борцов за Советскую власть. Днем 3 июня по Каме вниз по течению проплыло два плота с виселицами. На первом плоту было четыре, на втором — пять повешенных». [6, с. 98] Всё вроде бы верно: село Усть-Сарапулка расположено на 3 км. ниже Сарапульского железнодорожного моста через Каму, но только одно не «срастается»: даже если горящую барже на Каме Красные бойцы и видели, то свидетельство Чуйкова относится не к октябрю 1918, а к июню 1919 г. К тому же из текста не ясно по каким признакам мемуарист установил, что те убитые были именно Красными?

с. 78] До 1938 г. на нём можно было прочесть соответствующую надпись с указанием фамилии Раскольникова.8

С 1929 г. по 19З8 г. на карте Прикамья существовало село Раскольниково: «по просьбам трудящихся» так было переименовано бывшее село Гольяны, [8; 9; 10]. И до сих пор именем Раскольникова названы улицы.

Таким образом, очевидно, что «мичман Раскольников» явился как субъектом, так и продуктом культа личности. Придя к такому выводу современный «белогвардеец» может махнуть рукой на все остальные данные по рассматриваемой теме: «Всё это, мол, Советская брехня и пропаганда!». А тот, кого принято было называть «homo soveticus», все свидетельства «героизма краснофлотцев» с восторгом примет на веру, и, пуще того, станет их перепубликовы-вать на сайтах и в блогах и пересказывать своим школьникам и студентам в целях патриотического воспитания последних. Но что на это заметить? И «Белый» и «Красный» тут будут не правы; оба сделают вредное дело, увеличивая количество невежества в мире. Отчего так?

8 Памятник стоит до сих пор; говорят, что имя Раскольникова с надписи было срублено.

С одной стороны, мы видим, что даже официальные документы, которые, по идее, должны быть точны, ибо они были предназначены для «внутреннего пользования», а не для пропаганды, и до настоящего времени пребывают погребёнными в различных архивах и не доступны, а значит и почти не известны ни студентам, ни школьникам, ни краеведам, даже эти официальные документы излагают историю Гольянского рейда по-разному, и в них имеются разночтения в деталях, которые наводят на мысль о том, что эти документы в изложении фактов не точны. Но стоит ли заниматься их подробным изучением лишь для того, чтобы выяснить, кто и когда эти реляции приукрасил? Возможно, это и было бы интересно для кого-то. Но, полагаем, что для массового читателя, интересующегося событиями Ижевско-Воткинского восстания, куда как важнее получить новое знание, раскрывающее данное событие с необычных ракурсов.

Краткий рассказ о событии, задокументированный на телеграфном бланке и в армейских документах, а, говоря по-современному, дискурс, разлагается на следующие составляющие его элементарные тезисы:

1. Рейд флотилии был осуществлён по инициативе её командующего. (Данных о том, что Раскольников получил санкцию на него от своего непосредственного начальника командарма Шорина тут нет.)

2. Целью тщательно спланированного рейда дивизиона миноносцев вверх по Каме был именно захват баржи с арестованными, и ни что иное.

3. Миноносцы были без флагов, начальник флотилии выдал себя за белогвардейского офицера, а конвой баржи и капитан буксира ему поверили.

4. Было спасено то ли 432, то ли 522 пленника, которые находились в неудовлетворительном физическом состоянии.

5. Накануне освобождения (т.е. 16 октября) часть пленников с баржи (30 человек) было расстреляно по приговору репрессивных органов повстанцев. Остальные узники также были приговорены к расстрелу.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

То есть, если бы не подоспевшее 17 октября освобождение, то они определённо были бы убиты Ижевско-Воткинскими повстанцами.

6. До того, по пути в Сарапул от Бельского устья 16 октября флотилия случайно захватила у Камбарки 256 тонн хлебопродуктов, погруженных в баржу, а также 2 парохода. Всё это принадлежало неназванным хозяйствующим субъектам.

Но здесь такое дело: чем больше мы пытаемся прояснить противоречия источников официальных, прибегая к изучению источников мемуарных, чем больше нового мы стремимся узнать, обращаясь к воспоминаниям участников, тем больше возникает неясностей и вопросов. И вместо того, чтобы прояснить противоречия, на вышеозначенный «скелет» официальных реляций последующие рассказчики навешивают свой камуфляж. Конечно, каждый из очевидцев убеждает нас в своей объективности и осведомлённости по типу: «И я там был, мёд-пиво пил.», но мемуарная литература, по определению, литература всё-таки несколько более художественная, чем документальная, и она несёт не только отпечаток личности автора, но и она создаётся в определённое время и публикуется лишь по определённому заказу. Как говорится, кто платит, тот и заказывает. И если мы видели, что единства в изложении деталей не было даже у синхронных официальных источников, то как ждать единообразия и согласованности версий от мемуаристов, каждый из которых или отрабатывал гонорар, обещанный издательством, или имел иные мотивы рассказывать на заказ? А заказ на дискурс весьма сильно менялся на протяжении десятилетий.

Станем снимать завесы, и попытаемся при этом найти как в известных, так и во впервые публикуемых здесь источниках, новую информацию о нашем Восстании, а после разберём официальный дискурс «по косточкам» для того, чтобы проверить его по всем пунктам.9

В итоге нам хотелось дать читателю издание, которое представляет собой не только свод полнотекстовых письменных данных по одному из ключевых вопросов нашего Восстания, но и вполне законченное исследование, выводы которого базируются на приведённых источниках. Преимущество такого формата публикации, который пока не стал стандартным для нашей историогра-

9 История Восстания была искажена в Красных источниках ещё до окончания этого Восста-

ния: например, теперь общеизвестно, что Красные командиры рапортовали Ленину о взятии ими Ижевска во второй половине дня 7 ноября, в то время как на самом деле это произошло лишь на следующий день, и боёв в городе не было. Таким образом, и цитированные телеграммы о захвате баржи безоговорочно принимать на веру тоже нельзя.

фии, вполне очевидны: читатель получает возможность самостоятельно изучить источники и составить собственное суждение о проблеме.

Чтобы не нарушать целостности восприятия исследуемых текстов, выносим все наши полемические и информационные замечания в подстраничные ссылки, а исследовательскую часть — в комментарии.

1.Первая публикация (Викентий Карманов, 1918 г.)

В Национальном музее Удмуртии хранится экземпляр газеты «Борьба» за 27 октября 1918 г. где опубликован текст воспоминаний баржевика Викентия Карманова. Это, видимо, первый по дате публикации текст, записанный со слов участников событий. Приведём его полностью.10 [11]

На барже от Сарапула до Гольян

«В Сарапульскую тюрьму я попал вскоре после знаменитой ночи 18 сентября, когда контрразведка Белых и эшелон Ижевцев под страхом расстрела раздели почти донага всех заключённых и расстреляли из их числа около 20 человек.

Пребывали мы в тюрьме в самых неблагоприятных условиях. В нашей камере №6 находилось 100 человек. Было тесно, грязно, и нечем дышать, так как усердные часовые редко позволяли открывать окно. Выдавали в сутки один фунт хлеба, 11 в обед — суп из грязных внутренностей, и вечером — кашу. И всё-таки условия тюремной жизни после, нам казались раем.

В четверг 3 октября с утра стало заметно у Белых волнение. В окно, когда его открыли, доносилась орудийная канонада. Умыться не дали, говоря, что сломался водопровод. Заключённым, у которых всё было снято, дали арестантские рубахи, шапки и брюки. Пронёсся слух, что нас повезут на баржу.

В барже был один люк, который тотчас же закрыли, как только нас ввели. Впечатление получилось такое, что будто спустились в могилу. В темноте наталкивались один на другого, падали. Немножко освоившись с темнотой, начали разыскивать знакомых. В некоторых местах ободрали внутреннюю обшивку баржи, надеясь найти щель. В корме нашли дыру дюйма 3-412 в диаметре и одну

10 Выражаем искреннюю благодарность руководителю Гольянского школьного музея Коре-пановой Евгении Юрьевне за предоставление машинописной копии данного текста и другие материалы, предоставленные для опубликования.

11 1 фунт = 410 г.

12 1 дюйм =2,54 см.

щель. Стали смотреть, куда повезут. Оказалось — довезли до железнодорожного моста13 и бросили якорь. Караул уехал в Сарапул, осталась одна администрация. Возникла мысль устройства побега, но из-за малодушия большинства её пришлось бросить.

Вечером баржу повели обратно и поставили против Сарапула. Прошла ночь и дали есть вчерашний тухлый суп и кашу. К вечеру следующего дня привезли переданную родственниками пищу. Некоторых заключённых, в том числе женщин и уголовных, сняли и увезли в Сарапульскую тюрьму.

Наступила вторая ночь. Многие не спали, будучи в подавленном настроении.

Утром на 5 октября повезли вверх по Каме, и когда остановились саженях в 100-15014 от берега, то в щель разобрали, что стоим у Гольян. В то же утро, вынося наверх парашу, бросился в воду политический комиссар, фамилию которого я не узнал.15 Его поймали и избили. Передавали, что он лежит наверху связанный, но дальнейшая его судьба нам осталась неизвестной.

Сверху крикнули бывшего Председателя Сарапульского исполкома П.Краснопёрова.16 Все думали, что его убьют, но он скоро вернулся, и, обращаясь ко всем, сказал: «Товарищи, я должен предупредить вас, чтобы не делали никаких заговоров, так как малейшая попытка к побегу приведёт к расстрелу; нам пока нечего беспокоиться — мы являемся заложниками.» Все немного успо-коились.17 И так пошли дни за днями.

Первые дни давали по % фунта хлеба, и по нескольку ложек мутной бурды на человека. Потом стали выдавать один хлеб: по полуфунту, по четверти и, наконец, по одной осьмой фунта на человека, и были дни, когда ничего не давали 18

С голода начался промен часовым оставшихся вещей: сапог, брюк, шинелей, и вообще всего, что можно было променять. За кусок хлеба и папироску махорки отдавали всё. Курили гнилое сено и рогожки, брошенные ещё в Сарапуле. За 2 недели выкурили минимум 10 пудов19 сена и 5-10 рогож. Голод и

13 Мост железной дороги Казань-Екатеринбург расположен чуть ниже Сарапула по течению.

14 1 сажень =2,13 м.

15 Фамилия комиссара, который утопил парашу, была Мутьян (Мунтян). См. воспоминания П.М.Невлера в данном издании.

16 Павел Агафангелович Краснопёров, бывший матрос, принадлежал к партии эсеров-максималистов.

17 По всей видимости, охрана воспринимала П.Краснопёрова как некоего «старосту камеры» и передавала через него предупреждение о необходимости соблюдать режим содержания.

18 Повстанческая Народная армия, окружённая Красными, испытывала дефицит ресурсов; так, известно, что на уборку крестьянских полей газетные объявления приглашали выходить всех трудоспособных горожанок, не занятых на заводском производстве.

19 1 пуд =16,4 кг.

курение сена и рогож сделали людей неузнаваемыми. Люди ходили как тени. Многие заболели и не могли ходить. 20 Больных приказывали выносить наверх, где их, как оказалось, прикалывали. Так погиб член Центрального комитета Щевелёв, избитый до полусмерти ещё в Сарапульской контрразведке. Больного Щевелёва уже ночью вынесли наверх товарищи Зылёв и Дроздов. Говорили, что караул поит их чаем. Ждали до утра, решив, что они уехали сопровождать товарища Щевелёва в больницу. Оказалось, что и они все приколоты. На первых днях увезли 17 человек. Ожидали, что их освободили, но их постигла та же участь. 21

Через несколько дней появились слухи, что взят Сарапул, и даже Нечкино, но не верилось этому. Строились предположения, что нас скоро повезут в Ижевск. Потом, начиная верить в судьбу Сарапула, более бодрые допускали возможность взятия Гольян Советскими войсками неожиданным набегом и освобождения нас.

Числа с 10 октября в щель заметили бегство белых из Гольян на Каму. Бежали с каждым днём всё больше и больше. Перевозили ящики, вероятно с оружием, из Ижевска. Удирали буржуи и кулаки, многие на телегах, с имущест-вом.22 У щели дежурили днём и ночью. В неё были видны 7-8 баржей, пароходы «Сергей Витте»23, «Рассвет» и «Шторм». Однажды к нам случайно попала рваная газета «Ижевский защитник» за 8 октября24, в которой говорилось, что под Сарапулом идут бои с участием флотилии, и мы недоумевали : «Где же флотилия Белых, если Сарапул взят?»25

20 Если принять число курящих в барже в 400 чел., то простым делением получаем, что каждый ежедневно выкуривал более чем по 30 г. сена. Для сравнения: чистый вес табака в одной пачке сигарет без фильтра составляет 17 г. Иными словами, каждый заключённый ежесуточно и добровольно всасывал в себя ядовитых веществ (смол, угарного газа и пр.) в количестве, близком к тому, что содержится в двух пачках самых дёшёвых и низкокачественных сигарет! Разумеется, все они при этом, находясь в замкнутом пространстве, были ещё и пассивными курильщиками, вдыхая дым от «самокруток» своих соседей. Можно представить, какой в барже без вентиляции стоял дым! Напомним, что эти люди отравляли себя таким образом две недели подряд, видимо, для того, чтобы приглушить чувства голода и беспокойства за свою жизнь.

21 Мемуарист категорично утверждает то, чему сам свидетелем не был, и источника этих утверждений не называет. Следовательно, данные свидетельства достоверными считать нельзя.

22 Массовое отступление бойцов Народной армии, членов их семей и жителей Ижевска и Воткинска произошло месяцем позже.

23 Этот пароход был захвачен повстанцами, кажется, ещё в августе 1918 г. и использовался как вооружённое судно.

24 Очевидно, газета попала к узникам от караула вместе с табаком: сенную труху, рогожи и табак для их курения надо было во что-то заворачивать, а выменивать табак без бумаги и спичек было бы бессмысленно.

25 Сарапул, как крупный речной порт, вероятно, был опорной базой Галёвской флотилии Воткинской Народной армии. Иной «Белой» флотилии в Среднем Прикамье не было, если не

В атмосфере начало появляться что-то жуткое. Высказывались опасения, что всех потопят или перестреляют. Но это было бы неслыханным зверством на весь мир, и мы ожидали, что будут перестреляны только более выдающиеся Советские работники.

Последние дни слухи стали один мрачнее другого. Часовые, при обмене вещей на хлеб и табак, говорили: «Отдавайте, скоро приедет контрразведка и отберёт всё».

Каждый караул за смену одевался в одежду заключённых. Были случаи, что часовые потешались, бросая вниз небольшие кусочки хлеба, и наблюдая за возникшей из-за обладания ими давкой. Счастливчик, ухвативший крошку хлеба, убегал в тёмный угол и проглатывал хлеб там, чтобы не видели другие.

В одно утро, под предлогом «в Ижевск» увезли представителей Ивано-Вознесенского района: Сидорова, Жиделёва и Мельникова. Что с ними — тоже не известно. 26

Приближались роковые дни.

15 октября часовые уверяли, что не сегодня-завтра приедет контрразведка. С 15 на 16-е несколько человек не спали, дежуря у дыры.

Около лампы, где всегда били насекомых, собралось до 15 человек. Подошёл П.Краснопёров и попросил закурить у татарина, у которого был какой-то суррогат. Татарин дал ему на папироску, сказав, что, мол, может быть придётся обратиться когда-нибудь за документами, как к председателю исполкома. На что тов. Краснопёров ответил: «Разве есть документы в загробной жизни? Я эту жизнь считаю загробной».

После этого мы с тов. Краснопёровым и матросом Петуховым разговаривали часа 2-3. Тов. Краснопёров говорил, что: «Если случится чудо, и я выйду из этой загробной жизни, то работать активно уже не смогу, так как здоровье плохое — сильная чахотка.Только хотелось бы одно: стихотворения да рассказы мои, да исторические материалы, которые находятся у редактора Иванова, выпустить бы в печать, а затем описать переживания в тюрьме и на барже, и вести социалистическую агитацию.»

принимать во внимание двукратное появление нескольких кораблей из дивизиона капитана Федосьева.

26 Известно, что Сарапул был взять силами 2-й дивизии к вечеру 5 октября. А уже 6 октября состоялось заседание Сарапульского Временного революционного комитета, на котором обсуждался и вопрос об арестованных повстанцах. Протокол того заседания гласит» По докладу т. Линдемана всего арестованных 50 чел., из них, по мнению докладчика, 10 безусловно подлежат расстрелу как явные белогвардейцы. Остальных необходимо заключить в тюрьму и произвести дополнительное следствие.» [12, л. 14] Кроме того, 9 октября Сарапульский Ревком отправляет в Москву 19 вагонов хлебопродуктов, отобранных у населения края. [13, л. 21]

После этого я лёг спать. Тов. Краснопёров сказал, что не будет ложиться, и обещал разбудить меня подежурить у дыры. Я заснул и проспал до рассвета.

Проснулись все от шума. Кричали: «Одевайся и выходи все наверх!»

Всполошились, и, быстро схватив оставшуюся ещё одежду, стали толпиться возле единственного люка, где была лестница.

Вверху раздалась команда: «Вылетай по 5 человек как пробка!»; пять человек выбегали, что было сил. Внизу не знали, куда выводят, ибо страх уже объял всех, так как часовые, стоявшие вокруг люка, сильно волновались: у них тряслись руки и ноги, дёргались щёки.

Я пошёл в десятом или двенадцатом пятке. Кругом стояли цепи солдат. Рядом стояла баржа, на которую брошены сходни, и как только наши входили на неё, как нам кричали: «Раздевайтесь скорее!»

Снимали всё, кроме нижнего белья, а у некоторых и его снимали, снимали даже лапти, носки, и тут же били прикладами и гнали в люк. Проходили сквозь строй. С обеих сторон били прикладами, и когда человек подходил к люку, его били тычком прикладами, и он вниз головой падал внутрь баржи. Я тоже, получив несколько ударов, свалился внутрь.

Там находилось человек 50.27 Баржа была гнилая, на полу, под редкой настилкой плескалась вода.28 После ударов нельзя было дышать. Везде ползали избитые, с избитыми и поломанными костями, и, не смея стонать, только кряхтели.

Некоторые стояли на коленях и молились.29 Мысль была такая, что нас хотят утопить или бросить на произвол судьбы. Скоро стали раздаваться выстрелы: это расстреливали намеченных и тех, чья физиономия не понрави-

Кругом баржи шла стрельба, так как некоторые поспевали броситься до расстрела в воду.

Ужас объял всех. Всех трясло, как в сильной лихорадке. Некоторые, поставленные под расстрел, прыгали в люк. Их вытаскивали обратно те из

27 Если мемуарист был в десятой или двенадцатой пятёрке, а во второй барже оказалось полсотни людей, значит, почти все, кто вышел из первой баржи благополучно переместились во вторую?

28 Если повстанцы, как пишут здесь и в позднейших сочинениях, планировали заключённых утопить, то удобнее всего им было бы это сделать именно в этой, гнилой и худой барже.

29 Это единственный источник, который свидетельствует, что заключённые обращались к Богу.

30 Другие мемуаристы указывали, что расстрел производился вовсе не случайно: либо по списку, либо на тех, кого именно следует расстрелять, указывали «опознаватели» из числа жителей Камбарки, Фокинской волости (ныне Чайковский район Пермского края) и Сарапула; они знали своих местных партийных и Советских функционеров в лицо.

нас, которые боялись расстрела всех, для которых своя шкура была ближе.

Так вытащили обратно Ахтямова, матроса Вечтомова, комиссара банка Будри-на и др. Вечтомов хотел спуститься под настилку в воду31, но его вытащили. Он плакал, говорил: «Что вы делаете, товарищи?», но животный страх за себя преодолел: люди тащили его и других. Ужасная, небывалая, потрясающая душу картина, которую не могла создать даже война.

А наверху — стоны расстреливаемых и стрельба.

Так перегнали нас из баржи в баржу всех. Некоторые, когда их хотели расстрелять, кричали: «Граждане, не стреляйте, я укажу вам комиссаров!» и, указывая на других, спасали свою шкуру.

Потом сверху крикнули: «Выходи один за другим назад!». И мы пошли, и опять выхватывали из рядов и расстреливали.

Впереди меня, через два человека шёл бывший товарищ 32 председателя Сара-пульского исполкома Комаров. Один солдат спросил его:

Сердце пало: думаешь, и тебя спросят. Нет, прошёл, а сзади кричат: «Бей его!»; кого-то ударил часовой, и винтовка, вырвавшись, полетела по барже. Снова спустились в баржу. Построились в два ряда. Спустился караульный начальник и приказал34: «Справа по порядку рассчитайсь!». И прыгающими губами, дрожащими голосами «рассчитались».

С одной стороны 110 рядов и один лишний.35 С другой — 107 неполных.36 Караульный начальник сказал: «Вас 434 человека, и на этих будете получать хлеб и горячую пищу» (которой потом не было и в помине). При раз-

31 На дне баржи имеется настил, т.н. слани, на которые кладут груз для защиты его от влаги: деревянные корпуса судов всегда водотечны.

Т.е., говоря современным языком, заместитель.

33 Нечкино — село на Каме между Сарапулом и Г ольянами. Можно заключить, что 16 октября целенаправленно «отфильтровывали» именно сарапульских Советских работников.

34 Начальник караула рискует спуститься в трюм, где четыре сотни заключённых могут его порвать в клочки голыми руками (?!) Этого не произошло, видимо, лишь потому, что все они были запуганы и подавлены. Впрочем, для пересчёта путём построения не было необходимости: если заключённых перегоняли туда-сюда пятёрками, то они, наверняка, были при этом сосчитаны.

35 Т.е. 221 человек. Для того, чтобы поставить 110 человек в шеренгу, т.е. к плечу требуется площадка величиной более 50 м. Видимо, баржа была настолько велика?

36 Т.е. 213 человек.

даче хлеба оказалось 422 человека. Вероятно, некоторые, боясь сказать свою фамилию37, решили хлеб не получать, а может столько осталось.

После пережитого ужаса спрашивали, кто убит, передавали подробности расстрела, так как были случаи, когда расстреливали двух-трёх человек, а ос-

тавшиеся из пятка смотрели.

Передавали, что для расстрела садили и ставили на борт спиной к воде, и стре-

ляли разрывными пулями в грудь и голову. У некоторых сносило черепа.

Тов. Краснопёрову стреляли в грудь, но он не пал в воду, а свалился на борт баржи, после чего, передают очевидцы, его на пяти штыках сбросили в воду.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Всё остальное время 16 октября не смели говорить громко. Большинство лежали, так как побои прикладами получили все, не исключая стариков и боль-ных.40 Не битых было 10-20 человек. Это те, которые прыгали в люк через винтовки, или кто служил предателями своих.

Ночь на 17 октября прошла в тревоге. Караульные говорили, что сегодня, не вечером, так ночью приедет контрразведка и станет расстреливать всех.

Наутро разнёсся слух, что идут миноносцы. Спрашивают, кто это говорит? Оказалось, что это сообщил дежурящий у щели в корме Вильде. Вильде — старый матрос. Стали судить, чьи могут быть миноносцы. Боялись верить, что это Советские.

37 Видимо, охраной после «фильтрации» был составлен список заключённых?

38 Т.е. из пятёрки. Можно понять, что мемуаристу о расстреле лишь рассказывали, сам он его не видел.

39 В реальности разрывных пуль у повстанцев быть не могло: они использовали боеприпасы, захваченные в тире Ижевского оружейного завода: здесь для пристрелки винтовок использовались обычные пули. Кроме того, они захватывали патроны в бою или даже покупали (!) их у красноармейцев. Вообще, повстанцы, испытывая дефицит боеприпасов, наладили кустарное изготовление патронов вручную: у подобранных гильз заменяли капсюли и снаряжали порохом по-новой. Не имея оболочек и сердечников для пуль, они свивали из медной проволочки пружину, и, вставив в форму, заливали свинцом. Витки меди при этом выполняли роль ведущих поясков при движении пули в канале ствола. Внешняя баллистика таких пуль отличалась от стандартной: вследствие своей негладкой поверхности они летели с громким жужжанием, их траектория и дальность полёта были далеки от обычных. Баллистика цели тоже была иной: если обычная винтовочная пуля пробивала тело навылет, то самодельная пуля деформировалась, и, отдавая всю свою кинетическую энергию, образовывала широкий раневой канал и выносила с собой кусок тела, образуя обширное выходное отверстие. Скорее, это были экспансивные пули. Но эффект их действия очевидцы, чьи воспоминания отражены в Красных источниках, ошибочно принимали за действие разрывных пуль.

40 Можно полагать, что охранники имели приказ причинить нелетальные и временные повреждения здоровья всем заключённым без разбора: человек со сломанным ребром или рукой некоторое время после освобождения будет не только нетрудоспособен, но и к военной службе однозначно не сгодится, т.е. в Красную армию не пойдёт, и в штурме Ижевска участвовать не будет.

Вот передают, что миноносцы идут уже против Гольян. 41 Один прошёл баржу. Наводят орудия на Гольяны. И всё не известно: кто?

Наконец, узнали, что нас взяли на буксир и повели вниз по Каме. Стало заметно оживление. Говорили: пусть Сарапул в руках Белых, но нас, может быть, посадят в тюрьму, которая после расстрелов и голодовки казалась нам раем.

Проехали деревни Макарово, Пещеры, Село Нечкино, Нижние Пещеры, и всё не знаем, кто и куда нас ведёт. Некоторые шутили: дескать, провожают с почётом: впереди миноносец и два сзади. Хотя люки были закрыты, но кто-то увидел кислые физиономии часовых, которые тоже не знали, кто и куда их везёт.

Но вот на ходу к барже пристал миноносец и арестовал часовых. Уже подъезжали к деревне Дулесовой42. Стал открываться люк. Все шарахнулись в стороны. В люк заглянул матрос и сказал: «Живы ли, братцы?» и бросил каравай хлеба. Что было после этого — нельзя передать никакими словами! Закричали «Ура!», захлопали в ладоши, и многие ещё не верили, что это свои. Когда все, наконец, узнали, что это свои, и мы свободны, то крики «ура!» потрясали баржу.

Люди как тени, которые не могли ходить — и те поднимались, целовались все, обнимались и целовали друг друга: руки, плечи и плакали. Плакали те, которые не плакали десятки годов и с детства. Потом запели «Смело, товарищи, в ногу» и похоронный марш по убитым товарищам.

Пели и плакали, плакали навзрыд.

Это были слёзы спасённых, почти воскресших людей.

Матросы дали табаку, хлеба, отдали нам всё, что у них было.

Показался Сарапул — земля обетованная — и с вечера 17 октября всю ночь ходили, ели, пили кипяток, которого не видели ни одного глотка за 14 дней.

Это всё, что я мог описать, и прошу товарищей с баржи описать то, что я не знаю, что я не видел, и что не мог видеть.

Слава бессмертная товарищам морякам, спасшим нас из рук Белых чертей. Пусть золотыми буквами имена всех моряков запишут в революционную историю.

Слава Борцу за угнетённых товарищу Раскольникову.43 Мы до смерти будем благословлять имена моряков и товарища Раскольникова.

41 Баржа стояла на якоре выше Гольян, примерно там, где сейчас в посёлке имеется улица Красных баржевиков.

42 Совр. деревня Дулесово Нечкинской Сельской администрации. Около 12 км. от Сарапула.

43В тексте именно так, «Борцу», с большой буквы!

Т ак вот что пришлось пережить нам в плену у проклятой, пресыщенной от пота и крови буржуазии. Пусть знает пролетариат всего мира, как буржуазия мстит поднявшему знамя борьбы пролетариату.

Вставай, многочисленная рать обездоленных, на месть, на уничтожение дармоедов.

Да здравствует Советская власть! Да здравствует царство трудящихся! Смерть паразитам!

Викентий Карманов» Г151

1.1.Комментарий: составляющие морального вреда

Данный рассказ Викентия Карманова, записанный буквально «по горячим следам» бы опубликован политотделом Азинской дивизии в газете, которая выходила в Сарапуле и предназначалась не только для информирования бойцов Красной армии, но и для всего населения Среднего Прикамья.

Судя по форме и содержанию, очерк о рейде флотилии должен был формировать у читателя определённый эмоциональный настрой. Во-первых, впечатлительный читатель может сопереживать страданиям избиваемых и расстреливаемых заключённых, а также испытать чувство гордости за подвиг, совершённый Красными моряками.

Однако, в отличие от всех публикаций последующих лет, никаких указаний на то, что заключённые подвергались систематическим пыткам и издевательствам в данном тексте нет. Автор просто пишет о том, чему явился свидетелем, не накручивая эмоции читателя. А свидетелем расстрела конкретных людей он не был, и пишет об этом со слов сокамерников. В самом деле, сотни баржевиков и десятки участников рейда находились в момент выхода газеты в свет тут же, в Сарапуле, и газета просто не могла идти принципиально вразрез со свидетельствами очевидцев. Следовательно, по данному пункту показания Викентия Карманова можно полагать объективным.

Итак, этот рассказ (дискурс) можно разделить на следующие составляющие:

1 .Многие мемуаристы отмечают неудовлетворительные условия содержания в трюме, вызванные отсутствием емкостей для экскрементов (см. далее). Это принуждало заключённых отправлять естественные надобности в носовой части трюма баржи. Однако Викентий Карманов, не сообщая о присутствии экскрементов в трюме, говорит о причинах их появления в арестном помещении: оказывается, политический комиссар Мутьян в первый же день стоянки в

Гольянах утопил парашу! Зачем он это сделал? Трудно сказать: если бы он реально хотел совершить побег, то ему было бы достаточно самому в воду прыгнуть, а зачем парашу топить и лишать своих сокамерников элементарных человеческих удобств? Понятно, что после этого эпизода охрана перестала выпускать «парашутистов» на палубу, ибо, по общей логике, конвой отвечает за каждого заключённого, и подвергается наказанию в случае, если в его смену случается побег.

Характерный образчик Советской пропаганды: карикатура из газеты «Борьба» за 27 октября 1918 г. Это тот же номер, где была помещена статья В.Карманова. Редакционный художник, видимо, был из Сарапульских обывателей: красный флаг для него в диковинку и он ошибается и в надписи на нём и в изображении серпа и молота. Характерно, что те, кого в вышеприведенной статье называют «дармоедами» и буржуазией «пресыщенной от крови и пота трудящихся» при отступлении теряют свою обувь- лапти! Из фонда НМ УР.

2.Невыносимые условия содержания узники во многом создавали себе сами: Карманов пишет, что многие из них заболели от недоедания и от курения. Действительно, дорогой читатель, попробуйте вы, при нормальном питании выкурить сидя в непроветриваемой комнате за сутки две пачки сигарет без фильтра. И вас зашатает, и здоровым вы себя чувствовать перестанете. А тут две недели суперинтенсивного курения в запертом помещении со спёртым воздухом. Удивительно, как они вообще там выжили, в этой «газовой камере». Притом, эту коптильню они устроили себе добровольно! А если бы заключённые на свои сапоги и «польта» выменивали у охраны не только табак и спички, а, например, самогон или иные наркотики, то они бы находились в постоянном состоянии опьянения?

Показателен описанный пример Павла Краснопёрова, председателя Сара-пульского исполкома: он знает, что у него чахотка (лёгочное заболевание), и мечтает ещё пожить, но при этом, наверняка, будучи предупреждён врачом о недопустимости курения, продолжает курить; просит у сокамерников и курит суррогат, т.е. какой-то заменитель табака, вероятно, то самое сено или труху от рогож.

Итак, сидельцы в барже травились сами, никто их силой к этому не принуждал. Вы скажете, что в тюрьме всегда скучно, и заключённые везде и всегда курят неумеренно много, чтобы одурманить свой мозг и отогнать тяжёлые думы. Но это смотря какие заключённые. Мы опубликовали воспоминания Елены Юрасовой о событиях Восстания в Воткинске; там тоже были свои баржи, и в одной из них был заключён Иван Юрасов, бывший комиссар юстиции. Так вот этот человек, не только не опустился в заключении, не сидел в состоянии тупого оцепенения, а нашел в себе силы поддерживать дух сокамерников: он по памяти составил песенник, и разучивал песни с товарищами по несча-

Вообще, история сохранила множество примеров того, как высокодуховные и целеустремлённые люди от графа Монте-Кристо до русских социалистов использовали срок заключения для самообразования и умственного развития сокамерников: они читали книги, а при их отсутствии вспоминали и пересказывали прочитанное, декламировали стихи, вели диспуты, изучали друг от друга иностранные языки. Одним словом, организовывали «тюремные университеты». А относительно заключённых в Гольянской барже, увы, выходит так, что они самостоятельно и добровольно увеличивали степень своих физических страданий?

44 См. подробнее «Дочь коммуниста Юрасова». [15, с. 10-34]

3. Правду сказать, для того, чтобы сокамерники были способны организовать для себя некоторые бытовые условия и хоть какие-то безвредные для здоровья и полезные для развития личности занятия, для того, чтобы защищать свои интересы в отношениях с конвоем, у них в «хате» должен быть коллектив. Ибо лишь коллектив способен организовать группу людей в структуру, которая может действовать на пользу каждому сокамернику. А вот коллектива в том трюме как раз и не было. Все прочитанные нами к этому дню мемуары барже-виков не дают ответа на ключевые вопросы их двухнедельного трюмного бытия: кто был старостой камеры или, говоря специальной лексикой, кто был «паханом», который эту «хату» держал? Или у них был какой-то выборный коллективный орган руководства, способный примирять эгоизм отдельных граждан, подчиняя его интересам сообщества? Ведь известно, что всякое людское сообщество либо по команде сверху, либо естественным образом должно сорганизоваться иерархически и функционально.

Мемуаристы пишут, что попав в тёмный трюм, они на ощупь начинали искать своих. А кто были эти «свои»? В трюме сидели лица, ранее судимые по общеуголовным статьям и комиссары, евреи и китайцы, татары и латыши, большевики и максималисты, матросы и крестьяне, ижевцы и камбаряки.И на основе опубликованных здесь мемуаров пока можно лишь предполагать, по каким признакам эти 400-500 людей там «скучковались» с теми, кого считали «своими».

Карманов определённо указывает, что в экстремальных ситуациях, когда повстанцы проводили выборочный отстрел комиссаров и Советских работников, и всех «объял животный страх», каждый был сам за себя (см. выше). Однако же, наверное, не всё было так просто: комиссаров баржевики выдавали и в обычные дни, когда лично им расстрелом никто не грозил. Мемуарист простодушно заявляет о том, что они надеялись, что повстанцами будут расстреляны лишь «выдающиеся Советские работники», а остальных, естественно, оставят в покое. Иными словами, каждый там переживал опасения за свою жизнь и ждал подвоха от соседа. В данной ситуации «дерущихся пауков в банке», несомненно, увеличивалась и степень нравственных страданий заключённых.

Зададимся вопросами: отчего заключённые выдавали комиссаров за кусок хлеба, за горсть табака, и просто так? Почему «матроса Вечтомова и других» на расстрел из трюма вытащили «люди», т.е. сами заключённые? И куда потом делись эти «люди», после освобождения баржи Красной флотилией? Неужели, наравне со всеми баржевиками в Сарапуле они получили новую одежду, бесплатное питание, принародные почести, а после десятки лет получали свои персональные пенсии? Нет, очевидно, что после освобождения узников «баржи

смерти» неизбежной была их «селекция» и разделение на категории по признаку их поведения в заключении. Те, «кто служил предателями своих», несомненно, выкорчёвывались из ряда бывших узников.

4. Известно, что в баржу люди попали по очень разным причинами и поводам. До 16 октября заключённые имели статус заложников, но после освобождения Сарапула 5 октября заложников здесь берут и Красные. Основная масса баржевиков не являлась функционерами партии большевиков или органов Советской власти; зачастую это были лишь «сочувствующие», имевшие небольшую «ценность» при обмене заложниками. Напомним, что при этом самый выдающийся, и всем известный Советский работник Павел Краснопёров, которого выявлять не было нужды, вследствие его общеизвестности, досидел в барже до «фильтирации» и был казнён заодно с Сарапульскими функционерами только 16 октября, а пришлых коммунистов из Иваново-Вознесенска вызвали и увезли «в Ижевск» гораздо раньше. Относительно этих «товарищей из центра» вполне можно предположить, что они, как заложники, были обменяны на пленных повстанцев. А вот за Краснопёрова и «местных» иже с ним никто не попросил.

5. Викентий Карманов, описывая путь баржи под конвоем миноносцев от Гольян к Сарапулу, указывает: «Хотя люки были закрыты, но кто-то увидел кислые физиономии часовых, которые тоже не знали, кто и куда их везёт.» Это очень важное замечание: сидящие в трюме внимательно отслеживали все события утра 17 октября, когда от Сарапула показались неизвестные корабли, но они не слышали приказа от имени «Белого командования», который будто бы был передан с миноносцев флотилии на баржу через мегафон! Не слышали такого приказа и караульные на барже, и они сидели на палубе в неизвестности! Иными словами, если экипаж буксира и принял корабли Волжской флотилии за Белую эскадру, то сам Раскольников, как говорится, повстанцев в этом не убеждал. То есть, между утверждением, попавшим в официальные документы «героически выдал себя за.» и тем, что свидетельствует цитированный мему-ар, лежит принципиальная разница: Красный капитан себя за Белого офицера не выдавал, его за Белого офицера по каким-то причинам приняли. А вот по каким причинам? И вообще, имел ли Раскольников целью своего рейда именно освобождение баржи? Ответ на эти и другие вопрос попытаемся найти далее.

2. Сарапульский военком А.Галанов

В 1922 г. Вотский областной комитет партии большевиков тиражом 1500 экз. издал в Ижевске сборник статей «К пятой годовщине пролетарской рево-

люции в Прикамье». Туда среди прочих вошли и материалы о событиях Ижев-ско-Воткинского восстания периода второй половины — конца 1918 г. [16] Если учесть, что тексты для сборника стали готовить заранее, то мемуары для него должны были быть собранными гораздо ранее, и от самих событий их отделяло примерно года 3. Разумеется, детали произошедшего к тому времени в памяти мемуаристов были ещё вполне свежи. С другой стороны, тогда ещё горели последние сполохи Гражданской войны, жив был основатель Советского государства В.И.Ленин, равно как и Л.Д.Троцкий, Ф.Ф.Раскольников,

В.И.Шорин, Л.М.Рейснер и иные фигуранты военного подавления Восстания, героизированные Советской властью. Тогда же десятки или сотни Ижевцев и Воткинцев, отступивших с Народной армией за Каму, будучи рассеянными по Сибири и Дальнему Востоку, только лишь собирались вернуться домой, либо насовсем уехать в дальнюю эмиграцию. Страна лежала в разрухе, в заводских коллективах Ижевска и Воткинска, видимо, не было ещё деления на «своих» и отступленцев; того деления, которое впоследствии утвердилось в ходе многочисленных партийных чисток и политических репрессий.45 Уже заработал Соловецкий концлагерь и иные лагеря, но у нас вал скорых расправ с участниками Восстания к тому времени схлынул, страсти поутихли, войска и разные «чрезвычайки», латыши, мадьяры и китайцы из наших городов съехали, а вместо Ревкомов устоялась нормальная Советская власть. Но, как кажется, составителям сборника тогда не совсем ясно было, что публиковать можно, а что «политически не целесообразно».

В этих условиях и появился предлагаемый вашему вниманию особо ценный продукт большевистской партийной пропаганды, который в корне отличается от всех последующих публикаций о нашем Восстании. Его принципиальное отличие в том, что это, как и приведённый мемуар Карманова, есть более или менее объективная публикация. Но на этой публикации перечень правдивых свидетельств, повидимому, и обрывается.

Статьи сборника рисуют события Восстания несколько отлично и от ме-муара Карманова, и от той версии, которая потом около 70 лет утверждалась в качестве версии официальной. Увы, во многом большевистская легенда, сотворённая ко второй половине 1920-х годов, оказалась поразительно живучей. Живёт она и сегодня, угнездившись в Википедии и иных общедоступных справоч-

45 Такое деление было, по-видимому, спровоцировано скрытой конкуренцией за рабочие места. Но это случилось позднее, а в 1922 г. Боткинский завод был поставлен на консервацию, да и сам город Воткинск в состав Вотской (Удмуртской) автономной области не входил.

никах. 46 И наши современники, стремящиеся к объективности, пытаются верифицировать, критикуют и опровергают вовсе не эти, первоначальные версии 1918 и 1922 года, основанные на свидетельских показаниях, а лишь ту легенду, которой подменили подлинный рассказ о произошедшем.

Нижеследующий текст подписан А.Галановым, который в период описываемых событий находился в должности Военного комиссара г. Сарапула, и, следует полагать, в силу своего служебного положения был хорошо осведомлён в деталях, излагаемых им.

Давайте вместе с вами, дорогой читатель, прочитаем этот текст, оценим его с точки зрения информативности и объективности. Посмотрим, как он был использован Советскими мифотворцами, и попытаемся расшифровать изложенные в нём сведения о деталях Ста дней Восстания.

Военный эпизод на реке Каме в 191847 г. (освобождение баржи)

«Оставшимся войскам Второй Восточной армии48 Ижевско-Воткинского направления под напором Ижевских фронтовиков с севера и чехословацких частей с юго-востока 24 августа 1917 г. в 12 часов ночи пришлось отступать по направлению Соколки, а там в Вятские поляны. Отступление совершалось на 24 пароходах; тут были пароходы Камского и Волжского типа, и были просто маленькие буксирные пароходы. И вот эта флотилия двинулась по направлению вниз по реке Каме, увозя с собою желающих эвакуироваться, а также войсковые части Красной армии; словом, всех тех, кто желал уехать и не по-

пасть в руки контрреволюции.

При занятии Сарапула белогвардейцами, последние не замедлили с расправой; начались аресты подозреваемых в большевизме; брали людей и садили их в баржу, которая находилась на реке Каме.50

46 Достаточно открыть статьи «Волжская флотилия», «Раскольников» «Лариса Рейснер». и пр.

47 Типографским способом в книге напечатано 1917 г. Но это явный анахронизм или, скорее, опечатка типографии; речь идёт о событиях 1918 г. В доступном мне экземпляре книги дата исправлена вручную на 1918 г..

48 Речь идёт о Второй армии Восточного (Чехословацкого) фронта, войска которой в течении лета 1918 г. отступали от Урала до Камы и Вятки.

49 Сарапул был сдан Второй армией и занят Ижевско-Воткинскими повстанцами к 1 сентября фактически без боя. Если «войсковые части Красной армии» желают без боя эвакуироваться, то, говоря русским языком, это означает, что они просто бегут.

50 Из аналогичных мемуаров можно видеть, что первоначально арестованных содержали в здании бывшего винного склада, который до того, ещё весной 1918 г., был превращён боль-

Сюда попали Сарапульские, Воткинские, Ижевские и Камбарские в количестве 450 чел. Я не берусь описывать при каких обстоятельствах и где они были пойманы, и как их сажали в баржу.51

5 октября 1918 г. частями Красной армии 2-й Железной дивизии под командованием т. Азина был занят г. Сарапул, а также был очищен весь правый берег р. Камы.52 (Левый берег ещё находился в руках неприятеля). Фронт тогда находился к северу от Сарапула в 20 верстах, около села Нечкино, и радиусом выходил на село Юськи, по направлению на Ижевский завод.

На одном из заседаний Сарапульского Ревкома53 (в котором я состоял членом) получаем извещение, что флотилия в несколько миноносок под непосредственным руководством т. Раскольникова54 с реки Волги направилась по реке Каме до Сарапула. Конечно, ожидать долго не пришлось, и 16 октября, действительно, к Сарапулу подошли несколько миноносок и буксирный пароход, который вёл на буксире аэростат (наподобие колбасы), служивший для наблюдения за неприятелем.55

В тот же день Раскольников, его жена Вера Николаевна56 и её мать, прибыв в Ревком, нас информировали57, как пришлось флотилии пробираться до Сара-

шевиками в импровизированную тюрьму, и где содержались их политические противники и уголовники.

51 Эту баржу с заложниками из числа интеллигенции и «имущих классов» Вторая армия привела при отступлении из Уфы. Часть заложников была казнена в пути, часть — уже в Сарапуле. Повстанцы лишь использовали освободившееся арестное помещение. См. подробнее об этом «Откуда появилась баржа тюрьма.» [17, с. 64-69]

52 Утверждение верно лишь для района Сарапула, и в следующем предложении мемуарист поправляется; из расположенного чуть севернее района Воткинска повстанцы переправились на правобережье Камы организованно лишь к середине ноября, отдельные их группы продолжали сопротивление на Правом берегу ещё около двух недель после переправы основной массы войск. См. подробнее об этом: Последняя операция Народной армии [18, с. 83]

53 Ревкомы — (революционные комитеты) — чрезвычайные властные органы, создаваемые Красной армией на освобождаемых прифронтовых территориях, в ближайшем оперативном тылу своих войск; приблизительно соответствуют понятию военных комендатур, создаваемых Советской армией в ходе Второй мировой войны на территориях, только что освобождённых от фашистов.

54 Раскольников — в соответствии с установочными данными — Фёдор Фёдорович Ильин.

55 Привязные аэростаты, наполненные водородом, использовались в тот период для размещения на них наблюдателя, который по телефону корректировал огонь своей артиллерии. О корабельном составе флотилии и её боевом пути См. подробнее: [17]

56 В соответствии с общепринятой в историографии версией событий женой и соратником командующего была «валькирия революции», комиссар политотдела и флаг-секретарь флотилии Лариса Михайловна Рейснер (1895-1926). А вот «Вера Николаевна» в источниках, доселе находящихся в научном обороте, не упоминалась. Соответственно, маму Ларисы Рейснер звали Екатерина Александровна (урожденная Хитрово). Иными словами, член ревкома Галанов говорит о какой-то пока не установленной женщине, жене Раскольникова.

57 Судя по всему, следует полагать, что «жена Раскольникова Вера Николаевна и её мать» пришли к военным не чаю попить; они имеют доступ на заседания чрезвычайного властного

пула; конечно, много раз приходилось выдерживать бои, т.к. по Закамью повсюду находились Белые войска, а в особенности в Камбарке.58 Но, тем не менее, без потерь прибыли в г. Сарапул.59

На этом заседании выяснилось, что когда отступали Белые войска60, то они баржу с арестованными взяли с собой, и по сведениям она находится в Гольянах.61 Зная, что она заполнена пленниками, т. Раскольников здесь же заявил, что приложит все усилия к тому, чтобы эту баржу увести.

Действительно, 17 октября вверх по Каме отправилось несколько миноносок для разведки и проверки фарватера, из-за опасения, нет ли заложенных мин.62 Убедившись, что фарватер свободен, и баржа с арестованными находится действительно в Гольянах, 18 октября с утра отправляется несколько миноносок вверх по Каме.63 Оставшиеся в городе весь день были в нетерпеливом ожидании о результатах весьма опасной затеи т. Раскольникова. Но вот часов в

11 вечера является в Ревком т. Раскольников и сообщает, что не только баржу с

органа, в котором обсуждаются детали предстоящих военных операций, содержащие военную тайну. Значит, доступ туда они имеют не иначе как в силу своего служебного положения, занимаемого ими в штабе или политотделе Флотилии?

58 Камбарка — в то время заводской посёлок, и хлеботорговая пристань, а ныне город на юге Удмуртии на левобережье Камы, чуть ниже Сарапула.

59«Вера Николаевна» всей правды не рассказывает, видимо, не желая огорчать Сарапульцев. Засекречивание сведений о собственных поражениях и потерях является обычной практикой войск во все времена. А мемуарист, видимо, даже к 1922 г. не имел возможности узнать реальную историю флотилии; в действительности, она понесла ощутимые потери, потеряв несколько судов на своём пути от Казани до Сарапула. Например, позднее широко стал известен эпизод с потоплением у села Пьяный бор канонерской лодки «Ваня» № 5, в пропагандистских целях называемой «Ваня-коммунист», и гибели при этом матроса Маркина, ближайшего сотрудника Раскольникова и 30 моряков. Это судно было подбито береговой засадой, а орудия с него сняты Белыми речниками и использованы для вооружения их плавучей батареи «Чехословак». В том же бою сильно пострадал и вооружённый пароход «Товарищ», вынужденный уйти в базу на ремонт. См. подробнее об этом [17].

60 Регулярные Белые войска появились в Сарапуле лишь к весне 1919 г., а осенью 1918 г. его покинула самодеятельная Народная армия повстанцев. Со слов Галанова, факт увода баржи выяснился на данном совещании, то есть получается так, что Сарапульские руководители сами узнали о барже от Раскольникова? Это вполне согласуется с мемуарами командира дивизиона миноносцев Н.М.Толокнова (см. далее).

61 На правом берегу Камы, в Пределах Сарапульского уезда вплоть до пристани Галёво, используемой Воткинским заводом. Иных более или менее значительных пристаней кроме Гольянской просто нет. К этой пристани подходила узкоколейная дорога от Ижевска.

62 Мемуарист, плохо осведомлённый в морском деле, путает классы кораблей: миноносец имеет глубокую осадку, и поэтому для проверки фарватера, поиска и уничтожения мин используются мелкосидящие катера-тральщики.

63 В соответствии с летописью Волжской флотилии, составленной на основе журнала боевых действий, рейд произошёл на день раньше, т.е. 17 октября. См. подробнее об этом: Миноносцы против баржи [17, с. 33]

людьми пришлось украсть из-под Белогвардейского носа, но ещё захватить весь их караул, находившийся на барже.

Ф.Ф.Ильин — гардемарин Из фотофонда НМ УР.

Каким же образом всё это произошло, ведь так просто подойти к барже, стоящей в расположении Белогвардейских сил было нельзя? Но тут помогла смелость и хитрость тов. Раскольникова. Первым долгом на миноносках подняли белогвардейские флаги, а красные были сняты. Сам т. Раскольников облачил на себя погоны морского лейтенанта64, а отряд матросов тоже кое-что внешне изменил, и слово «товарищ» приказано ни в коем случае не произносить. Таким образом, по внешности на миноносках всё изменилось: часть превратилась в «их благородие», а часть в «земляков». Словом, скороиспечённые «белогвардейцы», и баста.

Так, искусственно замаскированная на белогвардейский лад Красная флотилия, подходит к селу Нечкино, где была фронтовая линия, но благодаря тому,

64 В марте 1917 г. Ф.Ф.Ильин получил чин мичмана Российского флота, а в ноябре стал лейтенантом.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

что здесь боёв в то время не было, то эта обстановка способствовала дальнейшему продвижению миноносок.65

Подойдя к Нечкино т. Раскольников (а в это время он был не Раскольников, а совершенно другая фамилия, которую я уже не помню)66, даёт распоряжение прибывшему на лодке белогвардейскому патрулю, чтобы он дал знать на батарею, что эта флотилия следует из Уфы, по распоряжению командующего Народной армии по назначению в Гольяны.67

Конечно, раньше было известно, что в Нечкино на горе стояли орудии68, и они, безусловно, не могли бы пропустить без обстрела ни одно Красноармейское судно, но здесь Белогвардейцы, увидев «лейтенанта» заключили, что это свои, ну а по своим нельзя же палить. Так, было, очевидно, и передано на батарею белогвардейским дозором, а потому ни одного выстрела не последовало. Так часа в три вечера миноноски подошли к Гольянам. Команда вся на своих местах. Было отдано распоряжение в случае чего, то сразу же произвести обстрел, навести панику среди белогвардейщины, а если дело пойдёт нормальным ходом, то запастись терпением и выполнять задачу.

Баржу с арестованными пленниками долго не пришлось разыскивать; приблизительно было уже известно, где она постоянно находилась и какая она сама из себя; да она и стояла совершенно изолированная от других, а именно почти на самой середине реки, и коло неё стоял маленький буксирный пароход.

Миноноски подходят прямо к этой барже, раздаётся голос Раскольникова:

-С чем эта баржа?

Находящийся на ней караул отвечает, что это баржа с хлебом. 69

-Что вы врете, эта баржа с красноголовиками, нашими врагами!

-Так точно! — Ответили некоторые из караульных.

-От имени Командующего Уфимской Народной армии70 приказываю сейчас же поднимать пары на пароходе, выхаживать якорь на барже и принять

65 Лариса Рейснер пишет, что миноносцы, наоборот, «внаглую» прорвались через Нечкино вверх по Каме с боем и даже подожгли артиллерийским огнём тамошнюю церковь. (См. далее).

67 Как свидетельствуют архивные документы, в распоряжении повстанцев имелось около десятка орудий на фронт в несколько сот вёрст. Для обороны Камского побережья имелась одна древняя шестидюймовая пушка образца 1877 г., установленная в с. Гольяны, и при ней несколько самодельных снарядов. В Нечкино артиллерии не было ни по данным повстанцев, ни по данным Боевого журнала Волжской флотилии. См. Корабельная артиллерия против Народной армии [17, с. 70].

68 В то время слово часто употребляли в женском роде; ед. число: «орудия».

69 В действительности так: это была хлебная баржа, и в ней лежало множество рогожных кулей, т.е мешков для перевозки хлеба. Возможно, какой-то из отсеков в действительности мог быть загружен зерном или мукой потребной для пропитания арестованных?

буксир с парохода. Эта баржа с арестованными пойдёт на реку Белую, а там, возможно, в Уфу!

Получив такое распоряжение от т. Раскольникова белогвардейцы зашевелились, немедленно приступили к его исполнению, и через несколько минут пароход стоял уже на полном ходу, 71 принял баржу на буксир, и слегка отрабатывая в сторону, чтобы не нанесло баржу на мель, пароход с баржей двинулся

Для всякой предосторожности, якобы от нападения со стороны Красных, т. Раскольников даёт распоряжение, чтоб одна миноноска шла впереди баржи, другая — около неё, а третья — позади, как бы замыкала возможные нападения, но скорей всего, не от Красных, а от Белых: чёрт их знает, возможно, и догадываются, т.к. документы из белогвардейского начальства никому не были предъявлены. Таким образом, по мере движения вперёд расстояние от Гольян стало увеличиваться, и на душе всего отряда т. Раскольникова становилось веселее и свободнее зная, что они вырвали более четырёхсот жизней от отъявленного врага.

Было уже темно, когда флотилия подходит к Нечкино, где опять дозорные часовые, но на сей раз уже с берега спрашивают:

-Кто и куда направляется?

-Ведём баржу на реку Белую. — следует в ответ.

Дальше опасность уже миновала; не доходя вёрст пять до Сарапула флотилия останавливается, одна миноноска посылается к городу за отрядом чекистов, которые должны были снять на барже белогвардейский караул человек в 35, снять которых в то время представлялось также штукой не весьма лёгкой: они, сопротивляясь, могли открыть огонь. Но, к счастью, всё обошлось благополучно; белогвардейцы, ничего не подозревая, охотно сдали караул новому, оставив своё оружие в караульном помещении, а сами занялись кое-чем73. Видя, что белогвардейский караул сам себя обезоружил (! -А.К.), команда матро-

70 Отметим, что мемуаристы по-разному называют должность начальника, на распоряжение которого Раскольников (или его подчинённый) сослался в разговоре с повстанцами.

71 Труднообъяснимое утверждение: чтобы пароход оказался «на полном ходу» он должен развести огонь в топке, несколько часов кипятить воду, подняв таким образом давление пара в котле до рабочего. Как говорится, он должен поднять «пары». На это требуется немалое время. По всей видимости, буксир уже стоял «под парами». Впрочем, от Гольян до Сарапула (вниз по течению, ок. 30 км.) ходу буксиру с баржей часа полтора-два. Если отряд Раскольникова прибыл в Гольяны около 3-х часов дня, а к 11 вечера он уже докладывал о своей удачной операции в Ревкоме, то за эти 6 часов разницы у буксира было время поднять пары?

72 Очень верные детали; мемуарист, несомненно, много раз видел, как буксиры тянут баржи по излучине реки.

73 Видимо, следует читать: кто чем.

сов объявляет их всех арестованными. Таким образом, всё обошлось благопо-

лучно, пленники спасены.

Теперь несколько слов о тех живых существах, которые находились в барже кто месяц, кто более, которых посадили в баржу как заложников. 75 На барже караул (он же карательный отряд)76 был подобран из самых свирепых и кровожадных людей, который уже считался постоянным. А некоторые из них просто гордились перед баржевиками, что вот, я вашего брата столько послал на тот свет, что даже забыл счёт. 77 Эти слова подтвердят все, кто сидел в злосчастной барже. Я описываю только то, что они сами при освобождении их из баржи передавали всем, кто их охотно выслушивал.

С арестованными этот отряд нисколько не считался; как только приведут арестованного, то тотчас его обыщут и всё с него снимут, даже не оставляя нательного белья, если оно только подходящее. При этом говорят, что оно вам не нужно: не сегодня — завтра вы пойдёте в Каму (убьют и утопят). После этой церемонии несчастных изобьют прикладами и кидают прямо в отверстие люка. Таким образом, в этой барже находилось 450 живых мертвецов. Избитые, раздетые, голодные и прозябшие узники мало-помалу начинали шить мочалом из рогож, находящихся на барже, себе одежду, и вот, кто видел, как они выходили из баржи 18 октября78, то говорил, что это не человек идёт, а просто измочаленный куль на двух подставках, а вместо лица были чёрные пятна.79

Кроме избиения арестованных, белогвардейцы ввели особый вид казни, для чего уводили баржу с арестованными выше села Гольян, и там, открывая люки, говорили: «Ну, кто комиссар, выходи!» Находились малодушные, и вы-

74 То есть по факту караул просто сдал арестованных без боя. В чём состоял героизм моряков флотилии?

75 Видимо, повстанцы надеялись обменять на них своих товарищей, которых Красные захватили ранее и увезли на пароходе при вышеописанном отступлении от Сарапула в сторону Вятских полян.

76 Карательный отряд, если судить по остальным мемуарам, приезжал на пароходе «Сергей Витте» и на другой барже 16 октября.

77 Не странно ли: «самые свирепые и кровожадные люди» беспечно отдают своё оружие первым встречным и занимаются своими делами? При том, как увидим из мемуаров далее, на

35 человек «карателей» из состава караула пришлось за месяц или более «лишь» 30 жертв. Где уж тут «счёт забыть»? Видимо, это была лишь фигура речи, посредством которой караул терроризировал заключённых (По типу: «Сейчас прольётся кровь, держите меня семеро!»).

78 Баржу привели из Гольян 17 октября поздно ночью и поставили посреди Камы у Сарапула, чтобы на берег никто не сошёл. Видимо, ночью чекисты работали оперативно, выявляя поведение каждого в заключении, и на следующий день произвели селекцию. См. далее о расхождении счёта баржевиков.

79 См. фото в тексте в конце книги.

давали: «Вот этот был комиссаром!»80 И довольно было этого, как последнего выводили и пороли шомполами, потом прикалывали штыками и бросали в Каму. Таким образом погибло человек около тридцати (А.К.). Это практиковалось почти каждый день; арестованные так и думали, что как вечер, то кого-нибудь из них не будет .81

В тот день, когда пришла флотилия т. Раскольникова, арестованные, слыша команду об уводе баржи в Белую или в Уфу, решили, что существование их скоро кончится, и совершенно не предполагали, что готовилось их освобождение смельчаками-матросами, которые тоже рисковали в это время своей жиз-

Когда матросы открыли люки, и сказали им: «Вы, товарищи, свободны!», то и тогда ещё им не верилось. Убедились только тогда, когда матросы сами спустились в баржу, и начали раздавать им одежду, а потом принесли хлеба, кипятку и папирос. Тогда радостям не было конца; все спешили благодарить своих освободителей, и, в первую очередь, т. Раскольникова, высказывали желание идти в ряды Красной армии и защищать Советскую власть от чехословаков и белогвардейцев. Но, видя их изнурённое состояние, им предложено было отдохнуть.

Снабжение продовольствием взял на себя Ревком, и в продолжении полумесяца в столовых можно было видеть вырванных из когтей хищников 418 че-

80 А арестовывали и садили в баржу их разве не за принадлежность к стану противника? Хотя часть и была посажена превентивно.

Т.е., в соответствии с данным свидетельством, в среднем казнили по одному узнику в день из 450. Имена, должности и обстоятельства смерти казнённых большевиков и эсеров-максималистов содержатся в аналогичных мемуарах баржевиков, публикуемых нами далее. Читатель увидит, что караульные на барже не являлись патологическими садистами, и основания для применения оружия у них были.

82 В рейде участвовало 3 миноносца, каждый из которых нёс по 2 пушки и по 6-10 пулемётов, а также теплоход-буксир «Волгарь-доброволец», переделанный в канонерскую лодку и вооружённый аналогично. Металл бортов и надстроек этих судов не пробивался самодельными бессердечниковыми и безоболочечными пулями повстанцев. Красным морякам противостояли лишь несколько неорганизованных мужиков с винтовками, и риск жизни для моряков при таком раскладе сил был сведён к минимуму.

83 Чрезвычайно ценное и, несомненно, точное свидетельство: в тех условиях потребление продовольствия было строго нормированным, и А.В.Галанов точно указывает количество продуктовых пайков, которые Ревком выдавал по количеству имевшихся в наличии едоков-баржевиков: 418 человек. Сам Ф.Ф.Раскольников в известном и много раз опубликованном рапорте об этом событии называет цифру 453 человека освобождённых. Но 453-418=35. Кто эти 35, не дошедшие до столовой? Видимо, это те «малодушные», которые выдавали комиссаров и, по показаниям сокамерников, после освобождения были «выведены в расход» чекистами? Двухнедельный срок «довольствия» тоже не случаен: через 2 недели, в первых

2.1.Комментарий: зачем на Каме миноносцы?

Итак, дорогой читатель, уже с первых публикаций первая по времени операция Волжской Флотилии против Народной армии преподносится как мужественный подвиг, совершённый с риском для жизни, а успех операции объясняется применением военной хитрости, а именно, описывается трюк со снятием красных флагов и поднятием «белогвардейских флагов». Но что это за флаги такие, и отчего повстанцы вдруг опознали по ним «своих»?

Под каким именно флагом сражалась Прикамская Народная армия, руководимая Прикамским комитетом членов Учредительного собрания (ПРИКО-МУЧ), на сегодня доподлинно не известно. Бывшие члены Самарского Комитета (КОМУЧ) вспоминали, что над входом в их офис висел красный флаг, который вызывал недоумение и злость Белого офицерства. А современные публицисты придумали для описания наших повстанцев весьма эффектный термин «с красным флагом против Красных». На картине, которая представлена в экспозиции Ижевского музея, можно видеть повстанцев, которых Советский художник-фантазёр изобразил идущими в бой под различными знамёнами: здесь и Российский триколор, и Андреевский флаг и какие-то ещё.

Суда Флотилии Поволжской Народной армии (флотилии адмирала Старка), под которые будто бы и замаскировался Раскольников, по свидетельствам мемуаристов несли сначала чёрно-жёлтые, цветов Георгиевской ленты, а после взятия Казани (т.е. после 5 августа 1918 г) — Андреевские флаги. (См. подробнее [19]). Да и в тех условиях, честно сказать, флаги, как опознавательные знаки для судов противоборствующих флотилий, были не нужны: корабли сближались на фарватере, как бронепоезда на рельсах, начиная дуэль с дистанции в несколько километров. При этом где свой, а где противник было ясно и так, ибо кораблей было не много, и они не перемешивались в бою, да кроме того, судовой состав флотилий противника был сторонам хорошо известен. Эти корабли совсем недавно были гражданским судами, и многие из них несли на кожухах гребных колёс крупно написанные названия, а миноносец вообще невозможно спутать с бывшим буксиром или грузо-пассажиром. Кроме прочего, всякий бывалый Волго-Камский речник с детства умел идентифицировать сотни судов своего бассейна просто по их силуэту, скорости хода или тону гудка. Иными словами, никакой необходимости вывешивать те или иные флаги для самоидентификации у речных судов тех флотилий не было. Ну, даже если и

числах ноября Красная армия начала штурм Ижевска, и её ресурсы были мобилизованы на это.

вывесил бы кто флаг, то разве может он надеяться, что мужики-повстанцы из Г ольян, Г алёва или Ижевские рабочие в этих флагах разбираются?

Даже если представим на минуту, что Раскольников вывесил на своих миноносцах вместо красных Андреевские флаги ВМФ, то кто и когда такие флаги до того на Каме видал и мог бы опознать их как «белогвардейские»? Флаг может опознать лишь моряк, и Раскольников, если вывешивал флаги, значит, он надеялся встретить на своём пути вверх по Каме именно военных моряков. А какие такие моряки могли бы ему тут противостоять? Корабли Волжской флотилии адмирала Старка ещё 12 октября ушли по Белой в сторону Уфы. Данное обстоятельство руководству Второй армии было известно. Красные завалили устье Белой минами, и заперли выход из реки плавучей батареей у Чеганды. (См. вышецитированный Приказ командарма Шорина от 16 октября.) От Бель-ского устья выше по реке, в Среднее Прикамье вплоть до Сарапула Красные поднялись без боя. Кто в принципе мог бы выйти на кораблях навстречу Раскольникову сверху Камы? Не иначе, как моряки Галёвской флотилии Воткин-ской Народной армии. Других тут просто не было.

Трудно сказать, знал ли Раскольников точную диспозицию речных сил противника на Каме на 16 октября, когда он пришёл со своими кораблями в Сарапул. Пока в нашем распоряжении лишь опубликованная Разведывательная сводка Службы связи ВВФ от 18 октября; в ней указано точное расположение Белой флотилии на р. Белой (Агидель) выше с. Андреевки, но корабельный состав её не указан. [20, с. 126]

Наверное, Раскольников теоретически вполне мог тогда допускать, что существовала вероятность, что какая-то часть флотилии Старка ушла не в Белую, а поднялась по Каме выше Сарапула на соединение с Галёвской флотилией Воткинцев. Однако же, если и так, то с трудом верится, что эти Белые корабли поднялись бы по Каме, оставаясь незамеченными для жителей Камбарки, Николо-Берёзовки, Сарапула и приречных сёл. (Напомним, что от Перми примерно до широты Воткинска в то время Каму перекрывала Пермская Красная флотилия (Бронефлотилия ВЧК), оперативно подчинявшаяся Третьей армии Восточного фронта). Состав Галёвской флотилии Воткинцев Красным, несомненно, был известен; Пермская флотилия неоднократно билась с Галёвцами и терпела от них поражения, теряя свои корабли. Видимо, Раскольников посылает 16 октября вверх по Каме именно миноносцы не случайно. Это наиболее приспособленные к артиллерийскому бою, маневренные и быстроходные суда с опытными, боевыми экипажами. Это военные суда, штатно оборудованные приборами наблюдения, управления огнём и системами связи, а не «грузови-

ки», наскоро приспособленные под канонерские лодки, и способные стрелять по береговым целям с якорной стоянки.

Однако же, Кама — это вовсе не Балтика, откуда пришли миноносцы, и даже не Волга; условия плавания здесь совершенно иные. Река в тот период, до строительства каскада гидроузлов, была на многих участках сравнительно мелководна, имела множество перекатов, фарватер её постоянно менялся вследствие перемещения песка течением. Конечно, известно, что с точки зрения географии Волга является притоком Камы (да-да, именно так!). В месте слияния этих рек именно Кама и глубже, и полноводнее, чем Волга, а притоком принято считать ту реку, которая имеет меньшую глубину и несёт меньше кубометров воды в секунду. Но такова сила Камы лишь в низовьях, после впадения в неё Вятки и Белой (Агидель). А в среднем течении, особенно в тот период, при отсутствии дноуглубительных работ и разрушении системы знаков судовой обстановки, судовождение по реке было очень опасным. Тем более опасным для миноносцев, т.е. судов морского класса.

Их принципиальное отличие в том, что если речные суда имеют маленькую осадку, и их длинные и широкие корытообразные корпуса распластанного профиля устроены так, чтобы переползать через мели, то миноносцы имеют узкие корпуса обжатого профиля и большую осадку для лучшей мореходности и снижения лобового сопротивления для достижения высокой скорости. Иными словами, там, где речное судно свободно пройдёт, миноносец может с разгону сесть на мель.

То же самое и с опасностью от подводных мин: там, где речное судно пройдет над миной, скрытой слоем воды, миноносец подорвётся. Таким образом, для того, чтобы пускать по реке миноносцы, грамотный командир должен был найти лоцмана и послать с ним наперёд катера-тральщики, которые быстро протащат под водой свои тралы, зацепляя имеющиеся мины, а после послать катера-разведчики, которые шаг за шагом шестами промеряют глубину фарватера хотя бы на известных перекатах.

А.В.Галанов говорит о том, что фарватеры выше Сарапула были разведаны. Но когда? Если Раскольников приходит с кораблями в Сарапул утром 17 октября (это известно из боевой летописи его флотилии), а перед тем (в ночь!?) отправляет свои суда разведывать фарватер, и эта разведка обнаруживает баржу (с арестантами?) у Гольян, но при этом как-то остаётся для охраны баржи незамеченной, то разведка эта производится скрытно, наскоро. У комфлота просто нет времени организовать разведку детально: промерять глубину на перекатах и пр.

Вот в этом, действительно, состоял риск и авантюризм рейда флотилии вверх по Каме.

Но у Раскольникова, видимо, выбора иного нет: он знает, что те корабли противника, которые он может встретить, двигаясь вверх по Каме — это будут всего лишь суда, приспособленные из гражданских пароходов, и в дуэльной ситуации его миноносцы, специально спроектированные и снабжённые экипажами, которые натренированы для ведения дуэлей, будут иметь преимущества за счёт скорости, манёвренности и слаженности боевой работы личного состава.

Он вполне может быть осведомлен от разведчиков Азина о том, что возле Гольян оперируют вооружённые пароходы повстанцев, такие как «Сергей Витте». (См. мемуар Викентия Карманова выше). И он посылает свои суда хотя и по начерно разведанному фарватеру, но с хорошими шансами на победу в случае, если противник попадётся на пути. Именно для этого он испытывает риск и суда посадить на мель, и тратит сверхдефицитный в тех условиях специальный топочный уголь.84 Видимо, он рассчитывает захватить Галёвскую флотилию врасплох, по-суворовски: «Противник ждёт нас через неделю, а мы подходим за день.».

Но, может быть Раскольников всё-таки предварительно тралит и тщательно разведывает фарватер до Гольян? На такую мысль могли бы навести нас расчёты времени, затраченного на плавание от Сарапула до Гольян. Так,

А.В.Галанов говорит, что флотилия ушла из Сарапула утром следующего же дня после прибытия, а в Гольяны добралась лишь к 15 часам того же дня. Не многовато ли времени было затрачено, чтобы пройти вверх по реке каких-то 30 км? «Утро», конечно же, понятие для всех относительное: встали, поели, подняли пары, стартовали часов в 9-10, прибыли в 15. Но, всё равно, в обычных условиях неспешные пароходы тратили на этот путь около двух часов, а тут скоростные суда идут более 5-6 часов! Какой из этого можно сделать вывод?

А такой, что дивизион быстроходных миноносцев ходил вовсе не до Гольян, а поднялся гораздо выше: за 5-6 часов он свободно мог сходить от Сарапула примерно до Сайгатки (совр. г. Чайковский), а потом, не найдя там противника, спуститься по течению до Гольян. Сайгатка, имевшая порт и затон, наряду с Галёвом была операционной базой повстанцев; именно сюда они и уплыли после поражения Восстания. Иными словами, Раскольников имеет полную возможность дойти до Сайгатки с целью застать там корабли противника и имеет высокие шансы победить в бою с

84 В годы Первой мировой войны из-за дефицита нефти и угля гражданские суда массово переделывались на дровяное отопление. Военный корабль переделать невозможно, и его бункера предназначены лишь для хранения сравнительно компактного и высококалорийного топлива: лишнего места и лишнего веса боевые суда не имеют.

ними. Противник на Каме обнаружен не был, и, буквально через два дня после описанного рейда, Раскольников уводит миноносцы под Царицын.

Итак, путь до Гольян (или до Сайгатки?) катерами Раскольникова ночью разведан, местонахождение баржи при этом установлено, а вооружённые суда противника не обнаружены. Но если так, то для того, чтобы увести баржу с арестованными, даже для того, чтобы отобрать её у повстанцев силой, достаточно было бы послать один миноносец или вооружённый пароход: наведя на повстанцев пару пушек и от 6 до 10 пулемётов (именно столько их несли миноносцы типа «Сокол» и вооружённые корабли флотилии), оставаясь в недосягаемости от самодельных пуль повстанцев, которые летели с громким жужжанием, но редко долетали куда нужно, Красные получали неоспоримое преимущество. Но, впрочем, читатель может сказать, что Раскольников, имея в памяти недавнюю гибель парохода «Ваня» № 5 под Пьяным бором, решил подстраховаться от возможной артиллерийской засады на берегу и посылает стразу несколько кораблей, чтобы в случае опасности они моментально подавили огневые средства противника?

Здесь другая заковыка: для того, чтобы освободить четыре-пять сотен людей, которые сидят в барже, и перевезти их в Сарапул наличие трёх миноносцев

— это условие, которое может быть признано и необходимым в условиях потенциальной угрозы от береговой артиллерийской засады. Но это условие не достаточное. Прежде всего потому, что миноносцы — это боевые машины, и в них, как в танке, просто нет никаких помещений для людей, которые не являются членами экипажа. Конечно, взять на каждый миноносец по 130-150 баржеви-ков, разместив их на палубе, на пронизывающем октябрьском ветру, теоретически, можно, хотя это изменит центр тяжести корабля, и эти примерно 10 тонн непредусмотренного конструкцией «палубного груза» определённо изменят остойчивость судна в худшую сторону. Но, расположенные открыто, эти люди, во-первых, явно демаскируют Красные корабли, а, во-вторых, они уязвимы для огня противника, и нет гарантий, что все освобождённые останутся живы, если при пересадке их с баржи, или при пересечении линии фронта начнётся бой.

Вообще, для того, чтобы снять баржу с якоря, развернуть её на узком фарватере по течению, Раскольникову надо было иметь в составе своего отряда буксир. Но буксира при миноносцах не было. Представим на минуту, что рабочего буксира не было бы на тот момент и в Гольянах: сломался, ушёл работать

в другое место, команду распустил на выходной85. Да мало ли причин! Да, по факту, буксир в Гольянах был неработоспособен: на нём почти не было дров, да и стоял он, видимо, не под парами. Как иначе объяснить то обстоятельство, что в Сарапульский ревком Раскольников добрался лишь к 23 часам того же дня; если в 15 часов они забуксировали баржу, то пройти вниз по течению 30 км до Сарапула — дело не более полутора-двух часов, но никак не восьми часов!

Итак, буксир в описанной ситуации был необходим, чтобы развернуть баржу по течению. Без него манипуляции с баржей на течении были бы не возможны. Раскольников в той ситуации был каким-никаким, а всё-таки судоводителем, да и капитаны миноносцев вполне были осведомлены о технологии буксировки судов. Но как же так: всё это они понимают и едут выручать баржу, но не берут с собой буксира ни из состава собственной флотилии из десятков судов86, ни заимствуют буксир в Сарапульском порту? Можете представить, что пятеро профессиональных рыбаков ведут свои суда на лов, но не берут с собой сети? Не реально.

Впрочем, дизельный буксир Красных «Волгарь-доброволец» (бывш. «Матвей Башкиров»), вышедший из Нижнего 14 октября при миноносцах всё-таки появляется, но уже после того, как баржу они захватили и почти довели до Сарапула. Разумеется, для опасного с точки зрения условий навигации рейда по Каме буксир был необходим с самого начала на тот случай, если бы миноносец сел на мель. У кораблей коробки перемены передач не бывает, развиваемая ими мощность пропорциональна скорости вращения винта, и сдёрнуть один миноносец с мели другим миноносцем было бы маловероятно: этот класс судов, как гоночный мотоцикл развивает максимальную мощность лишь при максимальной скорости движения. Для такой работы требуется «водный трактор», т.е. буксир, способный развивать большое усилие при малой скорости хода. Итак, буксир в составе рейдовой группы появился под конец похода, но вовсе не для работы по прямому назначению, а как переправочное средство для «группы захвата», которой был арестован караул баржи (См. подробнее об этом далее).

Какой из этого следует вывод? А такой, что, судя по всему, миноносцы и их судоводители пошли в рейд, не имея заранее обдуманной цели захватывать и буксировать какую-либо баржу; они к буксировке не готовились, а баржу взяли на обратном пути просто «попутным грузом», обнаружив её в Г ольянах вместе с буксиром.

85 Правда, 17 октября 1918 г. выпало на четверг, но выходной у судовых команд случается не по календарю, а в день, свободный от заказов.

86 Напомним, что лишь в Камбарке флотилия накануне захватывает сразу два буксира!

3. Невлер, он же Петров, 1927 г.

Центральный Госархив Удмуртии хранит рукопись, автором которой являлся Павел Моисеевич Невлер. Текст подписан автором и датирован августом 1927 г. Из длинного перечня аналогичных воспоминаний данный мемуар выделяется уже своим заглавием: «Люди в рогожах». Точно такое же название дал своему очерку и Ф.Ф.Раскольников в книге, которая вышла в свет в 1934 г. Возможно, по этой причине воспоминания П.Невлера, кажется, так и не были никогда напечатаны; «красный адмирал» «позаимствовал» звучное название, а

культ его личности нашего земляка заслонил.

Так как речь идёт о воспоминаниях бывшего жителя Ижевска, остановимся на личности П.Невлера чуть подробнее. О его дореволюционной жизни нам пока известно мало. Родился он в 1889 г. и вырос в семье с прочными криминальными традициями: его отец Моисей Моисеевич Невлер, частный оружейный фабрикант трудился в Ижевске. В 1901 г. он судился по обвинению в «Тайной выделке и сбыте огнестрельного оружия и боевых припасов казённого образца». [21]. Правду сказать, аналогичных уголовных дел в начале ХХ века в Ижевске было много: в тот период частные оружейники устроили так, что Завод продавал им как бы некондиционные ружейные стволы и иные детали, забракованные военной приёмкой, из которых частники имели лицензию делать охотничье оружие со сниженными боевыми характеристиками. Они и делали, но только отчего-то их винтовки оказывались на поверку по своим качествам ничуть не хуже казённых армейских образцов и пользовались повышенным спросом у оптовых покупателей с Кавказа. В 1906 г. Павел Моисеевич и сам попал «на нары»; в 1907 г. он снова отсидел в Сарапульской тюрьме 2 месяца. Вообще, вплоть до Революции он имел на своём счету 4 отсидки. С 1909 по 1913 г. он проходил военную службу по призыву, был комиссован с «белым билетом». С 1914 г. работал токарем инструментального производства на Лысьвенском заводе, а в январе 1917 г. снова оказался в Армии. В августе 1918 г. Невлер был демобилизован, приехал в Сарапул, где снял комнату чтобы жить там с женой, а 7 августа поехал в Ижевск навестить отца и сестёр, и там попал в водоворот Восстания. [22].

Учётная карточка Советского работника Невлера, хранящаяся в фонде Пермского Государственного архива Новейшей истории сообщает лишь то, что

87 Можно лишь предполагать, что Невлер посылал свою рукопись в центральные издательства, и там её увидел тот, кто готовил книгу Раскольникова к печати, и позаимствовал яркий образ для названия одного из очерков?

в 1917 г. он вступил в партию большевиков88, с января 1918 г. воевал рядовым в Красной армии, а, впоследствии служил помощником комиссара полка. После Гражданской войны Невлер был на Советской работе в Пермской области, служил в Кунгуре и Бикбарде, и, возможно, в Сарапуле. [ 23]. Советская карьера его развивалась вполне успешно, и заканчивает он свои дни в качестве пенсионера Республиканского значения.89

К нижеприведённому тексту автором было приложено сопроводительное письмо из содержания которого можно заключить, что П.Невлер получил предложение от «Октябрьской комиссии» т.е. от организации, которая готовила юбилейные издания к десятилетию Революции, и наметил несколько тем для произведений, но не может воплотить все замыслы по состоянию здоровья, а данный текст был написан им ранее 1927 г.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

«Люди в рогожах». 1918 г. Рукопись баржевика Невлера Эсеро-меньшевистское выступление.

«7 августа в 11 часов утра был созван на заводском дворе митинг в несколько тысяч человек. Выступающие эсеро-меньшевистские ораторы, во всем обвиняя большевиков, призвали соединиться с Казанью для совместной борьбы с большевистской властью, обещая при свержении сытую вольную жизнь. Когда масса была наэлектризована контрреволюционными призывами, достаточно было выкрика: «К оружию!» как многочисленная толпа бросилась к вблизи стоящему оружейному складу и, вооружившись винтовками, приступили к обезоруживанию и расстреливанию большевиков.

Первым местом наступления (восставших) был Совет рабочих и солдатских депутатов, а последним был Арсенал (оружейный склад), который до 4-х часов ночи защищался небольшой группой коммунаров во главе с военным комиссаром, погибшим в этом бою.

Ижевцам за их вооруженное выступление весьма благодарен должен был быть адмирал Колчак, так как Красная армия, уделив внимание Ижевскому вы-

88 Иными словами, он имел 4 судимости ещё до того, как стал большевиком. Причины арестов и судимостей он не называет. Впрочем, в тот период, как и сейчас, порой было невозможно определить, где кончается политическая борьба, и где начинается уголовщина.

89 А вот родному брату его не повезло: Невлер Илья Моисеевич, 1895 г.р. член ВКП (б) с 1918 г. дорос до исполняющего обязанности Первого секретаря Киргизского обкома партии и инструктора одного из Московский райкомов, но был расстрелян в марте 1938 г.

ступлению, отвлекалась в течение 3-х месяцев от Колчака, что дало ему возможность укрепиться и дойти до Казани90.

Весть об Ижевском восстании быстро распространилась по району, и я узнал о нем верстах в десяти по Гольянской железной дороге. 91 Поезд в Ижевск отказался следовать, я решил идти пешком, и к вечеру, по приходе в Ижевск, на окраине уже встречались эсеро-меньшевистские патрули, которые у встречных проверяли документы, арестовывали, расстреливали. Пробраться дальше не было возможности, вынужден был остановиться в квартире отца, жившего на окраине.

Ночь томительно тянулась. У Арсенала92 постепенно затихала стрельба, и заканчивался последний бой. Дождавшись утра, я вышел на улицу. Вооруженные люди с белыми повязками на фуражках93 (не смешивайте нас с Красными) шныряли, искали жертв, арестовывали кто только имел отношение к Советам. Оставаться в Ижевске было опасно, ибо можно было нарваться на знающих мою партийную принадлежность и мне сообщили, что меня уже искали.

С большой осторожностью добрался до лесу, прошел верст 8 тропинкой и у речки нарвался на заставу.94 Никакие убеждения не помогли и меня заворотили под конвоем в штаб. По дороге я вел себя вне подозрения, разговаривая с конвоем, угощая папиросами, расположил их к себе, и, уловив удобный момент, бежал в лес. Пущенные пули вслед миновали, и только поздней ночью с большой осторожностью проселочной дорогой добрался я в Сарапул. 95

90 Автор путается в хронологии событий: Казань была захвачена белочехами и отрядом Кап-пеля (т.е. Поволжской народной армией) 5 августа 1918 г., Ижевско-Воткинское восстание началось 7 августа, и завершилось 12-15 ноября, а Колчак стал Верховным правителем лишь

18 ноября 1918 г. Следовательно, Колчак никакого отношения к нашему Восстанию не мог иметь. Данный параграф написан Невлером по источникам: сам он в Ижевск приехал лишь к вечеру 7 августа.

91 Дорога узкой колеи соединяла Завод и Гольяны. Невлер доехал от Сарапула до Гольян на пароходе и там пересел на пригородный поезд.

92 В то время это была восточная окраина города. Ныне в здании Арсенала, расположенном на господствующей высоте помещается краеведческий музей.

93 Данные мемуарист, пожалуй, единственный, кто утверждает, что белые ленточки были у повстанцев на фуражках: все остальные указывают, что белые повязки носили на (левой) руке.

94 Застава захватила его при переходе реки по мосту. Возможно, это была р. Позимь.

95 Расстояние от Ижевска до Сарапула около 55 км.

Наступление на Ижевск.

Об Ижевском вооруженном выступлении в Сарапуле уже знали от прибежавших товарищей раньше меня. Для подавления этого восстания 10 августа в Сарапуле было сформировано 2 отряда. Один — в 300 человек, в котором я был, отправился в Ижевск через Гольяны, второй — в 400 человек — ушел через Агрызь. Последний был окружен у Ижевска и целиком попал в плен. Наш же отряд почти без боя подошел 18 августа к Ижевску, где встретил сопротивление, и начались бои. 96

В это время в Ижевске офицерством производились массовые расстрелы, это вызвало среди рабочих большое негодование, и население отказывались было пойти на фронт, требовали сдаться. Но, под угрозой расстрела (около 40 рабочих отказавшихся пойти на фронт были расстреляны на главной улице у всех на глазах), офицерская власть выгнала многочисленную армию.

После семидневного боя наш небольшой отряд не выдержал перед деся-тититысячной армией и побежал97.

Эс-эра-меньшевики в Сарапуле.

После поражения под Ижевском98 эсеро-меньшевистская армия под командой офицерства быстро двинулась вперед и 30 августа в 5 часов утра вошла в Сарапул.99

Начались аресты. Я был арестован на своей квартире и приведен в штаб, куда также привели тов. Седельникова, Будрина, Шагалова, Мутьяна100 и других свыше 100 человек.

В 12 часов дня осмотреть арестованных пришел в штаб пьяный офицер Панин, который обходя арестованных, награждал руганью, угрожал расстрелом, и наконец, взгляд его пал на меня (я был хорошо с ним знаком годов 10).

— Ты зачем? — спросил он.

— Для выяснения личности задержали, — отвечаю.

96 Видимо, речь идёт об отряде под водительством В.А. Антонова-Овсеенко. Он был разбит повстанцами в 20-х числах августа.

97 Если судить по иным источникам, то данный автор в 7 раз преуменьшает численность своего отряда и в 5 раз преувеличивает силы противника.

98 Речь идет о поражении Красной Армии.

99 Вторая армия Красных по факту сдала город без боя.

100 Мутьян (или Мунтян) Иван Пантелеевич.

Воспользовавшись этим, я ушел, но вечером я был вторично арестован и приведен в контрразведку. «Этот Красный наступал на Ижевск» — передал начальнику один из арестовавших меня, и меня посадили в темную камеру. Сижу один и о судьбе других арестованных мне не известно. Поздно ночью в открываемой двери показался начальник разведки, показывая на меня, сказал пришедшему конвою, среди которых был сарапульский торговец Леденцев: «Вот его. Да не зевайте». Конвоиры щелкнули замками винтовок, окружили меня цепью и повели по Красной улице по направлению в реке Сарапулке.

Ночь была темная, благоприятствовала побегу. Заговариваю с конвоирами, спрашиваю:

— Куда меня ведут?

— Туда, куда наших водили — отвечает торговец-конвоир.

. Привели к винному складу, который был превращен в тюрьму, обыскали и посадили в камеру № 2. Камера шагов 12 в длину и ширину, арестованных же было человек 40, которые разместились на нарах и по всему полу. В камере духота, вонь. Среди арестованных увидел тов. Зыкова (ижевский рабочий-партиец) и пристроился к нему на нары. К нам подошел тов. Мутьян (партиец) и мы провели ночь в разговоре. И так потекли тяжелые, кошмарные дни и ночи.

Тюремные условия были невыносимые, прогулок не было, и круглые сутки находились в душной, вонючей комнате, битком набитой арестованными, «парашка» выносилась раз в день, бани не было, паразиты заедали. Питание состояло из горячей воды и водяной вонючей похлебки.

На все наши требования отвечали избиением, расстрелом. Тюрьма была переполнена, а арестованных беспрерывно приводили. Ежедневный приход арестованных почти не превышал все же ночной расход (расстрел).

Расстрелы производились ночью, жертвы подготовлялись предварительно днем и переводились в камеру смерти, а ночью приходила контрразведка и уводила их в расход. Это делалось с той целью, чтоб не разгласить о существовавших расстрелах, т.к. эсеро-меньшевики опровергали перед населением свои расстрелы, которые производились иногда и днем. В 11 часов дня 4 сентября группа офицеров явилась в тюрьму, взяла из «камеры смерти» тов. Пименова и другого, фамилию не помню, и увели в лес (под видом в Ижевск).

«Сегодня днем увели в расход» — передается из камеры в камеру. Днем 12 сентября явилась в тюрьму опять та же группа офицеров, взяли тов. Седельни-кова, Беляева, Шагалова и многих других и увели по направлению к Старцевой горе. Расстрелы в две смены объясняли мы быстрым продвижением Красной армии к Сарапулу. И за каждое свое поражение на фронте жестоко мстили на арестованных.

18 сентября в 10 часов вечера я услыхал крик, стрельбу, доносившиеся с другого конца коридора. Подумал: «Начался преждевременный побег» (побег предполагался на утре), передал т. Зыкову, Мутьяну «приготовиться». Прислушиваемся: топот ног приближается. Щелкнул замок нашей камеры, и в дверь влетают человек 30 вооруженных контрразведчиков во главе с Орловым101.

«Раздевайтесь» — подается команда, и началась расправа прикладом, штыком, раздели всех до белья. Я получил в награду несколько ударов, т. Зыков штыковую рану и т.д.. Наша камера закончена, перешли в следующую. И долго доносились крики, стоны, удары. Обход камер затянулся далеко за полночь. Начался вызов в расход. «Зыков, выходи!», — кричит Орлов, возвратившись к нашей камере. «Прощайте, товарищи», — сказал тов. Зыков. «Прощай, тов. Зыков» — ответила камера. И, сняв с себя рубашку, передав мне (я был раздет догола), тов. Зыков вышел.102

Долго еще слышался вызов фамилий из других камер. Наконец затихло. В эту кошмарную ночь арестованные всей тюрьмы были раздеты, избиты и плюс

18 человек расстреляно. «Это вам за Елабугу» — приговаривали контрразведчи-

Еще с утра 25 сентября по камерам распространился слух, что сегодня расстреляют 25 «большевиков».104 Часов около 3-х вечера начальник тюрьмы обходил камеры, вызывая по списку «предназначенных». Войдя в нашу камеру, предложил предварительно выдать «большевиков», обещая в дальнейшем прекратить расстрелы, и стал вызывать: «Мутьян, Невлер, Вечтомов — выходи». «Прощайте, товарищи!» — простились мы и вышли. Нас привели в камеру

101 В переполненной камере находится достаточно места для 30 человек?

102 Возможно, конвой раздевает арестованных для того, чтобы предотвратить их побег. В этих же целях у задержанных могут отбирать шнурки от ботинок, пояса и обрезать и пуговицы на брюках: если руки заняты держанием штанов, то конвоира не ударишь, да и в ботинках без шнурков далеко не убежишь.

103 Автор явно путается в хронологии: Елабуга была занята Красными лишь 28 сентября. Суда Волжской флотилии подошли к городу в 9 часов утра. [24, с. 16] Отряд полковника Молчанова, по утверждению мемуариста, отошёл от Елабуги без боя. [25, с. 98]

104 Если верить автору, то 18 сентября расстреливают 18 человек, а 25 числа — соответственно, собираются казнить 25. Но совершенно непонятно остаётся, как их могут 18-го расстреливать «за Елабугу», если она была сдана Красным лишь 28 сентября?

«смерти»,105 куда вскоре были приведены из разных камер остальные смертники, среди которых оказались тов. Вильда, Зылёв, Будрин, Якунин, Комаров, Анисимов, Мутьян, Невлер, Вечтомов, Коротков, Шемякин, Кочуров, Красно-пёров, Баутин, Байков и т.д., всего 25 человек (остальных фамилий не помню). «Товарищи, нас скоро поведут расстреливать. Нападем на сопровождающий конвой» — заявил тов. Вильда. Быстро условившись начать по сигналу тов. Вильда и улеглись на нары, ожидая прихода контр-разведки. «Идут!» Прислушиваясь к каждому происходящему шороху в коридоре, медленно тянулись кошмарные минуты, ожидая, вот, вот, идут. Не вытерпели нервы у тов. Мутья-на: «Не дамся живым — повешусь». Гвоздь в стене и шнурообразный пояс послужили орудием, и тов. Мутьян, простившись с нами, приступил к самопове-шению. Он долго мучился, обращаясь неоднократно к нам за помощью.106 Наконец, повис. Вдруг, стук павшего тела разнесся в камере. «Несчастье. Гвоздь не вытерпел» — проговорил тов. Мутьян, пробовал было еще, но стук привлек внимание начальника тюрьмы, который поставил часового наблюдать за каме-

Тишина. Только доносится взрыв снарядов. Это Красная армия наступает, 108и изредка шорох с коридора вызывал тревогу у «смертников». А контрразведка не идет, очевидно, удрала, испугавшись наступления красных и не успев расстрелять предназначенных.

Наконец рассвело, и первая кошмарная ночь в ожидании расстрела прошла. Днем было менее тревожно, нос наступлением ночи опять прислушивание к каждому шороху, ежеминутно ожидая прихода за нами. И так 7 кошмарных ночей, и каждый шорох, каждое движение в коридоре вызвало тревогу у смертников, ежеминутно ожидая своего расстрела.

105 В «Алфавите баржевиков, значащихся по тюремным спискам.» и Невлер и Мутьян указаны как заключённые без указания номера камеры, но в одном списке № 4. [26]

106 Судя по всему, товарищеская помощь ему была оказана.

107 Начальник тюрьмы и часовой по факту спасают арестованному Мутьяну жизнь, но последний ей всё равно распоряжается по-своему. Отчего Мутьтян настойчиво хочет убить себя? Смертный приговор Невлеру не объявили, пыток перед казнью заключённые не испытывали и не видели; они лишь наслышались рассказов-«ужастиков», и начинают переживать мнимые опасности ещё до того, как они случатся. А, как говорится, напуганный человек уже наполовину побеждён.

108 В действительности, Красная армия вела в первых числах октября бои с повстанцами под Агрызом, в 50 км. к востоку от Сарапула. Услышать звук разрывов снарядов полевой артиллерии на таком расстоянии маловероятно.

Баржа (плавучая тюрьма)

Рано утром 1 октября109 из окон камеры мы увидели, что к тюрьме идет усиленный отряд. «Идут за нами, настал наш час» — решили мы и сожалели, что это совершается днем.

Отряд вошел в тюремный двор, вскоре донесся щелк замков дальних камер, а потом топот ног, шум и выкрики: «нас эвакуируют». Арестованных камера за камерой отправляли под конвоем к реке Каме. Нас увели последних. Посадили в баржу, стоявшую у берега; в барже уже находилось до тысячи арестованных. Когда всех арестованных посадили в баржу, люки закрыли, и баржу поставили посреди Камы на якорь. В барже было темно, холодно и грязно, на вершок110 воды111, покрытой тонким слоем соломы112, на которой расположились вповалку арестованные. На рассвете баржу сняли с якоря и повели вверх по Каме. Тов. Мутьян обдумывал побег. Посоветовавшись с нами о побеге, он попрощался с нами, взял «парашку» и попросился у часовых вынести ее. Часовые открыли люк, тов. Мутьян вышел на палубу и вместе с «парашкой» полетел через борт в Каму113. После нескольких выстрелов часовые спустили лодку и погнались, поймав тов. Мутьяна, они вытащили его на палубу, расправились с ним, а труп бросили в Каму114.

Днем баржу привели к Гольянам (40 верст вверх по Каме от г. Сарапула) и поставили на якорь среди Камы, куда вскоре прибыла контр-разведка, которая через открытый люк начала вызывать: «Ходырев (ижевский рабочий сидел со мной вместе в 1907 году в Сарапульской тюрьме), выходи!», и так вызвали 24 человека. Всех вызванных расстреляли и бросили в Каму. Ночные расстре-

109 Путаница в счёте дней: если верно, что рассказчик попал в камеру смертников 25 сентября и провел в ней 7 ночей, то получается, что в баржу он попал 2 октября. А большинство мемуаристов пишут, что в баржу они были переведены из тюрьмы 3 октября.

110 1 вершок = 4,5 см.

111 По воспоминаниям других баржевиков в трюме было сухо.

112 По воспоминаниям других баржевиков сухой соломы в трюме было так много, что не менее 10 пудов ее (160 кг) заключенные скурили вместо табака. См. мемуар Карманова в наст. издании.

113 Таким поступком он лишил своих сокамерников элементарных удобств. Эпизод с Мутья-ном запомнился многим баржевикам; никто ему не сочувствовал, но и свидетелей его гибели тоже не оказалось. У нас есть текст мемуара, автор которого утверждает, что Мутьяна караул не только выловил, но и переодел в чистую одежду, после чего он связанный лежал на палубе, а потом был свезён на берег. Тот текст мы планируем опубликовать в книге, специально посвящённой реконструкции двухнедельного сидения заключённых в барже. Возможно, если бы караул опустил Мутьяна в трюм, то там его сокамерники, раздосадованные тем, что по его вине им пришлось сидеть на экскрементах, всё-таки оказали бы ему помощь в воплощении мечты по сведению счётов с жизнью? Иными словами, Мутьян был «не жилец».

114 Невлер утверждает то, чего сам не видел.

лы в тюрьме были заменены ежедневно дневными на барже. Баржа снаружи на палубе охранялась часовыми, которые на просьбу арестованных: «Дайте хлеба» (арестованным выдавалось на 3-4 дня с полфунта хлеба и вода с Камы), открывали люк и давали, но за каждый свой кусок хлеба требовали от арестованного сапоги, пальто и т.д., что случайно осталось неотобранным. И если арестованный не соглашался на такой товарообмен, тут же вызывался часовыми на палубу, намеченное отбиралось, а самого расстреливали. Такой «работой» часовые гордились. «Мою грудь украшает комиссарская кровь», — стуча себе по груди, говорили часовые после каждого расстрела. 115

Утром 30 октября116 на баржу прибыла контрразведка, открыла люк. «Вылетай, как пробка, по 5 человек» — раздается команда. 5 человек поднялись на палубу, раздались выстрелы. «Следующие, вылетай» — повторилась команда. Я вышел во втором пятке. «Как фамилия?» — кричит офицер со списком в руках. «Петров» — отвечаю. Перед глазами представилась следующая картина: на палубе валяются трупы (Комарова117 и Яромасского председателя совета, фамилию забыл), на борту расстреливают 3-х братьев Красноперовых118, Вечтомо-ва119 колют штыками, и двое со штыками замахнулись на меня. «Брошусь в Каму» — мелькнула мысль, и бросился бежать к боту. За мной часовые (один успел ударить прикладом), перебежал на другую баржу (рядом была предварительно поставлена другая баржа для удобства процеживания арестованных), и я не-

115 Часовой — это вооружённый караульный, который отвечает за вверенное ему имущество или заключённых. Он не может просто так взять и убить того, кто ему не понравился; с него начальство спросит. Взять хотя бы случай с Мутьяном: если он бросился в воду, то есть пытается совершить побег, то охрана имела все законные основания для того, чтобы пристрелить его с борта баржи, или, догнав на лодке, приколоть штыком прямо в воде. Но конвоиры не только догоняют беглеца на лодке, но вынимают из воды и поднимают на высоко расположенную палубу баржи. Зачем они это делают? Хотя бы для того, чтобы отчитаться по количеству заключённых, и доказать своему начальству, что за их смену побегов не случилось. Если бы им потребовалась показательная казнь, чтобы другим неповадно было бегать, то они об этом заключённым бы объявили. Но они поднимают беглеца на баржу, и никто не видит (и не слышит) его казни. Возможно, Мутьян и был казнён на палубе, или на берегу. Но тогда сделал это не караул по своему почину, а более высокие инстанции повстанцев.

116 По всем остальным источникам это произошло 16 октября.

117 Комаров Фёдор; по «Алфавиту баржевиков» расстрелян в барже.

118 По «Алфавиту баржевиков» числятся Краснопёровы: Архип Ианович (№ 27), Алексей Леонтьевич (№ 38), и Иван Семёнович (№ 58). Все они были освобождены, и получили справки

об этом. Павла Агафангеловича в «Алфавите» нет. [26] Видимо, он не попал туда, как эсер-максималист.

119 В «Алфавите» среди убитых Вечтомова нет.

ожиданно полетел в открытый люк.120 А на палубе только раздается: «Следующие, вылетай». После этого выстрелы, и опять: «Следующие, вылетай». После каждого вызванного пятка, оставшиеся кубарем летели в люк другой баржи. Процедили всех, только наши ряды поредели, и кровь с палубы текла на нас.121

«Вылетай друг за другом» — подается снова команда уже во вторую баржу. Прошли один за другим через строй часовых и начали было располагаться в барже на свои места. «В 2 шеренги стройся» — раздается команда офицера. Мы выстроились. «По порядку номеров рассчитайсь» — повторяется команда. «Первый, второй и т.д. двести двенадцатый неполный» — передает последний. «На места» — заканчивает офицер команду и закрывает люк. «423 человека, еще

приема на четыре хватит» — шутим мы между собой и устраиваемся на свои

На другой день 31 октября часовые передают нам: «Сегодня повторим вчерашнюю баню». Вскоре прибыла контрразведка, приготовляясь повторить баню. Открыли люк. Вдруг быстро люк закрылся и завален тяжестями, на палубе суматоха. «Что случилось?» — спрашиваем часовых. «Английская флотилия идет вас расстреливать» — отвечают часовые. В барже арестованные полезли к «наблюдательному пункту» (небольшое отверстие в верхней части баржи.). «Аэростат и 5 миноносцев приближаются к барже» — передает наблюдатель. С палубы контрразведка уже удрала, остались одни часовые.123 «Вытравливай якорь!» — громогласно раздается с флотилии. Загремела цепь, якорь вытрав-

120 Иными словами, Невлер приговорён не был, и ни в списке подлежащих расстрелу, и ни среди опознанных как Советский работник он не оказался, а в барже сидел под фамилией Петров.Расстрел ему не угрожал; мы видели, что тех, кого собирались казнить, вынимали из второй баржи и казнили всё равно! Впрочем, у нас имеется иной вариант мемуара Невлера, в котором он утверждает, что он получал продуктовые передачи от сестры, его заметили по чёрной рубашке и пытались вызвать на палубу на расстрел, но он рубашку в трюме попросил у товарища, у которого была запасная, и надел эту белую рубашку поверх своей чёрной.

121 Если расстрел производится на первой барже, а Невлер сидит во второй, то как кровь убитых может стекать на него?

122 См. в наст. издании мемуар Карманова от 1918 г. про эпизод с перекличкой. Он описывает перекличку столь же подробно, но только результат указывает иной: не 423, как у Невлера, а 434 человека. Вряд ли Невлер через 9 лет вспомнил эту цифру, прозвучавшую тогда в трюме в результате переклички: скорее всего, он заимствует число из иных публикаций, известных ему к 1927 г., т.е. на момент написания мемуаров.

123 Выходит, контрразведка всё же не поверила, что это приближаются Белые или английские корабли? Ирония ситуации состоит в том, что головной миноносец серии кораблей типа «Сокол» («Прыткий») действительно, был построен в Англии по Русскому заказу.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

лен,124 баржу взяли на буксир и повели вниз по Каме, окруженной миноносцами. Среди арестованных настроение поднялось, бегали внутри, друг на друга налетали. «Куда нас повели?» — спрашиваем у часовых. «В Уфу расстреливать»

К вечеру баржу привели к Сарапулу, поставили опять на якорь среди Камы. Еще минута и на палубе поднялся шум, беготня (это матросы часовых снимали). С люка сбросили тяжесть и открыли «Живы ли, товарищи?» — спрашивают нас матросы с флотилии. «Наши! Наши!» — кричат в барже, и все мы полезли на палубу, бросая на «Ура!» матросов.

Прибыли на баржу представители сарапульского Ревкома (среди них был т. Парамонов) и попросили нас до утра остаться на барже (ночь была холодная, а были голыми). Всю ночь на барже раздавались песни, приготовляя каждый себе костюм из привезенных рогож. Утром баржевики, принаряженные в костюмы из рогож, вышли все на палубу. Над городом развевались красные флаги, и трудящиеся Сарапула с музыкой и красными знаменами пришли на берег, встречать «своих», подхватывая людей в рогожах на плечи, и шествие двинулось к городу126.

Многие не встретили «своих», по которым на Красной площади спели похоронный марш.

А «люди в рогожах» приступили к социалистическому строительству страны.

П.Невлер, Старый Крым 25.08.27 г.»

3.1. Комментарий: верить- не верить?

Как мы видели выше, и самый первый мемуар, записанный со слов Викентия Карманова и воспоминания военкома Галанова давали очень мало фактуры для создания героической повести о «барже смерти». В самом деле, с одной стороны, баржевики, как людская совокупность (ибо признаков коллектива они не имели) ничего героического за время двухнедельного сидения не совершили; наоборот, они сами вытаскивали товарищей по несчастью палачам на расправу. С другой стороны, и Красные моряки, подавив противника демонстрацией своей боевой мощи, тоже ничем не рисковали, и «караул баржи сам себя обезоружил». Но при том «наверх» по инстанциям пошла победная реляция с преувеличением и степени риска и степени геройства, и «культик мичмана Рскольни-

124 Если цепь гремит, и якорную цепь «травят», т.е. опускают в воду, значит, судно встает на якорь, а никак не снимается с него.

125 И по этой причине среди арестованных поднялось настроение, и они забегали в трюме?

126 В ранних мемуарах на плечах несли лишь одного Раскольникова.

кова» был моментально сотворён. Поэтому, начиная с периода подготовки к празднованию десятилетия Революции, истина по делу уже никого не интересовала; эпизод с баржой стал популярной темой Красной пропаганды.

Конечно, те кто был в барже- это, определённо, были страдальцы, но, в массе своей увы, это были не герои и, увы, даже формально не члены партии большевиков. Тем не менее, всего восемь лет прошло со времени событий, а рассказ о барже стал уже легендарным, и его стали широко использовать для соответствующей пропаганды героизированной истории о «бесстрашных большевиках». Так, мы видели выше, что П.М.Невлер в 1927 г. уже явно накручивает нервы читателя, обращаясь к его эмоциям, но не к разуму. Перечитаем лишь заголовки параграфов его рассказа: Камера смерти, Плавучая тюрьма, Расправа контрразведки, Массовый расстрел. Для рассказчика само повествование о событии приобретает смысл лишь при том условии, что читатель признает и его, Невлера, и иных упоминаемых им Советских работников несомненными героями и мучениками за Революцию.

Посмотрим на его текст чуть внимательнее: человек специально, по просьбе партийного органа пишет воспоминания о сравнительно кратком, полуторамесячном эпизоде своей жизни. Он обращается к памяти, в которой отразились события, впечатанные туда в моменты переживания ярких эмоций и душевных потрясений. Но при этом из сотен имён сокамерников по сарапульской тюрьме он называет лишь 15 человек, с которыми они для тов. Мутьяна «гвоздик налаживали». А вот среди тех, кто сидел с ним в разношёрстном собрании в барже, Невлер называет всего лишь 3 фамилии. НО! Всё это фамилии убитых, и нет среди названных им ни одного человека, который мог бы свидетельствовать

о поведении самого Невлера на барже. В самом деле: его сокамерник по Сарапулу, «парашутист» Мутьян совершил свой прыжок и исчез из трюма 4 октября, другой сокамерник- Вечтомов- убит 16 октября, Павел Карснопёров убит. А сам Невлер назывался тогда «Петровым» и, возможно был известен своим сокамерникам только под вымышленным именем?

Следует сказать, что к 1927 г. появился новый фактор, который стал формировать «выборочную память» мемуаристов. Люди, которые утратили своё здоровье, лишились имущества, потеряли близких в огне Гражданской войны исчислялись тогда, наверное, миллионами. Но только лишь бывшие партизаны, красноармейцы, «баржевики» и им подобные «заслуженные борцы» стали в тот период получать от государства хотя и весьма скромные, но вполне реальные материальные блага: льготы, пенсии, пособия и пр. Понятно, что не все наши баржевики могли подтвердить обстоятельства своего заключения на основании соответствующих документов тюремного делопроизводства: у пов-

станцев таковое велось, видимо, в крайне упрощенной форме, и до настоящего времени историками архив тюремных и следственных дел по Сарапульской тюрьме периода осени 1918 г., кажется, не обнаружен. Невлеру, видимо, доказывать своё героическое революционное прошлое особенно не пришлось: он сделал карьеру в Советских органах после выхода из баржи. А вот те, кто не сделал карьеры, кто отвоевал рядовым бойцом или младшим командиром, и не мог предъявить никаких особых заслуг? Этим претендентам на пенсии, в силу вышесказанного, подтверждать все обстоятельства пришлось с помощью свидетельских показаний.

В качестве примера приведём выдержки из документов бывшего красноармейца Пикулева Виталия Игнатьевича, родившегося в 1898 г. в Сарапуле, члена ВКП (б) с 1918.127

«.Во время восстания в бывш. Пермской губернии в июне 1918 г. наш за-городительный отряд в числе 18 человек и влив 150 штыков пехоты 20-го Уральского полка, сформировали в конную разведку и отправили на станцию Куеда с тем, чтобы затем соединиться с партизанским отрядом Колчина, 128

Оперировавшего по подавлению восстания в районах Эмашь-Урталга, где уже вместо Советов восставшими были восстановлены старые Волостные правления.

Водворив порядки, одна часть нашего отряда пошла в деревни Сосновка, Карманово, а вторая часть нашего отряда, где оставался я, направлена не дер. Зяблицыно (вверх по Каме) где в староверском селе Альняш также подготовлялось восстание. Но по приезде нашего отряда участники его разбежались. Пробыв здесь несколько дней, мы были переброшены в г. Сарапул, а из Сарапула-на восставший Ижевск. Не дойдя до Ижевска из с. Завьялово с отступившими Красными из Ижевска вынуждены были вернуться в г. Сарапул.129

В августе 1918 г. при взятии гор. Сарапула Белыми130 я попал в плен вместе с комиссаром гор. Сарапула Седельниковым, комендантом Анисимовым, председателем Совета Сидоровым и другими товарищами, не успевшими отступить в силу предательства. Белыми мы были посажены в тюрьму- в четвёртую смертную камеру, а затем переведены в «баржу смерти», которая стояла на реке Каме напротив села Гольян. В тюрьме содержался 5 недель, и в барже 15 суток. Освобождены Раскольниковым.

127 Документы их семейного архива предоставил для опубликования внук Пикулева, ижевчанин Михаил Борисович Шишов. Приносим ему нашу искреннюю благодарность.

128 См. Многогранный Колчин [15, с. 48-70].

129 Видимо, речь идёт о неудачном рейде отряда Антонова-Овсеенко в конце августа.

130 Сарапул был оставлен Красной армией без боя к 1 сентября.

Пикулев В.И., красноармеец дивизии Азина, командир взвода пулеметной команды.

Фотофонд НМ УР, № 5418-ВС

После выхода из «баржи смерти» и двухнедельного отдыха я пошёл снова добровольно в Красную армию в 28 кав. Полк 28 дивизии и снова, не щадя своей жизни участвовал в бою под Ижевском, хотя ещё и был слаб от понесённых репрессий со стороны Белых в тюрьме и барже, где подвергался побоям и истязаниям до потери сознания.»

В.И. Пикулев получил в боях Гражданской войны 6 ранений, утратил 60% трудоспособности, стал инвалидом. Ему была назначена мизерная пенсия, и до 1937 г. он продолжал трудиться. Лишь в 1940 г. он обращается в органы Социального обеспечения за так называемой персональной, т.е. повышенной пенси-

ей. Характерны заверительные надписи на его заявлении и приложенной к нему автобиографии: «Я, нижеподписавшийся Вотяков Степан Димитриевич подтверждаю, что Пикулев В.П. .сидел со мной вместе в 1918 г. в Сарапуле у Белых в плену в тюрьме и в «барже смерти» под Гольянами.». То же обстоятельство подтверждают своими записями и персональные пенсионеры Иванце-вич и Мерзляков Яков Михайлович.

Заявление Пикулева В.И удовлетворено не было. Во-первых, он неосмотрительно указывает, что был освобождён не моряками Волжской флотилии, а Раскольниковым. На тот момент эта деталь могла сыграть плохую службу: Раскольников был уже объявлен «врагом народа». А во-вторых, видимо, тогда, как и сейчас, при назначении персональной пенсии принимали во внимание вовсе не степень перенесённых страданий, не личный героизм и принесённые жертвы в борьбе за защиту государства, а лишь нахождение на номенклатурной начальнической должности.

По всей видимости, персональные пенсионеры Иванцевич и Мерзляков, согласившиеся помочь Пикулеву, себе пенсии успели исхлопотать ещё до того, как имя Раскольникова для Советских чиновников стало одиозным?

И у Невлера с пенсией всё оказалось в порядке. В мемуаре он вполне дальновидно сотоварищей по барже не называет; заслуг ему лично для персональной пенсии и так хватает. Как говорится, Россия — страна с непредсказуемым прошлым, и к десятилетию Революции механизм политических репрессий уже отлажен; газеты сообщают пусть и не массовых репрессиях, но о громких процессах. А зачем Невлеру рисковать: назовёшь кого-то с кем на нарах «парился», а он окажется «врагом народа», а потом отвечай за связи с врагами.

Мы бы не рассматривали воспоминания Невлера столь подробно, если бы не одно пикантное обстоятельство: все участники событий утверждают, что сидели они в барже 2 недели, с первых чисел октября. Все без исключения документы, начиная от официальных военных реляций до мемуаров участников называют датой освобождения баржевиков флотилией 17 октября, а датой схода их на берег в Сарапуле 18 октября 1918 г. И лишь из текста Невлера получается, что его автор был освобождён 31 октября, то есть подразумевается, что он прострадал в барже вдвое больше всех, почти месяц! Можно лишь предполагать, что в 1928 г., когда в Гольянах открывали памятник баржевикам, Невлер успел войти в такую силу в Сарапуле, что вопреки массе иных свидетельств, на монументе появилась надпись (сохраняемая до настоящего времени) о том, что

баржа была освобождена 31 октября 1918 г.!131 Как говорится, вся рота идёт не «в ногу», и лишь один фельдфебель правильно.

4.Рассказ мичмана Ильина, 1934 г.

В 1934 г. Ф.Ф.Раскольников, будучи на тот момент опытным дипломатическим работником и руководителем «Главкультуры», издаёт книжку «Рассказы мичмана Ильина»132 о днях своей боевой молодости. [27] Один из рассказов сборника озаглавлен «Люди в рогожах». Это была, наверное, первая по времени публикация, в которой Раскольников сам подробно рассказал о произошедшем.

Три миноносца, как черные лебеди, плывут по широкой и многоводной

Старательно огибая частые отмели и перекаты, вплотную прижимаясь то к правому, нагорному, берегу, то к левому, луговому, они спешат в красный Сарапул, занятый Железной дивизией тов. Азина.

Острые форштевни узких миноносцев с легким журчащим плеском рассекают гладкую темно-синюю воду. В стройной кильватерной колонне головным идет «Прыткий», за ним «Прочный» и, наконец, замыкает шествие «Ретивый». Темная, беззвездная осенняя ночь окутывает реку непроницаемой мглой. Изредка мелькают красноватые огни прибрежных сел и деревень.

Тихо подрагивает стальной корпус военного корабля. В душном и грязном котельном отделении кочегары, мускулистые, как цирковые атлеты, сняв рубахи, ловко подбрасывают в открытые топки тяжелые лопаты мелкого каменного угля. Машинисты осторожно, не спеша выливают из длинных и узких горлышек масленок темное и густое смазочное масло на легко ныряющие быстрые поршни.

На высоком мостике головного миноносца рядом со мной, держась за рога штурвального колеса и зорко вглядываясь в ночную мглу, стоит рулевой. Старый лоцман с длинной седой бородой, достигающей пояса, в черном поношенном картузе и долгополом пальто похож на старообрядца-начетчика.

— Нельзя ли, дедушка, прибавить ходу? — спрашиваю его.

131 Напомним, что перемена календаря со старого на новый стиль, даты которого отличались на 13 дней произошла в России в феврале 1918 г., т.е за полгода до описываемых событий.

132 Раскольников был мичманом Российского флота, и получил следующий чин лейтенанта флота. Но он продолжал называть себя мичманом. Видимо, для того, чтобы быть «ближе к народу».

— Никак нельзя, товарищ командующий, — сокрушенно вздыхает старик. -Плес тяжелый, бакана133 не горят, и ночь темная. Не знаю, как доберемся.

В его дрожащем голосе слышатся неуверенность и тревога. За многие десятки лет лоцманской жизни старику впервые приходится совершать такой рискованный переход. Нам необходимо во что бы то ни стало прорваться в Сарапул. Преследуя по пятам белогвардейскую флотилию адмирала Старка, мы загнали ее в реку Белую, заградили устье этой реки маленькими продолговатыми усатыми минами «рыбка» и оставили для защиты минного поля почти всю нашу флотилию. По приказу энергичного командарма Шорина134 только миноносцы должны пробиться в Сарапул на помощь сухопутным красным войскам. 135 Расположенное на их пути крупное и богатое, торгующее хлебом село Николо-Березовка136 занято белыми. Около села на берегу стоит батарея полевых трехдюймовых орудий. Поэтому прорыв возможен только ночью, когда навигационные условия необыкновенно трудны. К счастью, на Волге и Каме в 1918 году стояла на редкость высокая вода.137

В густом мраке ночи из труб миноносца вылетают золотые искры, пышут красные огненные столбы. Я сообщаю об этом по рупору в кочегарку, и через несколько минут из широких скошенных труб валит густой черный дым. Нам надо проскользнуть незаметно и быстро, чтобы белые не успели нас обстрелять. Идем с потушенными огнями. Все люки плотно закрыты, иллюминаторы туго задраены тяжелыми крышками. Никто из команды не курит на палубе. Нетерпеливые курильщики спускаются вниз и в спертом воздухе затягиваются крепкой, нестерпимо пахучей махоркой.

— Подходим к Николо-Березовке, — полушепотом предупреждает лоцман.

Направо виднеются темные избы глубоко спящего села. В напряженной

и жуткой тишине глухо и мерно, как большое железное сердце, работает судовая машина. От быстрого хода мелко дрожит корма, оставляя за собой шумный пенистый бугор воды, взрываемой лопастями винтов.

Как раз против Николо-Березовки река образует крутой и опасный перекат. К счастью, нам удается благополучно миновать его. После переката плес

133 Бакана- т.е. бакены, знаки судовой обстановки на реке.

134 Василий Иванович Шорин — на тот момент командующий Второй армией Восточного фронта. Флотилия была оперативно подчинена ему.

135 Каким образом миноносцы могут помочь сухопутным войскам в уже захваченном Красными Сарапуле — загадка.

136 Село на левом берегу Камы, на тот момент крупная хлеботорговая пристань.

137 Данное свидетельство находится в противоречии с общепринятой версией причин отхода Флотилии на зимовку от Сарапула и Гольян в начале ноября 1918 г., накануне решающих боёв Красной армии за Ижевск и Воткинск. Этот отход был вызван, якобы скорым ледоставом и «низкой водой» на Каме.

становится легче и уже идет по середине реки. Вздох облегчения вырывается из впалой груди старого лоцмана, когда опасное место оказывается позади. Он снимает с седой головы потрепанный черный картуз, закатывает к небу грустные серые глаза и на потеху улыбающимся матросам осеняет себя широким крестом.

На крытой плавучей пристани Сарапула собрались для встречи флотилии все власти города: секретарь уездного комитета партии, председатель исполкома, начальник гарнизона и командир полка138. На берегу, впереди столпившихся рабочих, оркестр красноармейцев в длиннополых серых шинелях, сверкая на солнце медными, ярко начищенными трубами, играет веселый марш. Миноносцы, влача за собой длинные шлейфы темно-бурого дыма, проходят под высоким, еще не достроенным железнодорожным мостом и один за другим швартуются у многолюдной пристани.

Встречающие товарищи в легких меховых полушубках и черных кожа-

ных куртках подходят, знакомятся, пожимают руки.

— Где же товарищ Азин? — спрашиваю я, желал познакомиться с ним.

— Он в Агрызе. — там стоит штаб дивизии, — отвечают сарапульцы.

По крутому обрыву карабкаюсь в гору и направляюсь в местный Совет -двухэтажный каменный дом с балконом на грязной базарной площади.

В крохотных комнатах, заставленных простыми, некрашеными деревянными столами, снуют посетители. Члены Совета терпеливо дают им нужные справки.

В небольшой столовой кипит тусклый, нечищеный самовар, выпуская из отверстия в крышке тонкую струйку белого пара. На прилавке разложены по тарелкам ломтики черного хлеба с желтоватым голландским сыром.

За стаканом горячего чая я узнаю, что недалеко от Сарапула, в селе Гольяны, сидят на барже под угрозой расстрела арестованные белым командованием рабочие Ижевского завода.140 Среди них много коммунистов.

Необходимо их всех освободить. Но баржа эта — в белогвардейском тылу: между Сарапулом и Гольянами проходит линия фронта. Значит, опять надо прорываться, применять военную хитрость. Я тороплюсь на корабль. Сарапуль-ские товарищи взволнованно трясут на прощание руку и желают успеха. Вернувшись на «Прыткий»141, отдаю по миноносцам приказ:

138 Отметим, что автор предыдущего текста, военный комиссар (военком) А.Галанов среди присутствовавших на том совещании не упомянут.

139 Кожаные куртки были узнаваемым символом чекистов: эти куртки носили круглый год.

140 Тех, кого повстанцы арестовали в Ижевске, они там же и содержали. См. О былых днях

А.Турецкого. [15, с. 105-119]

— Спустить красные флаги!

Все недоумевают, но беспрекословно подчиняются.

— Все наверх! С якоря сниматься!

Начинается суетливый аврал.

Наконец миноносцы дают ход и осторожно отваливают от пристани. Мы отправляемся в поход. Мачты без флагов, как гигантские шесты, упираются в небо.142

Сразу после Сарапула, красующегося на высоком берегу, пошли желтые жнивья и скошенные луга.143 Впереди по правому борту замечаем кучку вооруженных людей. Здесь как раз и проходит линия фронта.144 На отмели сиротливо лежит черная, смазанная дегтем рыбачья лодка. Подойдя к берегу и застопорив машины, вступаем в разговор с людьми в гимнастерках и с погонами на пле-чах145.

— Кто из вас старший? — спрашивает в мегафон стоящий на мостике вахтенный начальник.

Из группы военных выделяется плотный, широкоплечий парень в аккуратной новенькой гимнастерке цвета хаки и таких же галифе, заправленных в тугие, высокие, глянцевито блестящие сапоги.

— Я! — с привычной военной выправкой молодцевато отвечает он.

— Кто вы такой? — снова раздается вопрос с нашего миноносца.

— Командующий флотом адмирал Старк, — передаю я вахтенному начальнику, повторяющему мои слова в мегафон, — приказывает вам немедленно при-

быть на миноносец.

141 Заметим, что в соответствии с данным рассказом, Ф.Ф. Раскольников руководит операцией с эсминца «Прыткий», капитаном которого являлся И.А.Георгиади.

142 Отметим данное обстоятельство: Раскольников отмечает, что его корабли вообще не несли никаких флагов!

143 Жёлтые жнивья рассказчик может видеть лишь при свете дня.

144 Корабли идут вверх по Каме, а село Нечкино, у которого проходила линия фронта, расположено на правом берегу Камы, следовательно, оно должно быть по левому борту судна. На низком, луговом, заливаемом вешними водами левом берегу Камы здесь деревень и сёл нет.

145 В документах Народной армии нам пока не удалось обнаружить явных свидетельств того, что повстанцы носили погоны; знаком принадлежности к НА были красные нарукавные повязки, а для чехословаков — бело-красные ленточки на головных уборах, введённые Приказом. Вместе с тем генерал В.В. Молчанов, командовавший бывшими повстанцами после вхождения их в Колчаковскую армию, неоднократно указывал в мемуарах, что бывшие повстанцы к погонам относились иронично, и когда их в приказном порядке заставили надеть погоны, они говорили: «Прислали вагон, полный погон». При этом, идя в бой, они погоны снимали, чтобы не выделять из своей среды офицеров, которых при захвате в плен обе стороны, зачастую, немедленно расстреливали.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

146 Красные речники пытаются взять «языка».

Фельдфебель Волков колеблется, но после минутного раздумья направляется к рыбачьей лодке и пытается сдвинуть ее на воду. Потом вдруг, подозрительно взглянув на миноносец, как зверь, внезапно почуявший опасность, порывисто бросается назад. Пулемет Максима с нашего миноносца громко тарахтит ему вслед, но он поспешно скрывается за высоким зеленым бугром.147

Миноносцы плавно скользят дальше, острой грудью разрезая спокойную воду реки.

Слева по носу на горе показалась белая каменная церковь села Г альяны. Против нее, посреди реки, стоит на якоре почерневшая деревянная баржа, на которой виднеются вооруженные люди в черных полушубках и косматых бараньих шапках. Рядом с церковью сереет трехдюймовое полевое орудие148, в амбразуре колокольни торчит пулемет. Недалеко от церкви у пристани пришвартован неуклюжий колесный пароход.

С правого лугового берега149, из кустов, покрывающих отлогую песчаную отмель, на нас с любопытством глядят солдаты. В спокойной их осанке сквозит тыловая безмятежность.

Когда миноносец «Прыткий» поравнялся с плавучей тюрьмой, я скомандовал:

— Его превосходительство адмирал Старк приказывает вам приготовиться. Сейчас возьмем баржу с арестованными на буксир и отведем в Уфу.

Сумрачные лица конвойных засияли от радости. Близость к фронту, видимо, беспокоила их. Весть о походе в глубокий тыл обрадовала и ободрила тюремщиков.

— А как же красные? — нерешительно спросил один из конвойных. — Ведь они в Сарапуле.

— Сарапул сегодня утром занят нашими доблестными войсками. Красные бежали в Агрыз, — ответил в мегафон по моему приказанию вахтенный начальник.

147 Если командир Флотилии уже в Сарапуле решил применить военную хитрость и для этого в целях маскировки приказал спустить красные флаги, то тогда зачем он демаскирует себя громкой стрельбой по одиночному повстанцу? Звуки стрельбы могут насторожить караул при барже!

148 Фактически, это была старинная шестидюймовая осадная пушка без щитового прикрытия.

149 Если корабли идут от Сарапула в Гольяны, то по правому борту у них будет левый луговой берег Камы.

На лицах конвойных теперь уже не просто радость, а восторг. Суетясь и покрикивая, они стали проворно и ловко выбирать вручную тяжелый железный якорь. 150

Наш миноносец подошел к одиноко стоявшему у пристани колесному буксиру. Молодой и краснолицый вахтенный начальник с нежным пушком на щеках поднес к губам мегафон и под мою диктовку громко и отчетливо окликнул:

— Есть! — не сразу донесся оттуда чей-то хриповатый голос.

— По приказанию командующего флотом адмирала Старка возьмите баржу с арестованными и отправляйтесь в Уфу. Мы будем вас охранять.

— У нас мало дров, — ответил с мостика буксира пожилой волгарь с курчавой русой бородой.

— Ничего, в дороге наберем, — властно закричал в мегафон бывший мичман, два года назад окончивший морское училище.

— Есть! — послушно ответил капитан буксира и живо отвалил от пристани.

Заведя буксирный конец, пароход дернул и потащил за собой баржу.

Стоявшие на берегу белогвардейские солдаты со спокойным любопытством рассматривали миноносцы и все наши маневры. С их стороны опасность не угрожала. Я боялся другого: как бы конвойные не сообразили в последнюю минуту, в чем дело. Тогда в безвыходном отчаянии они могут бросить в трюм ручные гранаты и взорвать арестованных.

Но конвоиры ничего не подозревали. Толстый пожилой тюремщик, сидя на груде толстого свернутого каната, мирно и беззаботно раскуривал свою трубку. Когда миноносец «Прыткий» поравнялся с баржей, он, не вставая с места, сделал рукой быстрое вращательное движение: дескать, веселее накручивайте, ребята!

Быстро опустились осенние сумерки, и в воздухе повеяло влажной речной прохладой. В Сарапуле зажегся рой светлых огоньков.151 В темноте мы незаметно прошли через линию фронта.

На палубе смутно черневшей баржи мерцали, как светляки, сотни папи-

150 «Проворно и ловко выбирать вручную тяжелый железный якорь» могут лишь матросы баржи, для которых это привычное дело, а не конвоиры или «каратели». Баржа стоит на реке, и якорный канат туго натянут течением. Для того, чтобы выбрать якорь, надо, чтобы сначала буксир баржу начал перемещать против течения, натяжение троса ослабнет, и тогда якорь можно будет поднять на баржу.

151 От Гольян до Сарапула расстояние более 32 км, и никаких огоньков Сарапула из Гольян не видно: ярких электрических фонарей уличного освещения тогда здесь не было.

Подошли к сарапульской пристани. Здесь белогвардейские тюремщики были благополучно арестованы и свезены на берег.

В глубине темного и грязного трюма, в смрадном, вонючем воздухе копошились полуголые люди, едва прикрытые рваными рогожами. Велика была радость освобожденных пленников! Многие рабочие плакали от восторга, не веря своему счастью.

Спасенных от мучительной смерти оказалось 453 человека.

Мы попросили товарищей провести последнюю ночь на барже, чтобы утром торжественно встретить их в городе.

Начальник гарнизона пригласил меня к себе. Храбрый, решительный, со вставным стеклянным глазом и потому казавшийся косым, он жил на центральной улице в квартире бежавшего инженера.

В просторной и светлой столовой, обставленной просто, но со вкусом, под ласковое мурлыканье уютно кипящего самовара худенькая молодая хозяйка квартиры, разливая чай, с наивным видом рассказала мне, что тоже хотела бежать с мужем к белым, но в баржу ни за что не хотели пустить ее козу, кормившую молоком новорожденную девочку. А без козы-кормилицы молодая мать никуда уехать не могла: врачи категорически запретили ей кормить ребенка грудью. Из-за этого она осталась в Сарапуле и была очень обрадована, когда увидела, что большевики оказались вовсе не такими страшными, как их рисовало испуганное воображение обывателей. Муж был скоро позабыт, и вчерашняя инженерша утешилась, став женой начальника гарнизона, случайно остановившегося в ее квартире.

Так порой куется личное счастье людей.

Рано утром, когда низкое небо было покрыто свинцовыми тучами, начался великий исход. Бледные, исхудалые, измученные люди, сжимая на груди накинутые на плечи рваные рогожи, босиком шли на базарную площадь; сквозь прорехи рогож белело голое тело.

Люди в рогожах вытянулись в длинную процессию. Сарапульские рабочие и ремесленники с грустным сочувствием смотрели на это мрачное шествие. Моряки кричали приветственное «ура». Женщины в пестрых платочках отворачивались и вытирали слезы на опухших красных глазах.

— Вот она, форма Учредительного собрания! — злорадно говорили в толпе.

На базарной площади была сооружена дощатая трибуна, с которой я произнес короткую речь, приветствуя освобожденных. После меня высказались

152 Если заключённые были еще в трюме баржи, то кто раскуривал эти «сотни папирос»?

другие товарищи. Но, в общем, митинг был недолог. Процессия босоногих людей в рогожах ярче и сильнее агитировала против белых, чем любая зажигательная речь.

Под конец выступил человек в рогоже, рассказавший об ужасных условиях жизни на тюремной барже. Тут же он заявил, что вступает добровольцем в Красную Армию. Его примеру последовали и другие.

По окончании митинга люди в рогожах были приглашены в столовую на базарной площади пить чай. Их лица сияли от счастья, они чувствовали себя людьми, побывавшими в лапах смерти и снова вернувшимися к жизни.

Потом им выдали новую одежду. Поспешно и радостно они сбрасывали с себя грязные, оборванные рогожи и облекались в человеческое платье. Многие, скинув рогожи, тотчас надели красноармейскую форму и сразу отправились на фронт.

7 ноября 1918 года, в годовщину Великого Октября, после жаркого штурма красными войсками был взят Ижевский завод.153 В этом штурме принимали участие и освобожденные нами «баржевики». Некоторые из них сложили там свои преданные революции головы за победу и счастье рабочего класса, за Коммунистическую партию.»

4.1. Комментарий: флаг адмирала

Итак, если в официальных цитированных выше документах сказано, что красные флаги с миноносцев были сняты, то мемуарист 1922 г. пишет о том, что Раскольников применил хитрость, вывесив на своих кораблях «белогвардейские флаги», и представ перед повстанцами в форме лейтенанта (?) флота. Эту же версию изложила и Лариса Рейснер в публикации 1925 г. (см. о ней далее) и многие другие люди, называвшие себя участниками того рейда. Раскольникову при публикации книги в 1934 г. уже деваться некуда, и он тоже как-то неохотно и вскользь упоминает о необходимости применения тогда «военной хитрости». Но, в чём конкретно эта хитрость состояла, из его рассказа понять совершенно не возможно: если красные флаги он с кораблей снял, то встреченный им фельдфебель Волков, тем не менее, отчего-то в нём Белого офицера не признал и задал стрекача. Да и вообще Раскольников не говорит о том, что он в какую-то форму с погонами переодевался и лично общался с повстанцами: все свои реплики в диалоге с караулом баржи он подаёт при многих свидетелях, да притом из-за кулис, через вахтенного начальника, который транслирует их через жестяную воронку-мегафон.

153 В реальности части Красной армии вошли в город Ижевск лишь 8 ноября.

Что за притча? Вроде бы Раскольников за ту «военную хитрость» орден получил, от событий его отделяет 15 лет, многих участников уже нет в живых, но вот про камуфляж — флаги и офицерскую форму — он говорить «стесняется», хотя по логике, он должен бы это с гордостью подчёркивать, а он целенаправленно свою роль принижает.

Используем принцип инверсии: если все говорят об этом, а Раскольников молчит, значит, предположим, что ему тут есть что скрывать.

Итак, Раскольников пишет, что выступая в поход, он приказал флаги снять, и над кораблями «торчали голые мачты». Правда ли это? Безусловно, так. Для сухопутного читателя напомним, что при выходе корабля в плавание, капитаном подеётся команда «Швартовы отдать, по местам стоять, шар долой, флаг перенести!». Что это значит? А значит, что соответствующие матросы палубной команды должны отвязать канаты, которыми судно привязано к швартовым тумбам или к другому кораблю, снять с мачты знак в виде шара, который судно поднимает при якорной стоянке или стоя в порту, а, самое главное, перенести судовой флаг с верхней части мачты, со стеньги или гафеля, на кормовой флагшток, т.е. штырь, который возвышается над палубой на задней оконечности судна. Кроме того, всякое, подчёркнём, всякое судно, стоящее в порту под погрузкой-выгрузкой, или имеющее на борту опасный груз (а мины и снаряды — это, несомненно, опасный груз) в соответствии с международным сводом сигналов обязано поднять на мачте красный флаг (правда, его полотнище имеет треугольный вырез со свободной стороны, который образует 2 треугольных же выступа; т.е. косицы).

Подумайте, дорогой читатель, зачем вообще тем кораблям нужны были мачты, если ни парусов, ни антенн радиостанций на них не было? Но мачты на судах стоят вовсе не для красоты, а для подачи сигналов.

И это устроено глубоко рационально: действительно, когда в порту борт к борту стоит много судов, из которых вам требуется найти «Бразильский крейсер», то найти его можно будет по флагу на мачте, видному издалека, гораздо дальше, чем надпись на его борту. А как в бою командир может быстро подать своей флотилии команду на открытие огня по противнику или на совершение одновременного манёвра? Каждому кораблю в отдельности семафорить флажками или светом просто некогда, и тогда на мачте флагманского корабля поднимается флаг из Свода морских сигналов. Остановку сигналят белым флагом с чёрным кругом (По Своду он означает «Обнаружил мину), а спустив водолаза, судно поднимает бело-синий флаг («Альфа»), и все вокруг понимают, что надо обойти это судно подальше, чтобы не повредить шланг-сигнал и не убить, таким образом, героя-водолаза.

В свою очередь, в ночное время, в тумане именно на мачтах помещаются специальные огни, по которым суда опознают друг друга. Мы показали выше, что какие-либо флаги для идентификации флотилий судов в речных баталиях Гражданской войны принципиального значения не имели, и мачты были необходимы кораблям для флажной сигнализации в условиях примитивности средств радиосвязи того времени. Тем не менее, в вопросе относительно флага на корабле Раскольникова, как говорится, «дыма без огня не бывает», но, чтобы этот вопрос прояснить, требуется сказать несколько кратких слов о качествах личности самого Фёдора Фёдоровича. Вехи его жизненного пути и семейные обстоятельства, формировавшие качества характера до того, как он попал в орбиту Ижевско-Воткинского восстания, были следующие:

Родился в Петербурге в 1892 в семье священника. Мать его, А.В.Ильина, дочь генерала, состояла в «гражданском» браке с протодьяконом Ф.А.Петровым.

Семья Федора Раскольникова (справа налево): отец Федор Александрович Петров, священник петербургского Сергиевского собора, Федор, его младший брат Александр, мать Антонина Васильевна Ильина. Источник:

Биографы указывают, что Ф.А.Петров был «выкрестом», т.е. иудеем, перешедшим в христианство. Напомним, что по законодательству того времени

на евреев накладывались многочисленные ограничения в гражданских правах: им запрещалось жить не только в столицах, но вообще перемещаться по стране за пределы нескольких (западных) губерний, входивших в т.н. «черту оседлости»; их не принимали в ВУЗы, не производили в офицеры и вообще не брали на флот. Чтобы избежать эти запрещения, они крестились по Православному обряду.154 Однако к началу ХХ века эти ограничения распространились и на выкрестов и даже на детей выкрестов. Иными словами, формальное сиротство спасало Ильина от этих ограничений. Некоторые биографы упоминают, что отец Ильина покончил жизнь самоубийством. Понятно, что, будучи церковнослужителем, он совершил этим сугубый грех.155

Фёдор воспитывался в пансионе, а получив среднее образование, обучался в Политехническом институте.

В 1910 г. Ф.Ф.Ильин начал борьбу с государством, устройство которого он, очевидно, считал несправедливым, и вступил для этого в партию социал-демократов, стал большевиком.

В 191 4 г. он был призван на флот, но, видимо, воспользовавшись правом вольноопределяющегося, которое получали лица со средним образованием, служить матросом не пошёл, а поступил в Гардемаринские классы. Шёл ему тогда 24-й год, а его соученики были семнадцатилетними юнцами.156

В марте 1917 г. был произведён в мичманы157, но в военных действиях Первой мировой войны не участвовал, посвятив себя Революции. Был депутатом Учредительного собрания.

В ноябре 1917 г. с отрядом моряков подавил антибольшевистские выступления в Москве. Тогда же за революционные заслуги произведён в лейтенанты флота. С января 1918 г.- зам. Наркома (министра) по Морским делам. Становится близким сотрудником и «любимцем» Л.Д.Троцкого. Организовал затопление кораблей Черноморского флота. Затем был членом Реввоенсовета Восточного фронта и членом РВС Российской республики.

154 Аналогично тому, мать В.И.Ульянова (Ленина), основателя Советского государства Мириам Израилевна Бланк имела своим отцом человека, который для того, чтобы поступить на медицинский факультет Казанского университета, перешёл из иудаизма в Христианство и получил по крещению имя Александр. Так-таки она и вошла в историю как Мария Александровна, мать вождя.

155 Можно полагать, что негативное отношение окружающих к такому малодушному поступку церковника могло быть спроецировано и на его детей.

156 Напомним, что лозунгом и целью руководства партии большевиков тогда было поражение царизма в империалистической войне, и, чтобы «откосить» от службы, для большевиков все средства были хороши.

157 Производство состоялось, так как по документам он не был сыном «выкреста».

Ф.Ф.Раскольников с братом.

Именно здесь, на Каме и Волге внебрачный сын еврея-священника-самоубийцы, которому, наверное, не раз пришлось ощутить своё горькое сиротство и социальную ущербность при царском режиме, в полной мере удовлетворяет своё тщеславие и упивается полномочиями, полученными от Советской власти.

Но и тут доказывать своё первенство ему было просто необходимо. Так,

16 октября, когда Раскольников приводит передовой отряд Флотилии в Сарапул, Л.Е Берлин158, начальник базы Волжской флотилии, расположенной в Свияжске (чуть выше Казани), направляет телеграмму в Коллегию Наркомата по морским делам с предложением объединения всех военных флотилий, оперирующих на Волге. Он пишет: «Для упорядочения дела снабжения всех оперирующих на Волге военных флотилий представляется настоятельно необходимым объединить их под властью одного командующего и штаба, не лишая отдельных отрядов флотилии необходимой автономии в решении местных задач. Ввиду состоявшегося очищения Волги такое объединение является неот-

158 См его мемуар в наст. издании. ИДНАКАР 2 (15) 2012

ложным вопросом, ибо в настоящее время званием комфлота именуются равносильно Раскольников, Бернгардт и Зедин. [28]

Автограф «комфлотъ Раскольниковъ, н-к штаба Варваци.»

Действительно, и черноморский моряк К.Я. Зедин, с отрядом, основу которого составили катера-истребители, привезённые в Царицын после потопления Черноморского флота, и который оперировал в районе Балаково-Саратов (это соединение называли Военно-Волжской флотилией), и даже Р.М.Бернгардт [29, с. 297], которого Раскольников по факту сместил с поста командующего собственно Волжской (созданной в Нижнем Новгороде) флотилией ещё 22 августа 1918 г.,159 и который уехал жаловаться на это в ставку Командующего Восточным фронтом в Арзамас, да так и сидел там: оба они считали себя главкомами ВВФ. А в районе города Вольска тогда же действовала и своя флотилия, насчитывавшая до 20 судов. И лишь 24 октября Главком Вооружённых сил И.И.Вацетис издаёт директиву о разграничении зон ответственности между двумя соединениями кораблей: Волжской и Астрахано-Каспийской флотилия-

159 Перемещение было оформлено не Приказом по фронту, а лишь предписанием Начальника Штаба Пятой армии. [ 29, с. 298]

ми. Границей зон был установлен город Камышин; все суда, что оказались севернее, отходили в подчинение Раскольникова, который в свою очередь, подчинялся Командующему Восточным фронтом. [29, с. 128-129]

Контр-адмирал Г.К.Старк Между тем, Раскольников считал себя командующим Волжской флотилией за много дней до этого Приказа Главкома, и задолго до этого его флаг-секретарь Л.М.Рейснер составляла, а он подписывал документы с указанием своего чина «комфлота». При этом его корабли вступали в бой с кораблями Белой флотилии и адмирала Г.К.Старка. И на тот период именно Раскольников был, пожалуй, единственным Красным флотоводцем, который имел своим противником настоящего адмирала!

Напомним читателю, что на флоте существует правило, согласно которому на мачте того корабля, на котором в данный момент находится командующий соединением поднимают особый сигнал, «флаг адмирала», и такой корабль называют флагманским из-за того, что на нём находится флагман, то есть ко-

мандир, который имеет свой личный флаг. Так называемые должностные флаги до переворота 1917 г. поднимали и начальники крепостей, и иные лица высшего командного состава Флота. Имелся свой флаг и у Министра, и у его товарища (т.е. заместителя). Это была своего рода эмблема доблести, вроде дворянского герба, который рыцарь нёс на своём щите. Но должностной флаг несёт и утилитарную функцию. Так, например, на стоянке, на походе и в бою сигнальщики со всех кораблей внимательно смотрят на мачту флагмана, чтобы вовремя заметить там новый сигнал и передать своему командиру для сведения или исполнения.

Стеньговый флаг контр-адмирала Российского флота, введённый Приказом генерал-адмирала от 24 марта 1870 года № 46.

(Андреевский флаг с красной полосой внизу).

Красные речники вспоминали, что в боях на Волге и Каме они видели флаг контр-адмирала Старка на том или ином судне Белой флотилии. И вот, Раскольников, в свете сказанного самоутверждается весьма утончённым, эстетичным способом. Ни много ни мало, он придумывает себе свой личный «адмиральский флаг» и поднимает его на штабной яхте «Межень»160! А чего стесняться: кораблей и людей у него в подчинении уже с конца августа 1918 г. ничуть не меньше, чем у адмирала Старка.

Правда, с этим флагом вышел у него большой конфуз; Раскольников немножко «зарвался», превысил полномочия и нарушил принципы уравниловки и «вертикали власти». О той коллизии вспоминал в мемуарах, опубликованных в

160 Яхта класса люкс, принадлежала Министерству Государственных имуществ. Её называли «царской».

1959 г.161, Н.В.Карташов, бывший матрос кораблей «Ваня» № 5, а потом и «Ваня-коммунист» № 9.

Яхта «Межень». В носовой части видна эмблема Министерства госимуществ: скрещенные молоточки. Из фотофонда НМ УР.

После того, как флотилия, отступив из Ижевско-Воткинского района, 10 ноября прибыла в Нижний Новгород,162 «на якорной стоянке, на Стрелке163 произошёл такой случай. Штабной пароход «Межень» стоял у Софроновской площади. Моряки обратили внимание164 на то, что на мачте, вместо красного флага, поднят другой, незнакомый, напоминающий андреевский флаг царского флота.

161 На то время Раскольников уже два десятилетия как был объявлен невозвращенцем и «врагом народа» и кончил свой жизненный путь при неясных обстоятельствах: то-ли умер от психической болезни в частной клинике, то ли выпал из окна в Ницце.

162 Повстанцы беспрепятственно покинули Правобережье Камы по мостам и на судах в период 12-15 ноября 1918г. Волжская флотилия в противоборство с ними не вступила.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

163 Стрелка — места слияния Волги и Оки в центре города.

164 Понятно, что это не те моряки, которые только что приплыли с Раскольниковым из Прикамья: те судно своего флотоводца и так каждый день видели. Видимо, речь идёт о командах кораблей, которые вошли в состав флотилии лишь в соответствии с разграничением зон ответственности согласно упомянутому Приказу Главкома; все они были стянуты на зимовку в Нижний Новгород, который был назначен базой для всей Волжской флотилии.

Новый флаг горячо обсуждался на боевых кораблях. Среди команд началось возмущение: «Кто позволил единый флаг Советской республики заменить иным без разрешения правительства?»

На пароходе «Ломоносов»165 собрались представители с боевых судов. Там было решено отправиться к комфлоту на «Межень» и от имени личного состава флотилии предложить спустить новый флаг и поднять красный флаг Советской республики.166 Представители команд явились на «Межень». Комфлота там не оказалось.167 К нам вышел мичман Варваци.168 Он объяснил, что новый флаг введён командующим по его собственному проекту. Мы предложили поднять Советский флаг. С мачты «Межени» новый флаг был спущен. Появился наш республиканский, красный флаг».169 [30, с. 104-105]

Вообще, с Советским флагом история такая:

Первый Всероссийский съезд военного флота 18 ноября 1917 г. постановил: «Поднять на всех судах Всероссийского военного флота вместо Андреевского флага флаг Интернационала в знак того, что весь Российский военный флот, как один человек, встал на защиту народовластия в лице Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». Флаг представлял собой простое красное полотнище без надписей и эмблем.

14 апреля 1918 г. декретом ВЦИК был учрежден Государственный флаг РСФСР — красное прямоугольное полотнище с надписью: «Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика». А с 20 апреля Приказом № 320 по флоту и Морскому ведомству на Советских кораблях ввели красный флаг с аббревиатурой «РСФСР», написанной большими белыми буквами посередине полотнища.

Второй послереволюционный Военно-морской флаг был утвержден народными комиссарами по морским делам и иностранных дел РСФСР 24 мая

165 В период операций в Среднем Прикамье судно с таким названием в составе флотилии не фигурирует; этот корабль, на котором Раскольникова знают плохо, и команда которого, видимо, под очарованием его харизмы не находилась. «Ломоносов» послужил гнездом «анти-раскольниковской оппозиции». Этот бывший пассажирский пароход был базой флотилии; здесь была пекарня, скотобойня, склады. Из рейда на Нижнюю Каму «Ломоносов» привёз 30 тысяч пудов хлебопродуктов.

166 Формально это грубое нарушение субординации. Подчинённые не имеют права что-либо предлагать своему командиру, они имеют право лишь просить.

167 В соответствии с Морским уставом, флаг адмирала поднимается на том судне, на котором адмирал в это время реально находится; аналогично тому, как над Кремлём сейчас поднимают штандарт Президента России, когда он пребывает в этом здании. Иными словами, можно предполагать, что Раскольников элементарно не вышел для объяснений с «братвой».

168 Варваци — начальник штаба флотилии.

169 Нижегородские матросы это делают самовольно, определённо задавив экипаж яхты своей массой. Они не дожидаются какого-либо решения Раскольникова или иной инстанции по существу заявленного ими требования.

1918 г. Он представлял собой Красное (алое) полотнище. В левом верхнем углу, окантованном золотой каймой, была надпись «РСФСР», которая выполнялась стилизованной славянской вязью золотистого цвета.

Конституция РСФСР, принятая 10 июля 1918 г., так описывает флаг: «Раздел 6, гл. XVII, § 90. Торговый, морской и военный флаг Российской Социалистической Федеративной Советской Республики состоит из полотнища красного (алого) цвета, в левом углу которого — у древка, наверху, помещены золотые буквы «РСФСР» или надпись «Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика».

Дореволюционный должностной стеньговый флаг товарища (заместителя) Морского министра.

А как мог выглядеть самодельный флаг Раскольникова? Логично предположить, что если на тот момент он находился в чине Заместителя Наркома (т.е. министра) по Военно-морским делам, то он мог взять за основу дизайна, не только вышеприведённый адмиральский, но и другой дореволюционный флаг, предписанный чиновнику аналогичного ранга. Флаг это представлял собой Андреевский крест с якорями. (См. рис.)

У нас пока нет определённых данных о том, когда именно Раскольников начал вывешивать свой личный «адмиральский флаг», который своим дизайном напоминал Андреевский. Но он его, определённо, не 10 ноября 1918 г. в Нижнем за день придумал и изготовил.

Сделаем одно допущение: предположим, что этот флаг он начал применять ранее, когда действовал на Каме среди своих «братишек», с которыми прошёл с двухмесячными боями от Казани, и которые доверяли ему, и могли бы многое ему простить, даже такую «нескромность», как личный флаг. По его словам, когда он приказывает в Сарапуле красные флаги с миноносцев снять, его подчинённые «все недоумевают, но беспрекословно подчиняются». Но недоумевают они перед походом в сторону Гольян не от того, что им приказали перенести флаги перед выходом из порта: перенос флага, и снятие со стеньги красного сигнального флага, показывающего погрузку и наличие опасного груза — обычная практика. Недоумевают они по иной причине: видимо, они впервые видят на своём миноносце «адмиральский» флаг; на мачте «Межени» они его не видали, ибо эта невооружённая штабная яхта всё время находилась далеко от передовых кораблей флотилии, которые ведут бой.

Но если Раскольников пересел со штабной яхты «Межень» и пришёл на миноносце от Вельского устья и Камбарки в Сарапул во время описанного им скрытного ночного рейда, то никакого иного флага, кроме красного, моряки с миноносцев до 16 октября ещё не видали: после объявления отбоя на корабле флаг снимают, а утром поднимают снова, и если Раскольников шёл на «Прытком» ночью, то никакого флага на нём тогда не было.170

Лишь при сделанном выше допущении объяснимы становятся глухие указания мемуаристов на непонятные «белогвардейские» или даже «андреевские флаги», которые Раскольников продемонстрировал и сарапульским Красным чиновникам и Гольянским мужикам. Действительно, если он пошёл в тот «героический» рейд на миноносце «Прыткий» 17 октября с утра в сторону Гольян, то его личный «адмиральский флаг» на нём уже был.

170 Должностные флаги были введены в Советском ВМФ лишь в августе 1919 г.; на них , по примеру английских, должность флагмана обозначалась красными кружками.

Общеизвестно, что знамя Родины, личный флаг харизматичного полководца оказывает большое эмоциональное воздействие на войско, которое осведомлено о значении этого символа. Причём, флаг одинаково сильно, но с противоположным «знаком» воздействует как на собственных бойцов, так и на противника.

Для мужиков, повторимся, этот знак не говорил ничего, сарапульцев и экипажи миноносцев вводил в недоумение, а вот в случае встречи с реальным противником, с кораблями Народной армии этот флаг прошёл бы процедуру «боевого крещения», и, в случае победы Раскольникова, никто бы уже не сомневался в праве этого великовозрастного лейтенанта иметь «адмиральские регалии».

Увы, встречи с кораблями противника тогда не произошло, и на «безры-бье»171 была прихвачена баржа. Возможно, миноносцы флотилии тогда действительно были приняты повстанцами за «английские», за долгожданную помощь со стороны Белого войска. А что же «флаг адмирала»? Несомненно, тогда, в ноябре 1918 г., в Нижнем матросскую «бузу» замять было невозможно, и Раскольникову пришлось пройти через унизительную процедуру объяснений с партийным и армейским руководством. И, видимо, принести покаяние. Он отлично понимал, что в тех условиях ему могли «припаять» не только личную нескромность, но и «бонапартизм», узурпацию полномочий и пр.

Напомним, что в период Гражданской войны многие харизматичные полководцы, легендарные «Красные генералы» были умерщвлены при странных, доселе не выясненных обстоятельствах: Щорс и Котовский, Думенко и Миронов; и другие иже с ними теряли и командные посты и головы.

А тут, какой-то командующий Волжской флотилии (при двух других командующих!) снимает Красное знамя Революции, под которым тысячи самых преданных большевиков свои головы сложили, и заменяет его тряпочкой подозрительного дизайна, да ещё с намёком на Андреевский флаг, под которым моряки в годы «проклятого царизма» зуботычины от офицеров получали. «Братва, за что боролись?»

Видимо, в качестве одного из оправдательных доводов при той «разборке» Раскольников использовал и тот, что он на «Прыткий» свой флаг повесил, и именно этот флаг и ввёл караул при барже в заблуждение, и вот, в результате он столько людей от расстрела спас. Ведь победителей не судят.. А иначе, почему официальные реляции про флаг ничего не сообщают, а мемуаристы после 1922 г. хотя и в разнобой, но все про флаги говорят?

171 На безрыбье и рак — рыба (посл.)

Сам же Раскольников про «белогвардейский» флаг в мемуарной повести от 1934 г. красноречиво свидетельствует своим умолчанием. Но надо полагать, что инициативу с присвоением личного флага он со своим прямым начальником Л.Д.Троцким в 1918 г. всё же согласовал. Вспомним обстоятельства появления цитированной здесь книги Раскольникова: бывший его куратор, когда-то Наркомвоенмор Л.Д.Троцкий, культ личности которого был сформирован в ходе Гражданской войны, в 1927 г. был исключён из партии, а в 1929 г. выслан из СССР; с декабря 1934 г., после убийства С.М.Кирова, троцкистов-зиновьевцев-бухаринцев косяками уже ведут в расход и в Гулаг. Иными словами, и над Раскольниковым в тот период сгущаются тучки. Ему просто необходимо напомнить общественности о подвигах «героической молодости». Вот и появляются те «Записки мичмана Ильина». Но и врать в них напропалую он тоже не может: свидетелей ещё слишком много.

Прочитаем его текст ещё раз и зададимся вопросами: правда ли то, что, когда он пришёл из Сарапульского Ревкома на миноносец, чтобы возглавить поход, красные флаги со всех мачт миноносцев сняли? Безусловно, правда; это описанная нами выше обычная практика использования флагов на кораблях, и тогда все это видели. А правда ли то, что, как он пишет, стоя на флагманском судне, он видел голые мачты миноносцев отряда? И это верно, ибо стоя на мостике флагманского корабля, он свою собственную мачту, на которой висит его самоприсвоенный должностной флаг, никак видеть не может: она у него за спиной, и вид на неё перекрыт надстройкой. Так что, формально, он ничуть не врёт; он просто умалчивает о своей инициативе произвести «психическую атаку» дивизионом миноносцев, памятуя, что инициатива бывает наказуема, а в эпоху «большого террора» людей «стирали в лагерную пыль» и по более ничтожным поводам. Вот и складывается у читателя впечатление, что не было тогда на флагманском судне вообще никакого флага, ни царского, ни адмиральского. Раскольникову именно этого и надо, он как бы говорит: флагов не было, и точка, нечего старое ворошить. А, значит, и не было той матросской «оппозиции» по отношению к нему, выдвиженцу Троцкого тогда, в ноябре 1918 г. в Нижнем.

Но, видимо, всё же отнюдь не случайно сразу после этой Нижегородской «бузы» с флагом Раскольников, как человек, допустивший из-за личного тщеславия, или «из ложно понятых интересов службы» серьёзный конфликт с подчинённым ему коллективом, и, по факту, потерявший управление своим войском, от командования Волжской флотилией был отстранён и переведён куда подальше, на Балтику, где немедленно и попал в плен к англичанам.

Вывод: использованный Ф.Ф.Раскольниковым в ходе рейда вверх по Каме 17 октября 1918 г. самодельный адмиральский флаг, имевший сходство с Андреевским флагом не смог ввести дозор повстанцев в заблуждение относительно принадлежности миноносцев к Белой флотилии. Точно так же не «сработал» бы он и на караул баржи.

Должностной флаг сигнализирует противнику: «Бойся, на тебя идёт флотилия. Я лишь авангард, за мной несчётная сила!». А напуганный противник уже наполовину побеждён. Таким образом, этот знак был предназначен для целенаправленного психического воздействия на военных моряков из личного состава Галёвской флотилии Народной армии, осведомлённых о значении флагов ВМФ.

5. Говорит боевая супруга, 1918-1924 г.

Итак, 10 ноября 1918 г. Волжская флотилия концентрируется в Нижнем Новгороде для зимовки, и здесь случается инцидент с «личным флагом» Раскольникова. Но конфликт с коллективом проходит для комфлота без последствий. Возможно, так происходит потому, что в газете «Известия ВЦИК» от 16 ноября публикуется очерк Ларисы Михайловны Рейснер под названием «Ка-зань-Сарапул». Впоследствии этот очерк был ею переработан, и вошёл в книгу «Фронт. 1918-1919», которая увидела свет в 1924 г. Потом очерк был многократно переиздан в Советское время в составе сочинений этого автора.

Интересно, что Л.М.Рейснер отправила тогда множество «Писем с фронта» в газеты «Правда» и «Известия». Но вот что примечательно: к событиям Восстания тематически примыкают, наверное, лишь 2 её материала: нижеследующий, а также приключенческий очерк «Казань», в котором автор рассказывает, про то, как после отступления Красных от Казани (это случилось после 5 августа) Раскольников исчез из её поля зрения, и для того чтобы узнать о его судьбе она проникает в город, где несколько дней (или недель?) приживает на нелегальном положении, и получает списки Советских работников из которых видно, кто именно из них был захвачен Белыми и казнён или заключён под стражу, а кому удалось скрыться. Но этот очерк, в котором рассказчица предстаёт как умелый конспиратор, вполне героически переносящий физические и нравственные страдания, публикуется лишь в 1922 г. Не понятно, отчего этот документ большой силы и литературное произведение, отмеченное чертами таланта читатель не увидел раньше? Да и было ли оно написано ранее 1922 года ?

Кожаная куртка, очки-пенсне «под Троцкого»: так могла выглядеть Л.М.Рейснер во время пребывания в Сарапуле в 1918 году.

А в цитируемом здесь очерке «Казань-Сарапул» Лариса Рейснер вообще никак не упоминает о своём участии в освобождении баржи: остаётся не ясно, то ли она сама участвовала в этом походе, то ли записала его со слов участников. Указанный репортаж не только воспевает Ф.Ф.Раскольникова, не называя имён иных организаторов и участников Гольянского рейда, т.е. творит «культик» личности в эпоху культа вождей; нет, текст имеет несколько знаковых элементов. Из него во-первых следует, что освобождение баржевиков произошло вовсе не по команде от вышестоящего начальства, и даже не «по просьбам трудящихся». В тексте мастерски выведен яркий образ обиженной «белогвардейцами» плачущей «матроски» по аналогии с солдатской женой, солдаткой. Она прямым текстом обращается к «браткам» флотилии, говорит, что её муж, ныне заключённый баржи «матросом был как вы». Запоминается читателю и образ

неназванного матроса, который из трюма баржи, встав на табуретку (!?) наблюдает в дырочку, проделанную ножом (?!) за подходящими кораблями, и даже узнаёт в прибывающих своих корешей-балтийцев (!?). Разумеется, среди сотен заключённых несколько матросов действительно, присутствовали, но основную массу баржевиков составляли вовсе не они, а местные Советские работники и красноармейцы из Сарапула, Камбарской и Сайгатской округи. Однако же, написанный Ларисой Рейснер текст апеллирует исключительно к матросскому чувству справедливости. Он содержит определённый эмоциональный посыл именно матросам, и кричит: «Братва, Раскольников- он свой, нашенский, балтийский».

Видно, что Лариса Михайловна, говоря сниженной лексикой, «отмазывает» от партийного взыскания своего компаньона любой ценой. Им обоим просто необходимо опубликовать тот очерк именно в ноябре 1918г., чтобы представить Раскольникова именно тем победителем, которых «не судят». Ибо, если её походно-полевой «муж» со своего поста «полетит», то и она за ним; она же при Флотилии как-никак комиссаром состояла. А женой Раскольникова была Вера Николаевна?172

Ночные склянки173, отбивающие часы на палубе миноносца, удивительно похожи на куранты Петропавловской крепости.

Но, вместо Невы, величаво отдыхающей, вместо тусклого гранита и золотых шпилей отчетливый звон осыпает необитаемые берега, чистые прихотливые воды Камы, островки затерянных деревень.

172 См. свидетельство А.Галанова в наст. издании. Впрочем, прояснение этого пункта о семейном отношении персонажей увело бы нас слишком далеко от темы Ижевско-Воткинского восстания. Широко известен исторический анекдот, основанием которого послужили последние (буквально, предсмертные) статьи В.И.Ленина, известные, как его «политическое завещание» . Там он прямо пишет о том, сто Сталин слишком груб и во главе партии должен быть человек более лояльный, менее капризный и пр. Сталин, возможно, хотел скрыть это мнение умирающего вождя от коллег, но Н.К.Крупская передавала черновики Ленина в ЦК Партии. Случилось так, что Сталин «площадно обругал» Крупскую, и по настоянию Ленина был вынужден извиняться перед ней. Возможно, тот конфликт приблизил кончину основателя Советского государства. Впоследствии Стали будто бы говорил Крупской, что если она будет вести себя по-прежнему гордо и независимо, то «вдовой Ленина назначат другую женщину».

173 Склянки- песочные часы со стеклянными колбами. Каждые четверть часа вахтенный матрос, чтобы не заснуть переворачивает их и даёт знать всему экипажу, что он бдит на посту, ударяя в судовой колокол.

На мостике темно. Луна едва озаряет узкие, длинные, стремительные тела боевых судов. Поблескивают искры у труб, молочный дым склоняется к воде белесоватой гривой, и сами корабли, с их гордо приподнятым носом, кажутся среди диких просторов не последним словом культуры, но воинственными и неуловимыми морскими конями.

Редкое освещение: отдельные лица видны, и отчетливо видны, как днем. Бесшумны и так же отчетливы позы. Эпические, годами воспитанные и потому непринужденные, как в балете, движения комендора, снимающего тяжелый

брезент с орудия одним взмахом, как срывают покрывало с заколдованной и

Пляшущие руки сигнальщика с его красными флажками, красноречивые и лаконические, танцующие в ночном ветре условный, обрядовый танец приказа-

И над сдержанной тревогой судов, готовящихся к бою, над отблеском раскаленной топки, спрятавшей свой дым и жар в глубине трюма, — высоко, выше мачты и мостика, среди слабо вздрагивающих рей, восходит зеленая утренняя звезда.

Давно пройден и остался за поворотом реки наш передовой пост, лодка под самым берегом, и командир Смоленского полка, Овчинников, спокойный, всегда неторопливый и твердый, отчетливый и немногословный — один из славной стаи Азинской 28-й дивизии, прошедшей с боем всю Россию, от холодной Ка-

мы до испепеленного желтыми ветрами Баку.

Где-то справа мелькнул и исчез лукавый огонек — может быть, белые, а может быть, один из отрядов Кожевникова177, шаривший в глубоком тылу у белых и иногда совершенно неожиданно вылезавший навстречу нашей «Межени» из непролазной чащи кустарника, запутавшего обрывистый Камский берег.178

При первых лучах рассвета необычайна красота этих берегов. Кама возле Са-рапуля широкая, глубокая, течет среди желтых глинистых обрывов, двоится между островов, несет на маслянисто-гладкой поверхности отражение пихт — и так она вольна и так спокойна. Бесшумные миноносцы не нарушают заколдо-

ванный покой реки.

На мелях сотни лебедей распростирают белые крылья, пронизанные поздним октябрьским солнцем. Мелкой дробной тучкой у самой воды несутся утки, и далеко над белой церковью парит и плавает орел. И хотя противоположный луговой берег занят неприятелем — ни одного выстрела не слышно из мелкорос-

174 На миноносцах типа «Сокол» пушки располагались на палубе открыто, без орудийных башен.

175 Флажный семафор используется в дневное время; ночью сигналят светом фонаря с помощью азбуки Морзе.

176 Это явно фрагмент текста, добавленный в 1924 г.; дивизия Азина получила номер 28 уже после Гольянского рейда, а на Каспийском море моряки Волжской Флотилии оказались лишь в 1919 г.

177Кожевников- командир Красного партизанского отряда, действовавшего на правобережье Средней Камы.

178 Можно понять, что миноносцы совершили ночной переход от устья Белой и Камбарки вверх до Сарапула вместе со штабной яхтой. Правый берег Камы здесь высок и обрывист. Левый- луговой.

179 В сравнении с колёсными пароходом, который громко шлёпает своими плицами по воде ход миноносца с винтовым движителем, действительно, можно считать бесшумным.

лых кустарников. Очевидно, нас не ждали в этих местах — и не успели пригото-

Из машинного люка до пояса выставляется закопченный и бледный моторист и, стирая с лица черноту и пот, с наслаждением вдыхает острый утренний воздух, за одну ночь ставший осенним и северным.

Лоцман на мостике, всклокоченный и крепкий, похожий в своих сединах и овчинном тулупе на лешего, пророчит ранний мороз. 181

«Снегом пахнет, воздух — снегом пахнет», — и опять молча отыскивает узкую дорогу кораблей среди предательской ряби отмелей, тумана и камней. За эту ночь пройдено больше ста верст182, и вот вдали показался кружевной железнодорожный мост и белые макушки Сарапуля. Команда отдыхает, полощется возле крана, дразнит двух черных щенят, взращенных с великой любовью среди пушечной пальбы и непрерывных походов.

Резкий крик наблюдателя:

— Люди на левом берегу, — и снова напряженное ожидание. Но те, на берегу, уже разглядели нас, и в воздухе радостно пляшут красные полотнища. И дальше, на берегу, и на мосту, и за песчаным прикрытием вспархивают и трепещут красные флажки. Малые фигуры пехотинцев в серых шинелях бегут по берегу, машут, кричат и перебрасывают на железные палубы миноносцев какие-то благословляющие приветствия.

Прошли мост, повернули левее, а за последним судном, идущим в стройной кильватерной колонне183, уже трещит ружейная перестрелка. Это белые обстреливают охрану моста, сбежавшуюся посмотреть на пароход нашей флотилии.

В бинокль ясно видна набережная Сарапуля184, занятого дивизией Азина185, Сарапуля, со всех сторон обложенного белыми186 и наконец, благодаря приходу флотилии, соединенного с нижележащими армиями.

180 Верное замечание. Но повстанцы приготовится к встрече противника не смогли бы при всём желании вследствие ничтожного количества артиллерийских орудий, имевшихся у них на вооружении.

181 Версия с «ранним морозом» послужила оправданием для ухода Волжской флотилии и с боевых позиций на зимовку в Нижний Новгород в начале ноября 1918 г. Фактически, в соответствии с метеосводками раннего ледостава в том году не было.

182 Измерением по карте можно установить, что 100 вёрст (ок. 110 км)- это расстояние по Каме от Бельского устья до Сарапула.

183 Т.е. несколько судов Волжской флотилии идут к Сарапулу одно за другим.

184 Сарапуль- в современном написании Сарапул, районный центр на юго-востоке Удмуртии.

185 Владимир Мартинович Азин. На тот момент командир Второй дивизии Восточного фронта. В январе 1920 г., по данным Белых источников, был захвачен в плен и стал сотрудничать с противником. См. подробнее Вспомним, братцы Азина. [15, с. 82-104]

186 Речь идёт о рабоче-крестьянской повстанческой Прикамской Народной армии, которая ни организационно, ни в плане директив или снабжения от Белого движения не зависела.

Подходим ближе. На крыше поплавка187, на перилах, на дороге — красноармейцы, чуйки188, платочки и бороды, и все это радостно изумленное, свое, дружеское. Оркестр на пригорке гремит марсельезу, барабан, заглядевшись на корабли, образует брешь в мелодии, труба несется далеко впереди рассерженного дирижера, радостно играя громовыми переливами и не останавливаясь ни на чем, как конь, сбросивший всадника. Уже приняты концы, борт плавно примк-нулся к пристани, матросы высыпали на берег, и пошли разговоры:

— Как же вы прорвались? Побили их корабли?

— И побили, отец, и в реку Белую загнали.

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Чрез толпу пробивается молодая еще женщина, вся в слезах. «Матроска», — говорят окружающие. И начинаются новые причитания. Плач матери и жены, пронзительный однообразный вопль: «Моего увели на барже, на барже стащили. Матросом был, как вы». Платочек мечется от одного моряка к другому, слепнет от слез, гладит шершавые рукава бушлатов, это последнее свое воспоминание. Да, жестокая штука война, гражданская, — ужасна. Сколько сознательного, интеллигентского, холодного зверства успели совершить отступающие враги.

Чистополь, Елабуга, Челны и Сарапуль — все эти местечки залиты кровью, скромные села вписаны в историю революции жгучими знаками. В одном месте сбрасывали в Каму жен и детей красноармейцев, и даже грудных пискунов не пощадили. В другом — на дороге до сих пор алеют запекшиеся лужи, и вокруг них великолепный румянец осенних кленов кажется следом избиения.

Жены и дети этих убитых не бегут за границу, не пишут потом мемуаров о сожжении старинной усадьбы с ее Рембрандтами и книгохранилищами или о китайских189 неистовствах Чеки. Никто никогда не узнает, никто не раструбит на всю чувствительную Европу о тысячах солдат, расстрелянных на высоком камском берегу, зарытых течением в илистые мели, прибитых к нежилому берегу. Разве был день, — вспомните вы, бывшие на борту «Расторопного»,

187 Поплавок- плавучая пристань, дебаркадер.

188 Чуйка- крестьянская верхняя одежда.

189 В изданиях после 1930-х годов слово «китайских» опущено. Видимо, его не следует понимать в качестве указания на национальную принадлежность чекистов. Возможно, это прилагательное появилось тут оттого, что газеты начала ХХ века сообщали шокирующие подробности о казнях в Китае; тут фигурировало и публичное поджаривание на сковородке, и разрезание живого человека на тысячу частей и пр.

«Прыткого» и «Ретивого»190, на батарее «Сережа»191, на «Ване-коммунисте», на всех наших, зашитых в железо, неуклюжих черепахах, — разве был хоть один день, когда мимо вашего борта не проходила эта молчаливая спина в шинели, этот солдатский затылок с такими редкими куцыми волосами (все после тифа) и танцующей по воде рукой, то всплывающей, то опущенной ко дну.192 Разве было хоть одно местечко на Каме, где бы не выли от боли в час вашего прихода, где бы на берегу, среди счастливых и обезумевших, которые так неумело (рабочие ведь не моряки) принимали ваши «чалки», не было десятка осиротелых баб и грязных, слабых и голодных детей рабочих. Помните этот вой, которого не могло заглушить даже лязгание якорной цепи, даже яростный стук сердца, даже красный от натуги голос предисполкома, который еще издали за полверсты кричал вам, что Самара взята Красной армией.

Между тем к первой женщине подошла вторая, совсем маленькая и старая. На ее лице те же шрамы горя. «Не плачь, расскажи толком». И мать рассказывает, но слова ее теряются в причитаниях, ничего нельзя понять.

А дело вот в чем: отступая, белые погрузили на баржу шестьсот человек наших и увезли — никто не знает куда, кажется, в Уфу, а может быть, и к Воткин-

Через час пронзительная сирена собирает на пристань разошедшихся матросов, и командующий отдает новое приказание: флотилия идет вверх по реке на поиски баржи с заключенными. И, подгоняя команды, как-то особенно отчетливо повторяет: «Шестьсот человек, товарищи».

Они нас не ждали: окопы, проволочные заграждения, пикеты — все это оказалось неприкрытым со стороны реки и видно, как на блюдечке. Медленно скользя вдоль берега, миноносцы выбрали удобное место, и комендоры отыскивают цель. В кают-компании полуоткрыт люк в пороховой погреб, и оттуда быстро передают наверх снаряды. Раздается команда:

190 В реальности миноносцы, вошедшие тогда в Волжскую флотилию, назывались «Прыткий», «Прочный» и «Ретивый». Л.М.Рейснер, как флаг-секретарю флотилии положено было бы знать об этом.

191 В октябре 1918 г. в Сарапуле стояла плавбатарея «Степан Разин».

192 Автор описывает плывущий по реке труп солдата. Противоборствующие стороны тогда зачастую не имели никаких знаков различия.

193 Уфа- это туда куда по реке Белой Флотилия «загнала» корабли своего противника, а Вот-кинск, вернее заводская пристань Галёво- это значительно выше Сарапула, Нечкино, Гольян и Сайгатки, вверх по Каме. Отметим это обстоятельство: 16 октября сарапульцы не знают местонахождения баржи с арестантами.

— Залп. Из дула выплескивается огненная струя, с легким металлическим звоном падает пустая гильза, и через десять — пятнадцать секунд в бегущей цепи неприятеля194 подымается пепельно-серый и черный дымовой фонтан. Управляющий огнем изменяет прицел:

— Два больше, один лево. Залп.

Вот и на «Ретивом» открыли огонь, и «Прочный» из кормового орудия зажег церковь.

Пользуясь всеобщим смятением, мы засветло будем в Гальянах (тридцать пять верст выше Сарапуля).

Еще один переход в десять верст, и мы у цели. Красные флаги спущены, решено всех взять врасплох, выдавая флотилию за белогвардейскую — адмирала Старка, которую с таким нетерпением до сих пор поджидали себе на помощь ижевцы.195 Из-за островка и поворота Камы суда полным ходом появляются перед пристанями Г альян, проходят село, расположенное на горе, и выше его делают поворот, разворачиваются — маневр очень трудный на таком узком и мел-

— Без приказаний не открывать огня, — передает сигнальщик с одного миноносца на другой.

Обстановка следующая: в двадцати-тридцати саженях на берегу197, возле церкви, ясно видно тяжелое шестидюймовое орудие. Дальше на пригорке много любопытных крестьян и среди них кучки вооруженных солдат. На колокольне второе орудие; быть может, пулемет. Под левым берегом баржа с десантом белогвардейцев. В кустах мелькают белые палатки лагеря, расстилается дымок походных кухонь, и, отдыхая, солдаты лежат на берегу, с любопытством следя за маневрами миноносцев. Посредине же реки, охраняемая караулом, целая плавучая могила, безмолвная и недвижимая.

Рупор с «Прыткого» вполголоса передает порядок действий на другие су-да.198 «Ретивый» подходит к барже и, не выдавая себя, удостоверяется в присутствии драгоценного живого груза. «Прыткий» наводит орудия на шестидюймо-

194 Полководцы противника представляется тут полными идиотами: если верить рассказу, то они послали своих солдат цепями атаковать миноносцы в пешем строю!?

195 Как же так? Только что миноносцы стреляли из пушек по повстанцам, и даже «церковь зажгли» (видимо, это церковь в селе Нечкино), а повстанцы этого не видели и не слышали?

И отчего-то должны эти стреляющие по ним миноносцы принять за свои?

196 Отметим то обстоятельство, что миноносцы повернули назад выше Гольян; но вот на сколько километров выше?

197 Т.е. на удалении 50-60 м.

198 Диво-дивное: моряки с одного корабля на другой через мегафон кричат друг другу «вполголоса» команды, и при этом они сами друг друга слышат, а их противник- нет?!

вую пушку, с тем чтобы разбить ее в упор при первом движении неприятеля, но одновременно наблюдает за пехотой.199

Но как же снять с якоря баржу, как вытащить ее из узкой ловушки, образуемой мелями, островом и перекатом? К счастью, тут же у пристани дымит неприятельский буксир «Рассвет»200. Наш офицер в блестящей морской фуражке передает его капитану безапелляционное приказание.201

— Именем командующего флотилией адмирала Старка приказываю вам подойти к барже с заключенными, взять ее на буксир и следовать за нами через реку Белую на Уфу.

Приученный белыми к беспрекословному повиновению202, капитан «Рассвета» немедленно исполняет приказание: подходит к барже и берет ее на буксир. Бесконечно медленно тянутся эти минуты, пока неповоротливый пароход, шумно шлепая колесами-жабрами, подходит к барже, укрепляет тросы, дымит и разводит пары. Команда наша замерла, люди страшно бледны, верят и не смеют поверить этой сказке наяву, этой обреченной барже, такой близкой и еще бесконечно далекой. Шепотом спрашивают друг у друга:

— Ну что, двигается или нет? Да она не двигается.

Но «Рассвет», напуганный строгим окриком капитана, чудесно исполняет свою роль. На барже заметно движение. Сам караульный начальник и его команда, сложив винтовки, помогают выбирать якорь. И понемногу тяжелая громада выходит из равновесия, трудно разворачивается ее нос, натянутые канаты слабеют и снова тянут свою упрямую спутницу. «Прыткий» окончательно успокаивает смущенных тюремщиков.

— Именем командующего приказываю вам сохранять полное спокойствие, мы пойдем впереди, и будет вас конвоировать.

— У нас мало дров, — пробуют возражать с «Рассвета».

199 Комендоры миноносца наводят пушку на повстанцев, а они отчего-то этого не замечают и не беспокоятся!?

200 Автор справедливо отмечает, что если бы не случайное присутствие буксира в Гольянах в тот день, то и баржа не была бы уведена.

201 Имя офицера не названо. Как увидим, каждый из нескольких моряков, написавших мемуары, утверждал, что честь руководства той операций принадлежит именно ему. Замечательно указание на «блестящую фуражку». Видимо, по этой фуражке повстанцы признали в этом офицере «своего» и повиновались? См. мемуар Н.М.Толокнова в наст. издании.

202 Верное замечание: Красные «революционные сифилитики» дисциплинированностью не отличались. Напомним, что приведённое в кавычках выражение опубликовано в пьесе «Оптимистическая трагедия» Всеволода Вишневского, который во времена описываемых событий служил пулемётчиком в данной флотилии. Утверждают, что в образе женщины-комиссара он вывел образ Ларисы Рейснер.

— Ничего, по дороге погрузите, — отвечает комфлот, и миноносцы, не торопясь, чтобы не вызвать подозрения у наблюдающих с берега белогвардейцев, начинают отходить к Сарапулю.

А там, в трюме баржи, уже началась тревога: «Зачем везут, куда и кто». По отвратительному, грязному полу пробирается на корму один из заключенных, матрос. Там в толстой доске перочинным ножом проверчена дырка, единственный просвет, в который видно кусок неба и реки. 203 Долго и внимательно наблюдает он за таинственными судами и их молчаливой командой. Читая луч надежды на его лице или новое опасение, искаженные лица окружающих кажутся одним общим лицом, неживым и неподвижным.

— Да ведь они все одинаковые, серые, длинные. Белогвардейские или нет? Смотри внимательно, смотри скорее.

— Что нет, черт тебя дери? Наблюдатель сваливается с табуретки. 204

— У них нет таких железных, это наши, это балтийские, на них матросы. 205

Но несчастные, три недели пробывшие в гнойном подвале, спавшие и евшие на собственных экскрементах206, голые и завернутые в одни рогожи, не смеют поверить.

Уже в Сарапуле, когда на пристанях кричал и плакал приветствовавший их народ, когда матросы арестовали белогвардейский караул и, не смея спуститься в отвратительный трюм, вызывали из этой могилы заключенных, еще тогда отвечали проклятиями и стонами. Никто из четырехсот тридцати не верил в возможность спасения. Ведь вчера еще караульные выменивали корку хлеба и чайник на последнюю рубашку207. Вчера на рассвете из общей камеры на семи штыках выволокли изорванные тела трех братьев Красноперовых и еще двадцать семь человек.208 Уже целые сутки в отверстие на потолке никто не бросал кусков хлеба, единственной пищи, утолявшей голод в течение трех недель.

Перестали кормить, значит, уже не стоит тратить даже объедков на обреченное стадо, значит, ночью или в серый, бескровный, утренний час придет конец

203 Поразительно: тюремщики не обыскивают заключённых; ножи являются безусловно запрещёнными предметами для лиц, находящихся под арестом.

204 Иными словами, в трюме, где содержатся заключённые, имеется мебель?

205 Наблюдатель правильно идентифицирует миноносцы по их силуэтам: никакие флаги ему для этого не нужны. Правда, он отчего-то оказывается осведомлён о судовом составе Красной флотилии лучше, чем его тюремщики.

206 Насчёт организации отправлений естественных надобностей в данном арестном помещении см. мемуар П.М.Невлера об утрате параши в наст. издании.

207 Обмен чайника на рубашку представляется вполне эквивалентным.

208 Итого 30 человек убитых, как и в мемуаре А.В.Галанова, датированном 1922 годом.

для всех — конец еще неведомый, но бесконечно тяжкий. 209 И вдруг привезли, открыли голубую и серебряную дыру в ночное небо и зовут всех наверх странными, страшно взволнованными голосами, и зовут каким именем — запрещенным, изгнанным — «товарищ». Не измена ли, не ловушка ли, новое ухищрение?

И все-таки в слезах, ползком, один за другим, они воскресли из мертвых. Что тут творилось на палубе! Несколько китайцев, у которых никого нет в этой холодной стране, припали к ногам матроса и мычанием и какими-то возгласами

на чуждом нам языке воздали почести и безмерную преданность братству лю-

дей, умирающих друг за друга. 210

Утром город и войска встречали заключенных. Тюрьму подвезли к берегу, опустили сходни на «Разина» — огромную железную баржу,211 вооруженную дальнобойными орудиями, и через живую стену моряков четыреста тридцать два шатающихся, обросших, бледных сошли на берег. Вереница рогож, колпаков, шапок, скрученных из соломы, придавала какой-то фантастический вид процессии выходцев с того света. И в толпе, еще потрясенной этим зрелищем, уже просыпается чудесный юмор.

— Это кто же вас так нарядил, товарищи?

— Смотрите, смотрите, это форма Учредительного собрания, — каждому по рогоже и по веревке на шею.

— Не наступай мне на сапог, видишь — пальцы торчат. — И выставляет вперед ногу, обернутую грязным тряпьем.212

Еще приближаясь к берегу, голосами, пролежанными на гнилой соломе, они начали петь марсельезу.213 И пение это не прекращалось до самой площади. Здесь представитель от заключенных приветствовал моряков Волжской флоти-

209 На момент написания очерка в распоряжении его автора, видимо, всё же не было свидетельств того, что повстанцы готовились каким-то образом умертвить всех баржевиков.

210 Несколько сотен китайцев в составе войск Третьей армии Восточного Фронта Красных было захвачено повстанцами в плен севернее Воткинска. Повстанцы, не имевшие достаточно верёвок, привели их в плен, связав между собой за косы.

211 Иными словами, баржа-форт «Атаман Разин» (1900 т, 106 м.) уже находилась у пристани, и к ней вторым бортом пришвартовали баржу с заключёнными. Из этого следует, что и буксиры в составе Флотилии на тот момент были; один из них и привёл эту баржу-форт в Сарапул.

212 Большевики, арестованные в августе и начале сентября просто не могли иметь при себе тёплой одежды, а Народная армия сама испытывала дефицит одежды, организуя сбор вещей для солдат среди населения.

213 Разумеется, речь идёт не о гимне Франции, а о «Рабочей Марсельезе», которая исполнялась как гимн России после Февральской буржуазно-демократической революции. Вопрос о принятии песни в качестве официального гимна должно было решить Учредительное собрание, разогнанное большевиками.

Отречёмся от старого мира, ИДНАКАР 2 (15) 2012

лии, ее командующего и власть Советов. Раскольникова на руках внесли в сто-ловую214, где были приготовлены горячая пища и чай. Неописуемые лица, слова, слезы, когда целая семья, нашедшая отца, брата или сына, сидит возле него, пока он обедает и рассказывает о плене, и потом, прощаясь, идет к товарищам-морякам благодарить за спасение.

В толпе матросов и солдат мелькают шитые золотом фуражки тех немногих офицеров, которые проделали весь трехмесячный поход от Казани до Сарапуля.215 Давно, я думаю, их не встречали с таким безграничным уважением, с такой братской любовью, как в этот день. И если есть между интеллигенцией и массами чудесное единство в духе, в подвиге и жертве, оно родилось, когда матери рабочих, их жены и дети благословляли матросов и офицеров за избавление от казни и мук их детей.» 216

Отряхнём его прах с наших ног!

Нам не нужно златого кумира,

Ненавистен нам царский чертог.

Мы пойдём к нашим страждущим братьям,

Мы к голодному люду пойдём,

С ним пошлём мы злодеям проклятья —

На борьбу мы его позовём.

Вставай, подымайся, рабочий народ!

Иди на врага, люд голодный!

Раздайся, клич мести народной!

Вперёд, вперёд, вперёд, вперёд, вперёд!

Богачи-кулаки жадной сворой Расхищают тяжёлый твой труд.

Твоим потом жиреют обжоры,

Твой последний кусок они рвут.

Голодай, чтоб они пировали,

Голодай, чтоб в игре биржевой Они совесть и честь продавали,

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Чтоб глумились они над тобой.

214 Видно, что уже в тот момент он был объявлен единоличным исполнителей подвига по освобождению баржи.

215 То есть командиры флотилии и из числа бывших офицеров носили свои «блестящие» шитые золотом фуражки всё время; им не было нужды надевать их специально, как маскарадную одежду, чтобы ввести повстанцев в заблуждение.

216 Источник текста: Рейснер Л.М. Казань — Сарапул./ Избранное. М., 1980. Впервые опубликовано в газете «Известия» 16 ноября 1918 г.

5.1. Комментарий: мичман Мейрер против писательницы Рейснер

Прочитаем ещё раз текст, посмотрим на фотографии командного состава Красной Волжской флотилии и спросим Ларису Михайловну Рейснер: блестящая офицерская фуражка- это по её мнению что такое? Это знак принадлежности её носителя к Белому или Красному флоту? Проще говоря, если Гольян-ский мужик увидел на миноносце офицера в фуражке, то что он должен был подумать? По логике Ларисы Рейснер, он должен думать, что перед ним Белый офицер, потому что Красные морские офицеры фуражек не носили. Так? А в реальности, по её словам, именно Красные моряки именно такие фуражки и носили. Карусель получается.

И.К.Кожанов- командир десантного отряда моряков Волжской флотилии во время боёв в районе Ижевско-Воткинского восстания.

Так вот пишет она и публикует в «Известиях» тот текст: скорей-скорей, и не замечает, как запутывается в своих показаниях.

Впрочем, её тогдашняя публикация по горячим следам должна была не правду рассказать, а партнёра защитить.

Матросам в Нижнем, были готовы «надавать Раскольникову тумаков». Но она говорит со страниц главной газеты государства: «Да что там фуражки, форма, да что там вообще какой-то флаг? Плюньте вы на какой-то там флаг; ведь этот бывший мичман столько ваших, балтийских из баржи спас. Отстаньте от него. Да свой он в доску!»

«Маскировочный» флаг, фуражка, и ссылка на адмирала Старка, гольян-ским мужикам совершенно не известного: всё это звенья одной цепи доказательств мифической версии о якобы заранее спланированной и блестяще осуществлённой операции. С флагами и переодеванием мы разобрались: флаг у Раскольникова висел «самодельный», а фуражки на офицерах и Белых и Красных были обычные, дореволюционного образца, так как офицеры эти получили свои дипломы в одних и тех же учебных заведениях, и предметы вещевого довольствия выдавались им с одних и тех же складов при производстве в офицеры, а специальная униформа для Белых и Красных флотилий тогда введена ещё не была. И уж совсем невероятно было бы ожидать знание униформы бойцами Народной армии.

С маршрутом тоже ясно: если флотилия за 5-6 часов, выйдя с утра из Сарапула «сбегала» мимо Гольян до Сайгатки, и не обнаружив там пароходов противника вернулась, то караул встретил её повторное появление очень спокойно: не стреляли ведь в первый раз, значит, не опасны.

Вернёмся к источнику, с которого мы начали повествование: в Донесении Второй армии от 18 октября сказано, что Красный комфлота выдал себя за Белого офицера, и на этом шатком основании и всё дальнейшее здание «подвига» было построено.

Однако можем заявить со всей определённостью, что если бы офицер Красной Волжской флотилии выдавал себя тогда за марсианина или приказал бы буксировать баржу «во имя Отца, Сына и Святаго духа», то результат был бы тем же.

Красный моряк с мегафоном тогда занимался троллингом: он элементарно забалтывал оппонента, «грузил» его непонятной информацией, отвлекал его внимание и умственные усилия на негодный объект. «Кто такой адмирал Старк? Это хорошо или плохо? А вдруг влетит мне от начальства за неисполнение приказа? Да, чёрт его знает: вон какие сердитые, да с пушками понаехали!»- только и мог подумать капитан буксира, поставленный в тупик услышанной командой. Ибо общеизвестно, что никакой связи с Белой флотилией Народная армия не имела. Правда, корабли дивизиона Белых под водительством капитана 2 ранга П.П.Феодосьева в середине сентября 1918 г. поднимались до Сарапула, и сам капитан даже, кажется, выступил тогда на митинге в Ижевске. А потом они ушли, увозя в Уфу те 15.000 винтовок, которые Ижевцы послали Главнокомандующему генералу Болдыреву [19, с. 287]. Но ни спасиба, ни привета от Белого командования, ни помощи восставшие не дождались, и таковая помощь им обещана не была. Второй, и последний раз флотилия Поволжской Народной армии мелькнула у Сарапула 5 или 6 октября, когда начдив Азин

устроил парад своих Красных войск на центральной площади: два корабля тогда неприцельно издалека послали по городу несколько снарядов и ушли вниз по Каме. Вот, пожалуй, и все.217

Действительно, дорогой читатель, представьте себя самого на минуту начальником караула: вы сидите с винтовкой на зловонной барже, в кармане горсть патронов самоснаряженных, которые стреляют через один, а под ногами четыре сотни мужиков, кричат, костерят тебя в душу по матушке, жрать просят. А смены всё нет, и не предвидится, начальство ничего определённого не говорит, а с довольствия этих арестантов (и, вероятно, караул вместе с ними) отчего-то сняли. И тут вдруг подваливают три невиданных морских чудовища с

торпедными аппаратами , наводят в душу сразу 6 пушек и 20 пулемётов. Что тут делать? Не только в адмирала Старка или в Главнокомандующего, тут со страху в летающие тарелки поверишь и станешь шустрить, якорь вынимать.

Впрочем, никакая маскировка Красным в той ситуации вообще была и не нужна: за несколько месяцев до Гольянского эпизода точно такой же случай произошёл на Волге, только там, наоборот, Советская баржа была захвачена вооружённым кораблём Самарского Комуча.

Так, бывший мичман Генрих Мейрер (он вместе с мичманами В.А.Ершовым и С. Дмитриевым организовал флотилию Народной армии Ко-муча, после того как большевики оставили Самару 8 июня 1918 г.) вспоминал впоследствии, что им тогда стало известно про большую баржу с мукой, которая стояла на Волге ниже города по течению. Они поставили пушку и пулемёты на гражданский пароход (пулемётчиками были чехословаки), и решили захватить баржу. Про флаги или иную маскировку он не упоминает; просто подошли к барже, взяли на буксир, и всё тут. «Сопротивления оказано не было, очевидно, Красный караул баржи не успел прийти в себя от неожиданности нападе-220 221

ния. У мичмана М . остался даже какой-то осадок неудовлетворённости, до того всё оказалось просто. Привели баржу в Самару, накормили всех голодающих русских и чехов и сложили в амбары огромные запасы муки.» [19, с. 266269].

217 Баржи с арестантами на тот момент уже в Сарапуле не было. Соответственно, и её караул никогда «Белые» корабли и их флаги не видал.

218 Самодвижущиеся мины или торпеды являются основным оружием миноносцев.

219 Караульные, возможно, никогда не видели столько оружия сразу: на всех «фронтах» Народной армии протяжённостью в сотни километров было лишь около десятка орудий, и полсотни пулемётов всех систем.

220 Да и какое реальное сопротивление тот караул мог оказать вооружённому пароходу?

221 Т.е. Мейрера, от лица которого и ведётся рассказ.

6. Девочка Маша баржу нашла.

В сентябре 1918 г. Григорий Дмитриевич Щеголев, командир партизанского отряда, который вошёл в состав Второй дивизии Азина стал комиссаром артиллерийской бригады этого соединения. А в 1937 г. он приехал в Ижевск для работы над книгой по истории Гражданской войны в Удмуртии. В период 1937-38 годов в местной прессе был опубликовано несколько статей этого автора о событиях Гражданской войны, но потом он вдруг неожиданное умер и был «подзахоронен» в Братской могиле на «революционном некрополе» г. Ижевска который был сформирован ещё в 1918 г. возле Свято-Михайловского собора. Приведём здесь текст его статьи «Баржа», которая увидела свет в газете «Удмуртская правда» № 182. Рассказ в статье ведётся от первого лица, и такой приём, вероятно, был избран для того, чтобы придать ему большую степень достоверности.

«.5 октября 1918 г. Над Сарапулом развеваются красные флаги. На площади против собора и Московских номеров222 расположился штаб Азинской дивизии. Сюда трудящиеся, несмотря на позднее время, несут своё горе, свои обиды, понесённые от «демократов» учредилки223. Здесь наперебой рассказывают о зверствах палачей.

Вся в слезах входит молодая женщина, ведя за руку малыша, который боязливо озирается по сторонам, видя вооружённых людей.

Напряжённо смотрим: в чем дело?

— Товарищи,-всхлипывая, сквозь катящиеся слёзы говорит молодуха, и больше ничего не может сказать.

Только после того, как она несколько успокоилась, можно было узнать, что её мужа увезли Белые в барже.

Она рассказала, что незадолго до вступления нашего в Сарапул белогвардейцы вверх по Каме увели баржу с арестованными. Этот большой пловучий гроб увёз 700-800 рабочих и крестьян, обречённых на жестокую смерть.

Кого не было на барже! Там были и рабочие Ижевска, Сарапула, Воткинска и окрестные крестьяне, бедняки и красноармейцы, те кто боролся против белогвардейской сволочи, или даже просто не сочувствовал им.

Вновь люди и слёзы, и всё о барже, всё о близких и дорогих, увезённых в ней. Но никто не мог сказать, где находится в данный момент баржа.

222 Название местной гостиницы.

223 Т.е. Комитета Членов Учредительного собрания.

Числа 10-11 октября в штаб вбегает бледная, запыхавшаяся лет 12 девочка. Она громко, звонким голосом рассказывает о барже. Стало ясно, что баржа находится в Гольянах, на середине Камы. Оказывается, девочка из Сарапула сбегала в Гольяны и обратно. «Я бегом и бегом»- приговаривает она.224

У неё, кажется, на барже находился отец.

12 октября мы перехватили из Уфы белогвардейскую радиограмму. В этой радиограмме на имя командующего белогвардейцами было сказано, что из Уфы высылается на 3-х пароходах подкрепление чехо-словакам.225 Дальше приказано отправить в Уфу баржу с арестованными. 226

Радиограмма была шифрованная, однако после долгих и упорных трудов нам удалось её расшифровать.227 Эти труды не пропали даром: радиограмма сыграла большую роль в спасении 430 человек, сидящих в барже.

224 Пробежав за день 65 км. от Сарапула до Гольян и обратно та девочка, несомненно, поставила мировой рекорд по марафонскому бегу на сверхдлинные дистанции. Возможно, и автор текста, и редактор газеты, подписавший статью в печать не были знакомы с географией Прикамья? Возможно, статья готовилась для центральной прессы, а читатель извне Удмуртии историю с девочкой-стайером проглотил бы, ничего не поняв. Либо автор и редактор понадеялись, что наши читатели, в географии осведомленные всю эту статью целиком примут за неудачный образец одуряющей пропаганды, и сказ про девочку- это для них специальный знак: «Осторожно, туфта!»

225Вопрос об участии чехо-словацких частей в событиях Ижевско-Воткинского восстания специально изучался нами, но таковое участие документально пока не установлено, хотя отдельные лица из числа бывших военнопленных в Народной армии служили. См. подробнее Братья и братки (Воткинская Народная армия 4.1)

226 В действительности Речной флот Поволжской Народной армии (флотилия Старка) именно 12 октября под давлением Волжской флотилии Красных ушёл вверх по р. Белой, закончив боевые действия, и в навигации 1918 г. более в боевых действиях не участвовал. Тогда же адмирал Старк даже был заключён в Уфе под арест за слишком раннее оставление театра боевых действий. Иными словами, если такой приказ, будто бы посланный из Уфы в Ижевск и мог иметь место, то он изначально был невыполним. Кроме того, как свидетельствует в мемуарах командующий Прикамской Народной армией полковник Д.И.Федичкин и все остальные мемуаристы, эта Народная армия действовала в полном отрыве от Белой армии, и не получала ниоткуда ни материальной помощи, ни каких-либо руководящих указаний. Иными словами, она не подчинялась «белогвардейцам из Уфы». А в Белой прессе Омского Сибирского правительства того времени нет даже упоминаний об Ижевско-Воткинском восстании.

227 Вообще, рассказчик, который на тот момент был всего лишь политическим комиссаром артиллерийской бригады во Второй дивизии (Азина) проявляет поразительную и необъяснимую осведомлённость в делах Штаба дивизии. К слову сказать, штатная структура штаба той дивизии нами изучена, и в составе этого соединения криптографическая служба не была обнаружена. В Приказах отражены лишь Начальник Разведывательного отделения и его помощник, а также Начальник связи (Зиновьев; Фёдор Михайлович Афанасьев) и его помощник, а также Батальон Связи (Лавров). Есть и ЧК при РВС в составе Гурьева, Захарова и Лурье, а также (или?) военно-следственная комиссия (Соколов, Гладков) с приданной ей Ротой (Супольников) и Трибунал (А.В.Столяров). В штатах Штаба и подразделений Армии подробно перечисляется множество должностей; прописан штат Радио-телеграфного отделения

17 октября в Сарапул прибывает Волжская флотилия под командой старого большевика тов. Раскольникова.228

Устраиваем небольшое совещание, учитываем, что в радиограмме речь шла о трёх пароходах. Медлить нельзя.

Дежурившие день и ночь у штаба дивизии близкие находящихся в барже229 быстро узнали о нашем решении.230 С какой любовью они смотрели на готовящихся к отплытию моряков и командиров! Сколько надежд в их сердцах вселяли смуглые, загорелые лица моряков!

Раздаётся команда т. Раскольникова, и миноносцы тихо покачиваясь, один за другим отходят от пристани.

— Дай Бог вам удачи,-шепчут морщинистые губы старухи.

— Ох, удастся ли? — говорит пожилая женщине, глаза у ней распухли от слёз.

— Остался ли уж теперь там хоть кто-нибудь живой? Ведь белые звери чуют свою гибелью- слышится в толпе.

— Так вот белые и подпустили ваши судёнышки, да и отдали вам баржу. Нате, мол, берите! — говорит какой-то тип с бородкой, видимо, лавочник.

— А ты не каркай особенно, не в таких переделках бывали. — хмуро заметил стоявший красноармеец.

-Смотри, а не то. — и он показал пальцем по направлению к тюрьме.

Бородка быстро юркнула в толпу.

Все взоры были устремлены на удаляющиеся суда. Сарапульская пристань превратилась в своеобразный лагерь. На толпу не действовали и наступившие октябрьские холода.

В штаб дивизии по каждому звонку телефона сбегались узнавать: не передают ли что с застав о флотилии. Только о барже и говорили.

Время тянется чёрт знает как долго.

(Начальник, помощник и пр.), Полевой станции (начальник и 2 телеграфиста) и Лёгкой радиостанции (начальник и 2 телеграфиста) но нет упоминания о шифровальщиках или указаний на наличие специалистов, которые могли бы осуществлять функции шифрования и дешифровки. Нет в Приказах и никаких упоминаний о рейде флотилии. См. [31]

228 Действительно, партийный стаж его составил на тот момент 8 лет.

229 См. мемуар самого Раскольникова, который утверждает, что штаб дивизии и сам Азин находились в это время не в Сарапуле, а в Агрызе, который расположен в 50 км. западнее. Логично полагать, что и штабная радиостанция была там. Биография начальника Второй дивизия В.М.Азина, особенно в её Сарапульский период давно вдоль и поперёк изучена, многократно описана, но вот документально подтверждённых сведений, что во время «эпопеи с баржой» он принял в ней какое-то участие, её санкционировал или хоть как-то поддержал, таких данных пока нет. Он был со своим штабом на станции Агрыз.

230 Иными словами, произошло разглашение сведений о планируемой операции. Сведения такого рода составляют военную тайну, ибо после их разглашения операция теряет эффект внезапности, если вообще не лишается смысла.

Наконец, вечером 18 октября в штабе глухо задребезжал звонок полевого телефона.

— Алло! Говорит застава.- Со стороны Гольян показалась наша флотилия, четыре парохода.

— Четыре! Почему четыре? Ведь их пошло три?

Обсуждаем: четыре парохода, значит, зацепили у беляков. Звоним вновь на заставу.

— Ну как, что видно?

— Три наших, и один буксирный пароход с баржой. -отвечают в трубку.

— Значит ведут, вырвали!

И тут же невольно вырывается:

— А сколько же там осталось?231

Весть о том, что ведут баржу, распространилась с быстротой молнии. Весь город был на ногах.

Показались дымки и, наконец, на горизонте ясно вырисовывались четыре судна. Все взоры были устремлены туда, откуда показалась флотилия. 232

Минуты показались часами. Вот хорошо видна многим знакомая баржа; её тянул послушно белогвардейский пароход.

Подходят к пристани.

В виду позднего времени баржу к пристани не подвели, а оставили до утра на Каме.

Ночь. На берегу костры, как будто собралось несколько цыганских табо-

Рано утром весь берег был весь заполнен народом. Все рвутся вперёд, готовы столкнуть друг друга в Каму.

231 То есть, по мнению рассказчика, баржей с заключёнными было несколько: одну взяли, а остальные остались на месте?

232 К Сарапулу от Гольян шли три миноносца, буксир «Рассвет» и баржа. Суда идут друг за другом, в кильватерной колонне. Если эта колонна «ясно вырисовываются», и суда видны с высокого Сарапульского берега (с т.н. Старцевой горы), то их никак не четыре, а пять. (дать фото города со Старцевой) Кроме того, многие мемуаристы указывают, что навстречу этому каравану их Сарапула вышел вооружённый пароход «Волгарь-доброволец» (бывш. «Матвей Башкиров», который и встретил его у дер. Пещёры расположенной в 12 км. выше города. Значит, возвращавшихся судов было никак не четыре, а шесть. И ещё где-то том же был и аэростат со своим судном-буксировщиком?

233 Сарапульцы ждут своих родственников, баржевиков на берег не пускают: среди них ведь не только Сарапульчане, о которых позаботится родня, но и те, кого надо накормить, разместить на ночлег и одеть. Но, если флотилия, отправляясь в рейд определённо рассчитывала захватить и привезти в город несколько сот освобождённых, то почему власти на берегу заранее не приготовились к приему и держат ещё одну ночь раздетых товарищей в холодной и зловонной барже?

-Товарищи, стой! Куда вы лезете? Увидите все. — кричат красноармейцы, осаживая нетерпеливую толпу назад.

К пристани подводится большая баржа флотилии «Стенька Разин», а к ней

пловучая тюрьма. 234

На «Стеньку Разина» выходят один за другим вырванные из кровавых лап палачей товарищи.

Какой ужас! Какой кошмар! Сердце обливается кровью при виде этих изнурённых, измученных, голодных и обросших мучеников. Некоторые выходят, и падают от истощения, других успевают поддержать.

Голые тела прикрыты рогожами, некоторые ухитрились поделать себе целые «костюмы» из рогож.

Их нельзя узнать. Только близкое сердце жены, матери, детей подсказывает где тот, кого они так ждали.

Да, классовый враг беспощаден! 235

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Вот они сходят по трапу на берег. Берег оглашается душераздирающим плачем: жёны, дети, матери дети повисли на шеях дорогих, родных и близких их сердцам. Обнимают, целуют моряков, ставших им ещё более близкими. Да, этого не опишешь, этого не передашь!»

С берега колонна выходцев с того света двинулась на площадь. Короткий митинг. Спазмы и душившие слёзы не дали договорить товарищу Раскольникову, и он сошёл с трибуны. Ещё 2-3 оратора, и митинг окончен.

Раскольникова поднимают на руки и несут в столовую.

Мимо трибуны проводят под конвоем отъявленных палачей, охранявших баржу. Их было 23. Они шли, понурив головы, боясь встретиться с презрением, горящим к ним в глазах трудящихся.

Столовая. Стройными рядами стоят тщательно убранные столы, они выглядят по-праздничному.

За столом сидит старик. Подхожу, спрашиваю.

— За что тебя-то посадили, дедушка?

— Видишь ты, был я в Кабарке машинистом железнодорожной водокачки. Когда Красные отступали, мне приказали испортить водокачку. Ну я, конечно, испортил, а когда Белые-то пришли, паровозам брать воду негде. Меня, значит, забрали, привезли в Сарапул, да и в баржу.

— Как же ты теперь, пойдёшь в Камбарку?

234 Баржа-форт служит здесь, видимо, барьером или «сценой»; с её палубы заключённые разбежаться не могут, и хорошо видны Сарапульцам (См. фото).

235 Напомним, что повстанцы, заключавшие большевиков в баржу, принадлежали к тем же классам; они были рабочими и крестьянами.

— Нет, сынок, я уж до конца теперь останусь с вами. Не хочу больше носить.- Показывает на рогожу. — Эх, и обмундировали же, проклятые, ты погляди, а в барже -то не так её было видно.

И на морщинистом, исхудалом лице старика появляется горькая улыбка.

6.1.Комментарий: публицистика эпохи «Большого террора»

Как цитированная здесь публикация, так и иные статьи Г.Д.Щёголева имеют вполне определённую цель: это орудия манипуляции массовым сознанием населения Удмуртии в эпоху, когда политические репрессии против Советских граждан были поставлены на поток и разворачивались по плану, составленному в Москве.

Напомним лишь некоторые обстоятельства появления тех публикаций.

Так, общеизвестно, что в соответствии с Оперативным приказом НКВД от 30 июля 1937 г. за № 00447 для Удмурдской (так в тексте —

А.К.) АССР был установлен плановый показатель в 200 чел. по первой категории (расстрел) и 500 чел. по второй (концлагерь). Репрессии подлежали широкие оперативные контингенты. Начать операцию предписывалось 5 августа, и завершить в трёхмесячный срок. Следствие следовало вести ускоренно и в упрощенном порядке. Для рассмотрения дел по Удмуртии утверждалась тройка в составе председателя — наркома ГБ УАССР Д.Шлёнова и членов -секретаря обкома ВКП (б) Барышникова и заместителя прокурора республики Шевелькова.

Но подготовка к осуществлению «большого террора» началась заранее и, разумеется, проводилась по тщательно разработанному плану. Так, спецтройка в указанном составе была сформирована чуть ли не за месяц до того Приказа: уже 5 июля секретарь Удмуртского обкома Партии Бырышников шифрованной телеграммой информирует об этом наркома Ежова [33, л. 73.] А 8 июля тот же партийный руководитель информирует инстанции о заблаговременно отобранных контингентах: «На № 863/ш. Сообщаю: по республике за исключением одного района отобрано первой категории: кулаков 49, уголовников 14. Второй категории — кулаков 365, уголовников 58. В числе уголовников имеются осужденные судами, отбывавшие меру наказания в тюрьмах.» [33, л. 110]

У нас нет пока текста плана по осуществлению и «медийной поддержке» того Оперативного приказа. Но одно можно сказать определённо: общественное мнение должно было быть подготовлено к широкомасштабному изъятию из социума не только воров-рецидивистов, но и социально ориентированных пассионариев. Главным средством массовой пропаганды того была пресса. Есте-

ственно, все без исключения газеты того времени, при формальном их разнообразии, были рупором государственной политики и направлялась руководящей партией. Именно летом 1937 г. орган Удмуртского обкома газета «Удмуртская правда» начинает серию публикаций Г.Д.Щеголева о Гражданской войне. Укажем те из них в хронологическом порядке, которые удалось обнаружить в подшивках газет того периода:

«На подступах к Ижевску»; «Удмуртская правда», 5,6 июня 1937 г.

«Прощание; из воспоминаний об Азине» «Удмуртская правда», 1 августа 1937г. «Прощальный привет Прикамью»; «Молодой большевик», 3 августа 1937 г. «Баржа»; «Удмуртская правда», 10 августа 1937 г.

«Баржа»; «Удмурт коммуна» (на удм. языке), 16 августа 1937 г.

«Смерть Азина»; «Удмуртская правда», 27 августа 1937 г.

«Борьба за Ижевск»; «Удмуртская правда», 16 сентября 1937 г.

«В стане белогвардейцев»; «Удмуртская правда», 24 сентября 1937 г.

«Штурм Ижевска»; «Удмуртская правда», 22 октября 1937 г.

«Семья, детство и юность В.М.Азина»; «Удмуртская правда», 18 ноября 1937 г.

«Легендарный герой»; «Удмуртская правда», 23 февраля 1938 г.

«Разгром Колчака»; «Удмуртская правда», 28 февраля 1938 г.

«Штурм Ижевска» ; «Стахановец», 5 ноября 1938 г.

«Владимир Мартинович Азин» «Удмуртская правда», 5 ноября 1938 г.

Хронология публикаций рассматриваемого автора позволяет сделать несколько выводов: во-первых, по времени они совпадают с подготовкой и осуществлением мероприятий указанного Оперативного приказа 00447; во-вторых ни одна из публикаций 1937 года не имеет, как говорят газетчики, явного «информационного повода», т.е. ни одна из них по времени выхода в свет не были приурочена ни к годовщине, ни к какой-либо знаменательной дате периода подавления Ижевско-Воткинского восстания или жизненного пути В.М Азина. Наконец, лишь текст «Баржа» удостоился опубликования его перевода на удмуртский язык; очевидно, его значение для пропаганды в среде местного населения было признано экстраординарным.

А вот публикации 1938 года- уже совсем иное дело; плановый срок осуществления Оперативного приказа истёк, и первые две публикации явно были приурочены ко Дню Советской армии, а последние- к дате освобождения Ижевска от повстанцев 8 ноября 1918 г. То есть, публикации 1938 г. — это уже более или менее «журналистика», а статьи 1937 г.- явная «заказуха», и притом «уши» заказчика торчат наружу.

В самом деле, если Лариса Рейснер вводит в свой рассказ о баржевиках страдающую «матроску», описывает томление моряка в трюме, то оно и понятно: она адресует свой рассказ «братишкам»-балтийцам. А у Щёголева аудитория совсем иная: балтийцы Удмуртских газет не читают. Оттого он и описывает будто бы виденных им освобождённых и полуживых Сарапульцев, Камбаряков и Воткинцев. Притом и Воткинцы упомянуты совершенно не случайно: этот город лишь осенью 1937 г. вошёл в состав Удмуртской республики, и там стали читать местную газету. Соответственно, летом 1937 года эта административная акция тоже подготавливалась властями.

Лексика текста Щёголева такова, что читатель чётко может отделить своих и чужих. Своим он сочувствует, а чужих осуждает. Притом язык текста обращается более к эмоциям читателя, нежели к логике:

. пловучий гроб увёз 700-800 рабочих и крестьян, обречённых на жестокую смерть;

. Вновь люди и слёзы, и всё о барже, всё о близких и дорогих, увезённых в

. выходят один за другим вырванные из кровавых лап палачей товарищи.

. Какой ужас! Какой кошмар! Сердце обливается кровью при виде этих изнурённых, измученных, голодных и обросших мучеников. Некоторые выходят, и падают от истощения, других успевают поддержать.

. Да, классовый враг беспощаден!

Действительно, итоговая фраза должна служить оправданием жестоких репрессий по отношению к «новым» классовым врагам, которые «проросли» за два десятилетия после окончания Гражданской войны.

В тех же самых номерах газет, где публиковались писания Щёголева, кричащие заголовки призывают «Разоблачить троцкистских последышей» и даже «Размозжить собачьи головы бандитов и убийц». Каждый номер пестрит заголовками об аресте и осуждении «вредителей» и «предателей»: их выявляют в Союзе писателей, на Ижстальзаводе, в колхозах и леспромхозах, министерствах и в пекарнях. Вобщем, арестовывают и ведут в расход, где есть кого арестовать, где есть живые люди. Примечательно, что вслед за статьями об аресте начальника и многих работников в том или ином, скажем, леспромхозе газета печатает «разоблачительную» статью о дефиците кадров в этой организации, и об осуждении уже нового начальника за невыполнение плана. Почитайте те газеты; кажется, вся страна тогда сошла с ума.

Иными словами, Щёголев пишет в общем колюче, именно для этого он и был приглашён.

В самом деле, история Гражданской войны была удобным козырем той пропаганды: честные пролетарии, дескать, вон какие мучения от Белых вытерпели, чего же и этих «последышей» жалеть?

Правду сказать, Шёголев начал свой цикл статей в 1937 году с более или менее объективного материала: в статье «На подступах к Ижевску» опубликованной 5-6 июня можно прочитать, что при извести о начале Восстания деморализованный командарм-2 Блохин будто бы собрал в Сарапуле совещание, в ходе которого он «Заплакал и опустился на стул», а затем уплыл со своим штабом неизвестно куда. После этого инициативная группа командиров собирает здесь «бесцельно слонявшихся по городу красноармейцев», реквизирует на кожевенных заводах города для них потребное количество обуви и войско в количестве двух тысяч бойцов идёт на Ижевск. Однако отряды под водительством Антонова-Овсеенко и Чеверёва были повстанцами разбиты, а их винтовки и пушки захвачены и поступили на вооружение Народной армии. Здесь же автор касается и вопроса о ценностях, которые зондеркоманда Антонова-Овсеенко

силой захватила и увезла из города236, несмотря на энергичный протест руководителей местного Совета, председателем которого был эсер-максималист П.А.Краснопёров. 237

Но Щёголева, видимо, тогда же подправляют, и тон и содержание его статей резко меняются с исторического на истерический. А руководящая статья, в которой определялось отношение к истории и Гражданской войны была такая:

23 августа в разделе «Библиография» «Удмуртская правда» публикует заметку : «Вредные рассказы»:

«Месяц назад на книжных полках появился сборник детских рассказов «Счастливая встреча»238 удмуртского писателя Игнатия Гаврилова. Вскоре же прошла встреча с литкружковцем239 Ижевска И.Ельцовым. Писатель был немало разобижен, когда внимательный читатель назвал его рассказы вредными, и затем высказал своё мнение на страницах печати.

236 По некоторым данным, эти ценности, привезённые Второй армией при отступлении с Урала и из Уфы, а также реквизированные у местного и Елабужского купечества представляли собой компактные золотые изделия с бриллиантами. Ценности, эти сложенные «для маскировки» в ящики из под мыла оценивались тогда в 880 миллионов золотых рублей, в то время, как золотой запас России, захваченный чехословаками и Комучем 5 августа в Казани оценивался в 520 миллионов рублей.

237 Павел Агафангелович Краснопёров погиб в описываемой барже.

238 В выходных данных книги годом издания указан 1936.

239 Литкружковец- член литературного кружка.

Литкружковец был прав. Гаврилов написал вредную книжку- издевку над советскими людьми. В рассказе «Счастливая встреча» им показана удмуртская деревня в дни Гражданской войны. Писатель не нашёл ничего лучшего, чем нарисовать картину разгрома красноармейского отряда. Красные отступают, а деревню занимают белые банды. И вот, оказывается, что вокруг моментально водворяется мирная тишина. С приходом белых крестьяне приступают к спокойному труду. В домах запахи свежеиспечённого хлеба. Тишь, благодать.

Белогвардейская сволочь, как благодетельница народа! Это ли не искажение исторической действительности! Кому из нас не известно, какими страш-

ными зверствами, пытками отмечен путь белой своры. Враги дотла сжигали деревни, отбирали последний кусок хлеба, расстреливали лучших людей. Не знает этого один писатель Гаврилов, до сих пор не потрудившийся ознакомиться с историей Гражданской войны в СССР.

В том же рассказе красноармейцы представлены трусами, в беспорядке бегущими с поля брани, бросая оружие. Они оставляют на произвол судьбы даже

своего раненого комиссара.

Гаврилов написал книгу вредных рассказов, издание которых равносильно преступлению. Удивляет идиотская беспечность Ф.Г. Кедрова, чья фамилия стоит под рубрикой ответственного редактора «Счастливой встречи». Ан. Писарев.»

И вот уже 27 августа в Удмуртской правде без информационного повода появляется очерк Г.В.Щеголева «Смерь Азина», написанный по продиктованной схеме. Щёголев, видимо, хочет реабилитироваться перед заказчиком за допущенные «слабости» начальных публикаций, и потому кончину легендарного комдива на Южном фронте в январе 1920 г. описывает так: «. Азин рассылает всех своих конных ординарцев и остаётся один, наблюдая за боем. Как всегда, Азин не думал о себе, о своей жизни. Не раз, начиная с боёв под Казанью он избегал смерти. Завидев командира, белогвардейцы с гиком бросились на Азина. Бесстрашный комдив, не видя вокруг себя никого из бойцов, поворачивает лошадь и несётся по направлению ко 2-й бригаде. конь делает через канаву «барьер», в этот момент лопается у седла передняя подпруга, седло перевёртывается вниз, ударяется по передним ногам лошади, та поднимается на дыбы, и сбрасывает Азина. 241

Тут нельзя не сказать, что у Азина правая рука была на перевязи, она сыграла основную роль в его трагической смерти. Азин не успел сделать ни одного выстрела; банда белогвардейцев схватила его.

Кое-кому из красноармейцев удалось ночью сбежать из плена; они видели Азина в штабе белогвардейцев избитого, руки у него были скручены назад. По

240 Сюжет рассказа, написанного на удмуртском языке, во многом повторяет повесть А.Гайдара «РВС»: деревенские мальчишки находят раненого красноармейца и помогают ему. См.: [34] И.Г.Гаврилов, один из классиков удмуртской литературы погиб на фронте в 1944 г.

241 Вы поняли хоть что-нибудь из этого объяснения: если подпруга (ремень, которым седло крепится на лошади) порвалась, и седло слетело, то как Азин на лошади мог хоть сколько-нибудь времени оставаться, чтобы лишь потом упасть с неё вслед за седлом?

сведениям, полученным позже, Азин был замучен и повешен в Екактеринодаре (ныне Краснодар).»242

Мы бы не стали касаться судьбы В.М.Азина, но вышло так, что публикации Советского периода связывают и его с Г ольянской баржой.

7. А причём тут Азин?

К полувековому юбилею великого социального переворота в нашей стране, в 1968 г. вышла из печати книга Н.Д.Кондратьева «Начдив Владимир Азин». Издание позиционировано как «документальный очерк, в котором кроме архивных данных широко использованы воспоминания боевых друзей и товарищей Азина» [35 с. 4] В авторском предисловии перечислено 46 фамилий людей, чьи воспоминания легли в основу книги. (Причём, 3 фамилии обведены траурными рамками; видимо, информаторы умерли в период подготовки издания к печати.) Но вот что интересно: Г.Д.Щёголев, мемуар которого мы опубликовали выше, и который в своих многочисленных публикациях называл себя ближайшим сотрудником Азина, который специально собирал информацию о начдиве, отчего-то в предисловии к книге Н.Д.Кондратьева и в её тексте (как увидим далее) даже не упомянут! Тому может быть два объяснения: либо Кондратьев настолько широко использовал подготовительные материалы Щёголева, что упоминание об этом источнике породило бы вопросы о соотношение собственного вклада каждого из них в издание 1968 г., либо Кондратьев, и его информаторы, действительно, не знали Щёголева, и не были осведомлены о его участии в эпизоде с захватом баржи.

Рассматриваемое издание интересно прежде всего тем, что даёт развёрнутую картину подготовки к Гольянскому рейду, который представляется вовсе не личной инициативой комфлота Раскольникова, а является исполнением плана, автором которого, оказывается, был легендарный начдив Азин, посмертный культ которого был создан по истечении многих лет после событий Гражданской войны. Ознакомимся с этим текстом, опустив из него несколько «художественных», но безинформативных абзацев.

«.Азин придвинулся вплотную к начальнику штаба К.К. Пашковскому и заговорил тихо, медленно, внятно:

242 Впрочем, задокументированные описания поведения Азина в плену опубликованы. А вот смерть его никто из свидетелей не описал. См. напр. «Вспомним, братцы, Азина.. .[15, с. 82104]

— У меня есть особое задание. Слушайте внимательно. Числа шестнадцатого или семнадцатого в Сарапул должны пробиться к нам на помощь 3 миноносца. Их приведёт командующий флотилией Раскольников. 243 Организуйте торжественную встречу, а затем лично комфлоту передайте просьбу244. Он нам не подчинён, мы можем только просить. 245Так вот, белогвардейцы успели вывезти из Сарапула арестованных партийных, советских и военных работников Прикамья и держат их в барже у пристани села Г оляны. Увезли примерно 600 человек. Многих уже расстреляли. А ведь это отборные, лучшие люди! Так вот, «баржу смерти» надо немедленно захватить и доставить в Сарапул.

— Но как это сделать? Красные миноносцы должны пройти мимо позиций Белых. Их могут расстрелять их орудий, потопить.246

— А зачем миноносцам плыть под красным флагом; пусть они поднимут старые Андреевские, американские или японские.247 По сведениям моих разведчиков Белые ждут какую-то иностранную эскадру. Вот и дождутся.

— Всё это на грани фантастики. Я передам дословно.

— Моряки поймут с полуслова и сделают всё возможное . Заранее посвятите в этот план Головко. Передайте ему мой приказ: организовать набег на Нечкино и отвлечь на себя внимание беляков в районе Гольян. Держите меня в курсе дела. Я сам бы поехал на такое лихое дело, но жду разговора с Шориным.248 А он

243 Несмотря на то, что эти миноносцы пришли как бы на помощь войскам Второй армии, они через несколько дней были отправлены под Царицын. Данное обстоятельство уже порождает сомнение в том, что они действительно нужны были под Сарапулом для противодействия Ижевско-Воткинским повстанцам. См. об этом Приказ командарма Шорина, который цитирован в начале книги.

244 Иными словами речь идёт исключительно об устном общении, и не понятно, что же получает начальник штаба от Азина: задание «особой важности», не оформленное никаким приказом, или устную просьбу.

245 Такая «просьба» явилась бы грубым нарушением субординации: Раскольников на тот момент- член Реввоенсовета Республики, замминистра, а Азин- всего лишь командир одной из трёх дивизий под Ижевском, вчерашний партизан. Получается как в анекдоте времён Застоя: Жуков: «Планируем решающее наступление в районе Малой Земли, товарищ Сталин!» Сталин: «А ви с полковником Бирежневым посоветовались?»

246 Начальнику штаба должно быть хотя бы в общих чертах известно количество артиллерии у его противника: в мемуарных описания боёв за Сарапул, авторства того же Щёголева, например, отмечается полное отсутствие артиллерии у повстанцев на данном направлении, а у Азина имеется артбригада из 10 пушек. Кроме того, у Красных против повстанцев в Ижев-ско-Воткинском регионе действуют ещё 2 дивизии, каждая со своей артиллерией.

247 Американская или японская эскадра в Каме- это, действительно, свежая идея!

248 Комдив Азин был на станции Агрыз, а командарм Шорин находился, видимо, в Штабе армии, который располагался в Вятских Полянах. Между этими пунктами тогда существовала телеграфная и, возможно, телефонная связь. Если бы Красные войска широко применяли в то время радиосвязь, как это описал Щёголев в статье «Баржа», то комдиву не было бы нужды сидеть у провода, ожидая вызова от командарма.

не только приказывает, но и на ходу инструктирует. Жду добрых вестей, Константин Казимирович. Комфлоту- сердечнейший привет!

. В ночь на 17 октября 1918 г. миноносцы «Прыткий», «Прочный» и «Ретивый» с потушенными огнями прошли мимо занятого белогвардейцами села Николо-Берёзовки и благополучно прибыли в город Сарапул.

Командующий флотилией со своим главным помощником по оперативной части Н.Н.Струйским249 и Л.М.Рейснер по приглашению командира Полтавского полка Л.В.Головко (он же начальник гарнизона) прошли в двухэтажный каменный дом на базарной площади.

Константин Пашковский шёпотом спросил комфлота: — Эта прелестная барышня — машинистка или секретарша?

— Флаг-секретарь Рейснер из щтаба флотилии.

За стаканом чая Пашковский обстоятельно и толково изложил просьбу Азина. 250

У комфлота заблестели глаза:

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— Великолепная мысль! Такое дело нам по душе. Все отрепетируем заранее.

— взглянул на часы, лукаво улыбнулся: — Командарму пока ничего не сообщайте. Сделаем, тогда и отрапортуем.

Закусив черствым бутербродом с голландским сыром251, Раскольников поблагодарил Головко и Пашковского и вместе с помощниками не спеша направился к пристани.

В каюте посовещались252, выработали план и продумали, какие могут возникнуть «непредвиденные» обстоятельства. Со своим решением командующий флотилией ознакомил командиров кораблей: «Прыткого» — И.А. Георгиади; «Прочного» — Н.М. Толокнова и «Ретивого» — Б.А. Альбокринова.

Через полчаса командующий флотилией поднялся на борт миноносца «Прыткий» и приказал:

249 Струйский Николай Николаевич (1885-1935) морской офицер, гидрограф. На момент описываемых событий- бывший капитан Второго ранга.

250 К.К.Пашковский среди информаторов составителя «документального очерка» не указан, и не мог передать содержание своего разговора с Азиным с глазу на глаз в ходе которого Азин просит довести информацию о барже до Раскольникова. Видимо, весь эпизод с этой «личной просьбой» Азина представляет собой плод авторского вымысла.

251 Напомним, что в ходе перехода к Сарапулу флотилия захватила у Николо-Берёзовки и Камбарки множество свежевыпеченного хлеба. Этим хлебом моряки и кормили баржевиков. Странно, что своему комфлота они подсовывают чёрствые бутерброды.

252 Видимо, совещание происходило в каюте штабной яхты «Межень».

— Спустить красные флаги!

Команда вызвала недоумение, но была выполнена быстро, беспрекослов-но253.

По кораблю разнеслось:

— Все наверх! С якорей сниматься.

Миновали ,линию фронта. Артиллерийские расчеты миноносцев укрылись в надстройках, готовые по первому сигналу открыть огонь. Комфлота стоял рядом с вахтенным начальником «Прыткого» и, пытаясь успокоить самого себя, тихо насвистывал вальс «На сопках Манчжурии».

Наконец, показалась слева по носу, на пригорке, белая каменная церковь села Гольяны. Против церкви стояла на якоре почерневшая деревянная баржа. На ней сидели и стояли люди в черных полушубках и косматых бараньих шапках. «По-видимому, охрана. Значит, это и есть «баржа смерти», — догадался комфлота.

В амбразурах колокольни торчали, словно указательные пальцы, черные стволы пулеметов. 254 У серой стены притаилось, вытянув к реке длинную шею, трехдюймовое орудие. 255 Из кустов, покрывающих отлогую песчаную отмель, с мальчишеским любопытством глазели на миноносцы солдаты в новеньких серых шинелях и мужики.256 У пристани темной глыбой застыл неуклюжий колесный пароход «Рассвет» (Далее автор полностью пересказывает текст Раскольникова, лишь приукрашивая его «художественными» деталями).

Миноносец «Прыткий» по команде комфлота медленно, важно приблизился к замершему у пристани пароходу «Рассвет» с желтеющей поленницей березовых дров. Молодой вахтенный начальник поднес к губам мегафон и повелительно, зычно, под диктовку комфлота произнес:

— Возьмите на буксир баржу с арестованными и отправляйтесь в Уфу.

(Далее текст почти дословно по Раскольникову.- А.К.)

.Потрясенные видом этих измученных, голодных, дрожащих от стужи

людей, матросы стали раздавать спасенным свой скромный паек.

И никто не заметил, как корабли подошли к Сарапульской пристани.

Взволнованный блестящей бескровной победой командующий флотилией тут же в каюте написал телеграмму В.И.Ленину: «.В ночь с 16 на 17 октября

253 Пересказ текста Раскольникова.

254 В тексте воспоминаний Раскольникова и Рейснер упоминался лишь 1 пулемет.

255 Фактически старинная шестидюймовая пушка со скорострельностью 2 выстрела в минуту.

256 Мальчишеское любопытство, отмечаемое здесь мемуаристом не удивительно; в составе Народной армии было много молодежи и даже рота гимназистов. А относительно «новеень-ких шинелей» : армия повстанцев не получала вещевого довольствия извне, и эти шинели могли быть лишь из числа тех, что были отобраны у пленных красноармейцев, в том числе и содержащихся в барже. Остается только непонятным, зачем мужики эти залезли в кусты?

Волжская флотилия прошла от устья Белой в Сарапул, где и соединилась с дивизией Азина. Получив здесь сообщение о том, что выше Сарапула в 15-ти верстах по течению Камы, в селении Гольяны257, стоит баржа, нагруженная арестованными красноармейцами и советскими работниками, вывезенными Белой гвардией при отступлении из Сарапула, флотилия тотчас направилась вверх по Каме. Миноносцы подошли к белогвардейскому пароходу и приказали ему именем командующего258 взять на буксир баржу с арестованными и немедленно следовать в реку Белую. Принимая нашу флотилию, идущую без флагов, за белогвардейскую, караул немедленно подчинился, и под охраной миноносцев баржа была приведена в Сарапул. На ней оказались 432 советских работника. Все они были приговорены к расстрелу с наступлением темноты.»

Начдив Азин, сообщив командарму Шорину259 о спасении моряками флотилии баржи большевиков-смертников и о пленении 23 солдат караульной команды, не выдержал — помчался в Сарапул. Успел к концу митинга. [35 с. 96-102]260

7.1.Комментарий: новые герои

Приведённая выше версия является, несомненно, образчиком «изячной литературы»: комфлота по-простецки, видно, чтобы быть «ближе к народу» закусывает чёрствым бутербродом, а после вполне солидно (он же замминистра, говоря по современным меркам!) «вместе с помощниками не спеша направляется к пристани».

Ну, а если серьёзно, то нельзя не отметить, что в дискурсе образца 1968 г. появляются несколько новых персонажей, причастных к операции по захвату баржи: командир 2-й дивизии В.М.Азин, начальник штаба дивизии

К.К.Пашковский, комполка Л.В.Головко, начальник Оперативного отдела

257 Фактически от Сарапула до Гольян примерно 32 километра, т.е. примерно 30 верст.

258 Какого командующего? Если командующего Прикамской Народной армией, так он находился в Ижевске, с которым у Гольянской пристани была телефонная связь. Гольяны тогда были пристанью Ижевского завода; здесь были заводские склады и иная инфраструктура.

259 Раскольников с флотилией сам подчинялся Шорину, а не Азину. Соответственно, Раскольников докладывал Шорину непосредственно, и личность Азина здесь явно «притянута за уши».

260 Митинг произошёл в Сарапуле на следующий день, т.е. 18 октября, а об освобождении баржевиков в Сарапуле стало известно вечером 17 октября. Логично полагать, что и Азин узнал об этом тогда же по телефону от своего подчинённого- командира полка Головко, который был и комендантом Сарапула. Азин спешит в Сарапул чтобы лично расстреливать? Засвидетельствовать почтение замминистру Раскольникову? Засветиться в истории «героического освобождения»?

Флотилии Н.Н. Струйский. Таким образом, автор как бы делит монолитный образ Раскольникова-спасителя, «размазывая» его славу на нескольких людей.

Мы показали, что в повествованиях, опубликованных до 1930-х годов никого рядом с Раскольниковым нет. Но сразу после двадцатилетней годовщины событий с баржой Раскольникова уже не было в историографии Гражданской войны, и оказалось, что по законам пропаганды эпохи культа личности его светлый образ должен быть замещён другим, не менее ярким.

И в рассказе 1968 года культовый персонаж- мичман Раскольников- если и не отходит совсем на второй план, то стоит на сцене вровень с другим героем, чей культ расцвёл пышным цветом ещё в эпоху Большего террора. Речь идёт о В.М.Азине.

Сам Ф.Ф. Раскольников, Л.М.Рейснер, А.В.Галанов и иные мемуаристы про Азина в связи с Гольянской баржой вообще не упоминают. Трудно сказать почему: может быть он в самом деле был непричастен к тому «лихому делу», а может быть слишком свежи были воспоминания о тёмной биографии легендарного комдива. Действительно, притчей во языцех стала и фальсифицированная им лично биография «казачьего офицера», которая не только была направлена им в Управление Кадров РККА, но и изложена им устно в беседе с супругой основателя Советского государства, которую он называл «товарищ Ленина-Ульянова».261 Несомненно, Красным военным долго была памятна тёмная история с пленением Азина и листовками о том, что он перешёл на сторону противника; эти листовки Белые сбрасывали с аэропланов на Южном фронте. 262 Не была секретом для руководства РККА и склонность «железного начдива» к собственноручным расстрелам, и его кокаиновая наркомания; об этом говорят его бывшие бойцы в своих мемуарах263, и даже в его кристально героической биографии попадается эпизод когда он принимает «порошочек от кашля». [35, с. 134]

Спросим себя: если Азин в самом деле, войдя в Сарапул 5 октября узнал про баржу и горел желанием освободить заключённых на ней, то зачем он ждал удобного случая 2 недели зная, что заключённые мучаются, голодают, «сидят на экскрементах», что их убивают? Чего он ждёт? Флотилию? Но ведь никакого точного прогноза по датам прибытия флотилии к Сарапулу у него не было и быть не могло: кто же знал, что адмирал Старк так рано (12 октября) «убежит» в Белую, и освободит Среднее Прикамье для Раскольникова?

261 Надежда Константиновна Крупская; Азин добился встречи с ней во время её круиза по Каме на агитпароходе летом 1919 г.

262 Дыма без огня не бывает; мы приводим Белые источники в соответствии с которыми Азин фактически принял строну противника См. Вспомним , братцы, Азина. [15, с. 98-102]

263 См. Вспомним , братцы, Азина.[15, с. 95-96 ]

В тот момент повстанцы откатились от Сарапула до Нечкино, то есть линия фронта была на полпути от Сарапула до Гольян. Архив сохранил и списки личного состава Гольянского отряда Народной армии: здесь не более трёх десятков фамилий; Гольяны ведь были тогда в тылу, сколь-нибудь значительных войск тут не было, и силы повстанцев Азину были известны. Но если при этом он, действительно, отдал приказ своему комполка Головко «организовать набег на Нечкино и отвлечь на себя внимание беляков в районе Гольян», то отчего бы ему силами этого полка не попытаться «лихим наскоком» взять Гольяны с суши, и пригнав из Сарапула буксиры не увести вожделенную баржу? Флотилия для этого, вобщем-то не нужна, это сила для захвата одной баржи в тылу совершенно излишняя.

Но Азин ничего такого не делает: он командир регулярной дивизии РККА, а не партизан, и у него есть начальство; ему и командарму Шорину поставлена высшим руководством задача Ижевск взять, а не за баржами гоняться. Вот он и сидит в Агрызе у прямого провода, на контакте с Шориным, который руководит из Вятских Полян.

А почему Азин своего начштаба К.К. Пашковского будто бы посылает в Сарапул с передачей устной просьбы? Ведь о прибытии флотилии в Сарапул Азин узнаёт из донесения комполка Головко по каналам связи. Соответственно, и Раскольникову он может позвонить по телефону, или отстучать телеграмму. Но если он в самом деле посылает своего начштаба с устным приказом двинуть полк Головко под Гольяны, то отчего он не отдаёт как положено этому Головко письменного приказа? Ведь случись что, и Азина и Головко спросят на каком основании они под Гольяны полк погнали и, не дай Бог ещё и своих бойцов там положили.

В конце концов, Азин в этом дискурсе выглядит просто лишним звеном: по рангу он неизмеримо ниже Раскольникова, ни приказывать, ни просить его через голову командарма Шорина он не вправе. А про баржу Раскольников и его штаб определённо узнают в Сарапуле от членов Ревкома, да и просто от жителей. Иными словами, представляется очевидным, что Азин был притянут писателями к этой истории несколько «за уши».

А мог ли Раскольников втайне от своего непосредственного военного начальника командарма-2 Шорина молниеносно спланировать по сути авантюрную операцию вне рамок оперативных задач флотилии, и с непрогнозируемым исходом? («Командарму пока ничего не сообщайте. Сделаем, тогда и отрапортуем.») Процитируем Приказ командарма от 25 сентября за № 50 : «.Последние боевые операции во 2-й армии воочию показали, что связь от

младшего ко старшему и между собой никак не может наладиться, а результатом этого на фронте происходили такие неожиданности, что могли закончиться печальной катастрофой. Вменятся начальникам всех степеней и начальнику связи т. Зиновьеву на будущее время восстановить и сохранить прочную связь» [31, л. 10]

Как видно, вкладывая в уста комфлота, эти слова, он делает последнего нарушителем Приказа командира.

Способен ли был Раскольников двинуть миноносцы по неизвестному фарватеру вверх по Каме в нарушение полученных им Приказов сменить войска Азина в Сарапуле, и даже не поставив Шорина в известность пойти в рейд ради добычи в виде баржи?

Ответ на этот вопрос на наш взгляд, не может быть положительным; Раскольников к тому времени имел свежий и весьма печальный опыт того, как самонадеянная беспечность лихого командира ведёт к печальным последствиям: гибели кораблей и людей. И об этом следующий рассказ.

8. Л.Е. Берлин о дисциплине и флаге

Человек, чьи свидетельства мы предлагаем рассмотреть ниже, сам в Голь-янском рейде не участвовал, но хорошо был осведомлён о внутреннем устройстве Флотилии. Действительно, он мог, наверное, лучше всех рассказать о ранней истории этого соединения кораблей, так как именно он был во главе организованной им Волжской флотилии задолго до того, как её начальниками стали те, чьи имена стали теперь широко известны. Безусловно, его авторитетные свидетельства помогут поставить окончательные точку в вопросах, затронутых нами ранее.

Итак, речь пойдёт о воспоминаниях человека, которого звали Лев Ефимович Берлин (1897-1974). Еврейская энциклопедия сообщает про него следующее: «С 1915 года учился в Казанском университете, участвовал в установлении советской власти в Казани и формировании Первого Казанского красногвардейского батальона военных моряков. Член РСДРП (б) с марта 1917 года. Организатор и комиссар Симбирского отряда Волжской военной флотилии (май 1918 года). В октябре 1918 года — начальник военно-морской базы в Сви-яжске. В 1919 году — зам. начальника политотдела Волжско-Каспийской военной флотилии. В 1920-1921 — зам. начальника Политуправления Балтийского флота, служил в Политуправлении РВС Республики. С 1923 года — генконсул СССР в Кантоне (Китай), в 1926-1927 годах — временный поверенный в делах

СССР в Монголии. Преподавал в Коммунистическом университете трудящихся Востока и Военной академии РККА. С 1936 года — преподаватель исторического факультета Московского государственного педагогического института им.

В.И. Ленина. Кандидат исторических наук (1938). В 1944-1955 годах — профессор восточного отделения исторического факультета МГУ.»

Напомним, что этот тот самый человек, которого Раскольников назначил командиром базы флотилии в Свияжске (под Казанью), и который направлял руководству письма о необходимости сосредоточения в руках Раскольникова всех речных сил на Волге. Иными словами Л.Е.Берлин лоббировал кандидатуру Раскольникова на пост комфлота.

В 1991 г., т.е. через 17 лет после кончины Л.Е.Берлина увидела свет книга «Флагманы», позиционированная как сборник воспоминаний и очерков о репрессированных флотоводцах. Есть в книге очерк «Волга-Кама-Каспий», который, очевидно, содержит воспоминания названного товарища, и подписан его именем. Трудно сказать, отчего мемуар был опубликован лишь спустя такой большой срок после смерти автора, и в какой степени оригинальный текст был подвергнут редакционной правке. Тем не менее, считаем необходимым процитировать его здесь хотя бы фрагментарно, отдельными абзацами.

« Раскольников в это время (летом 1918 г. — А.К.) был особоуполномоченным ЦК РКП и Совнаркома в Поволжье. В качестве члена Реввоенсовета фронта он ведал политотделом, но, кроме того, занимался тылом и другими вопросами. Как заместитель Народного комиссара по морским делам, отвечал за организацию Волжской военной флотилии.

. В Нижнем Новгороде мне довелось близко наблюдать взаимоотношения — служебные и личные — Раскольникова и Маркина. Знали они друг друга еще по Балтике. Здесь же, в Нижнем, действуя рука об руку, сблизились. Пишу об этом потому, что в годы культа личности, когда Раскольников был ошельмован, многие факты из истории флотилии освещались неверно. Некоторые авторы, стремясь заполнить пустоту, образовавшуюся от запрещения писать что-либо положительное о Раскольникове, делали Маркина единственным руководителем флотилии, объявив его комиссаром флотилии. Выдающаяся роль Н. Г. Маркина в революции и гражданской войне общеизвестна. Он был комиссаром по организации и формированию флотилии в Нижнем Новгороде. Но приказом Реввоенсовета фронта от 17 июля 1918 года общее руководство формированием флотилии возлагалось на Раскольникова. Когда же Раскольников вступил в командование флотилией, Маркин стал его помощником. Относились они друг к другу с большим уважением. Раскольникова привлекали в Маркине боевой, революционный дух, самоотверженность и безграничная смелость, его качества

организатора и вожака масс. Маркин же всегда признавал политический опыт и революционный авторитет Раскольникова. Работали они дружно в Нижнем Новгороде, и на боевых позициях.

Флотилия росла, но она еще не имела твердого управления. Командовавший в это время флотилией Р. М. Бернгардт явно не справлялся с обязанностями, не имел авторитета среди моряков. Между тем от флотилии во многом зависела оборона Волги, а в планах перехода войск Восточного фронта в контрнаступление ей отводилась важная роль.

И вот 23 августа появился приказ о назначении командующим Волжской военной флотилией Ф. Ф. Раскольникова. 2 сентября 1918 года он становится и членом Реввоенсовета Республики. Назначение Раскольникова командующим Волжской флотилией было в высшей степени удачным: во-первых, он был чрезвычайно популярным среди моряков, во-вторых, он, как заместитель Наркома по морским делам, досконально знал резервы и возможности морского ведомства, в особенности Балтийского флота, которые можно было максимально использовать для укрепления флотилии на Волге.

24 августа приказом Раскольникова Н. Г. Маркин был назначен помощником командующего флотилией, П. И. Смирнов, в прошлом один из руководителей Кронштадтской партийной организации, — начальником штаба, черноморский матрос коммунист С. М. Лепетенко, сыгравший значительную роль в борьбе за уход Черноморского флота из Севастополя в Новороссийск и потопление его там, — начальником оперативного отдела штаба. Меня, некоторое время до этого исполнявшего обязанности начальника штаба, Раскольников назначил начальником базы флотилии в Свияжске. В составе управления флотилии не хватало морских специалистов. Раскольников, понимавший их значение в военном деле, ощущал этот недостаток. Он неоднократно требовал от коллегии Наркомата по морским делам и Совета комиссаров Балтийского флота присылки специалистов.

18 сентября 1918 года Раскольников назначил начальником штаба флотилии прибывшего с Балтики опытного моряка Владимира Николаевича Варваци. До этого тот благополучно привел миноносцы с Балтики в Нижний, а затем по Свияжск. В должности начальника штаба флотилии Варваци оказался ценнейшим помощником Раскольникова

. Флотилия была доформирована и получила четкую организацию. Выборные судовые комитеты ликвидировались, на все суда назначались командиры и политические комиссары. Раскольников потребовал от коммунистов и всего личного состава железной, революционной дисциплины.

26 августа он обратился к морякам с приказом, в котором призывал их следовать примеру революционных моряков — героев Октябрьского восстания, отстаивать честь и достоинство Красного Флота, проявлять мужество, дисциплину, самоотверженность.

Раскольников был крут в даже беспощаден по отношению к дезорганизаторам, трусам, нарушителям дисциплины. Суровая обстановка обязывала быть таким. В первые же дни командования флотилией Раскольников предал суду несколько запятнавших себя моряков.

Жесткие меры встречали сопротивление со стороны малосознательных и нестойких людей из числа «матросской вольницы». Но большинство понимало необходимость создания твердого порядка на флотилии. Немалую роль в атом сыграла политико-воспитательная работа, развернутая среди моряков под руководством и при самом деятельном участии Раскольникова.

.Поход по Каме — одна из самых славных боевых страниц в истории флотилии. Боевая обстановка сложилась так, что продвигаться пришлось зачастую впереди наших сухопутных войск, в тылу противника. Это связано было с большим риском. Но Раскольников смело шел на него.

Тяжелым для нас был день 1 октября. Флотилия белых, остановившаяся 30 сентября у села Пьяный Бор, решила закрепиться. Она расположилась в обоих рукавах реки у пьяноборского острова, выдвинув на правом берегу к мысу Малиновский полевую батарею, тщательно замаскированную в дровах. Наша флотилия сосредоточилась ниже, у села Икское Устье (около 40 километров от Пьяного Бора), а передовой отряд — в 12 километрах от противника. Ожидался подход других кораблей, а главное — приданных флотилии частей 2-й армии.

Раскольников находился в это время в штабе 2-й армии в Елабуге. Оставшись за командующего, Маркин решил осуществить задуманный им план разведки боем. Посланный 30 сентября катер установил место якорных стоянок флотилии противника и обнаружил, что левый берег реки в примыкающем к Пьяному Бору районе не занят белогвардейскими частями. На рассвете 1 октября Маркин выслал на левый берег десант из добровольцев во главе с П. В. Карташевым. Он должен был выйти по берегу на траверз якорной стоянки противника и внезапно обстрелять ее из скорострельных пушек и пулеметов. Карташев выполнил задание. Суда белых в замешательстве отошли несколько выше Пьяного Бора.

Стремясь скорее узнать, как провел операцию десант — с ним не было связи, — и уточнить обстановку на правом берегу, Маркин отправился на вооруженном пароходе «Ваня-коммунист» вверх по Каме.

Через час после ухода «Вани-коммуниста» из Елабуги вернулся Раскольников и, не застав Маркина на месте, решил догнать его на эсминце «Прыткий».

Вскоре суда сблизились. Маркин сообщил Раскольникову, что на правом берегу, по его данным, батарея противника. Он намерен разыскать ее, подойти ближе, высадить десант и захватить батарею.

Раскольников не мог одобрить этого плана: ведь здесь уже вражеский тыл, да и флотилия белых где-то поблизости. Неожиданно «Ваня-коммунист» попал под обстрел замаскированной батареи на мысе Малиновский. На судне начался пожар, и оно потеряло ход. А в это время из-за мыса Пьяный Бор вышла флотилия противника и открыла огонь по «Ване-коммунисту» и «Прыткому».

Раскольников приказал командиру «Прыткого» И. А. Георгиади взять на буксир «Ваню-коммуниста». Когда «Прыткий» подошел к «Ване-коммунисту» на 90—100 метров, корабль уже горел, на нем рвались снаряды. Сосредоточенный огонь судов белых и полевой батареи помешал взять судно на буксир. Спасение обреченного корабля было делом безнадежным, оно грозило гибелью флагманского миноносца.

«Прыткий», развернувшись, вышел из-под обстрела.264 Раскольников тотчас организовал спасение команды с «Вани-комуниста» моторными катерами и шлюпками. Удалось спасти 50 человек, а 30 моряков, в их числе Маркин, геройски погибли. Исхода боя не смогли изменить и подошедшие корабли. Получили повреждения «Ольга» и «Товарищ». Наша флотилия отошла к Икскому Устью.

Раскольников, много размышляя над причинами неудачи 1 октябри, впоследствии говорил, что бой под Пьяным Бором мнился горьким уроком. Он показал, к чему ведет опрометчивость, отсутствие тщательной разведки, недостаточная согласованность между силами флотилии и пренебрежение к взаимодействию с сухопутными частями. Федор Федорович потребовал от всего командного состава и Политических комиссаров сделать выводы из события 1 октября.

К 10 октября удалось загнать корабли противника в р. Белую. Выйти оттуда они не могли: устье заминировали, а около минного поля поставили заслон из наших кораблей. И вот Волжская военная флотилия вновь переходила в наступление.

В соответствии с приказом командующего 2-й армией И. И. Шорина миноносцы во главе с «Прытким» под флагом Раскольникова к утру 17 октября

264 Русский флот славился традицией: «Сам погибай, а товарища выручай!»

прорвались в Сарапул. Там стало известно, что в Гольянах находится «баржа смерти» с политическими заключенными и пленными красноармейцами из са-рапульской тюрьмы. Среди заключенных много коммунистов. Раскольникову удалось прорваться в Гольяны, выдав дивизион миноносцев за белогвардейские корабли флотилии адмирала Старка, и увести баржу.

Это была беспримерно смелая операция. Нет необходимости здесь описывать ее, ибо это мастерски сделал сам Раскольников в очерке «Люди в рогожах». Отмечу лишь, что в этой операции во всем блеске проявились умение Раскольникова идти на оправданный риск, сохранять выдержку и хладнокровие в самых непредвиденных обстоятельствах. Не случайно в приказе Реввоенсовета Республики от 16 января 1920 года о награждении Ф. Ф. Раскольникова первым орденом Красного Знамени захват «баржи смерти» был назван в числе его самых крупных боевых заслуг.

.Рано утром 4 апреля эскадренный миноносец «Карл Либкнехт» под флагом Ф. Ф. Раскольникова и катер-истребитель «Зоркий» вышли из Пет-ровска, освобожденного частями 11 -й армии еще 30 марта, на разведку к форту Александровский.265 [36, с. ]

8.1. Комментарий: культ Раскольникова в год развала СССР.

Анализ вышеприведённого текста начнём с его окончания. Итак, что мы видим: мемуарист, который был сослуживцем Раскольникова, однозначно свидетельствует, что у командующего флотилией и во время Гольянского рейда в октябре 1918 г. и во время операций на Нижней Волге и на Каспии в апре-ле1919 г. был свой флаг! И это при том, что официально должностные флаги на Советском флоте были введены лишь к августу того же года. Таким образом, вопрос с личным флагом Раскольникова можно полагать решённым: был у него самодельный флаг, и сам командующий флотилией вполне мог оправдывать его применение в 1918 г. тем, что он этим флагом «противника вводит в заблуждение», а в навигацию 1919 г. он мог утверждать, что именно под этим геройским флагом он и совершил подвиги (за которые получил потом орден Красного Знамени).

Так мог ли Раскольников, придя в Сарапул 17 октября 1918 г. загореться идеей и молниеносно спланировать рейд вверх по Каме для захвата баржи, в которой «много коммунистов»? 266 Если мог, то как же быть с многочислен-

265 В этом абзаце Речь идёт уже о действиях Волжско-Каспийской флотилии в 1919 г.

266 К слову, там было много и анархистов, и эсеров-максималистов, и китайцы и, возможно, уголовные преступники из Сарапульской тюрьмы.

ными указаниями Берлина на то, что Раскольников боролся за воинскую дисциплину? Ведь, несмотря на то, что мемуарист расточает похвалы Маркину, как ближайшему сотруднику Раскольникова, из данного текста, и из других мемуаров ясно, что между Маркиным и Раскольниковым существовало явное соперничество и соревнование в «молодечестве». Ведь известно, что Маркин, по факту создал флотилию, организовал перевооружение многих кораблей, но получил в данном соединении лишь незначительную должность «помощника командующего».

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Существует множество описаний того рокового боя у Пьяного Бора; нами обнаружены и самодельные схемы, нарисованные участниками событий, и мы планируем посвятить отдельную книжку или главу книжки реконструкции гибели парохода № 5 «Ваня». Разные мемуары содержат разные детали, но все источники едины во мнении: лишь воспользовавшись кратковременным отъездом Раскольникова матрос Маркин, который, напомним, был всего лишь помощником командующего флотилией нарушил все правила субординации и воинской дисциплины и вопреки здравому смыслу пошёл на корабле вверх по Каме, а, нарвавшись на береговую засаду, попытался с наскоку взять батарею лишь силами своего экипажа. Не вышло. Но не вышло взять ту батарею и у Раскольникова, который подошёл к месту боя на миноносце. Комфлотилии, видимо, сразу понял безнадёжность той ситуации: корабли, видные на глади реки как на ладони расстреливаются из пушки, которая спрятана под берегом среди поленниц. Естественно, подойдя к «Ване» для спасения экипажа на пристрелянную засадной пушкой дистанцию миноносец неминуемо был бы поражён.

Берлин утверждает, что Раскольников тяжело переживал потерю корабля и людей из-за безрассудства Маркина. Но если он потребовал от всего командного состава сделать выводы из поражения 1 октября, то к 16 октября сам-то он эти выводы сделал? Если в бою 1 октября он не был согласен рисковать одним миноносцем для спасения «братков», которые тонули у него на глазах в холодной воде и криком просили о помощи, то почему 16 октября он двигает на Камские мели (и возможную береговую засаду?), и рискует потерять сразу три миноносца? Командарм Шорин, тогдашний непосредственный начальник Раскольникова наверняка не одобрил бы такого плана: погоня за баржей никак не приближала его к выполнению боевой задачи по овладению Ижевском и Вот-кинском и деблокированию Камы.

Как мы показали, не было никаких свидетельств того, что заключённые в барже непременно будут убиты, если их не выручить именно 17 октября. Тем не менее, именно миноносцы, а не просто мелкосидящие вооружённые корабли флотилии идут в Гольяны. Ради чего? Вспомним указание Викентия Кармано-

ва: он перечисляет суда флотилии повстанцев, которые видел у Гольянской пристани 16 октября: «Сергей Витте», «Рассвет» и «Шторм». Лишь первый из них, вероятнее всего, представлял собой большой вооружённый пароход, а последние два- буксиры. Пароходы в то время ходили на дровах, их дымный след из трубы демаскировал судно за десятки километров. Вообще, пребывание трёх судов повстанцев у Гольян не могло остаться для разведки Красных незамеченным. Вместе с тем, Красным командирам в Сарапуле хорошо должно быть известно по опыту боёв, что все свои немногочисленные пушки повстанцы держат на сухопутных фронтах, протяжённость которых измерялась к середине октября ещё сотнями вёрст. Разведчики могли видеть, и обязаны были доложить, что в Гольянах возле церкви (примерно там, где сейчас стоит памятник баржевикам) имеется лишь одна древняя пушка со скорострельностью 2 выстрела в минуту. Причём пушка эта не имела прицельных приспособлений, щитового прикрытия, откатного механизма, и в дуэльной ситуации с миноносцами её расчёт мог бы сделать самодельным снарядом не более одного (неприцельного!) выстрела до своей погибели.

Иными словами, Раскольников надеялся встретить на Каме пароход «Сергей Витте»- против него он и рейдировал со миноносцами! Именно этот пароход, в случае встречи с ним, дивизион миноносцев, несомненно, и записал бы на счёт своих немногочисленных побед в навигацию 1918 г. В предыдущей книге мы показали, что сверхзадачей для Волжской флотилии в навигацию 1918 г. было деблокирование Камской транспортной артерии в целях доставки по реке в центральные губернии хлебопродуктов, реквизированных у местного населения. (Напомним, что кроме прочих должностей Раскольников тогда был ещё и Особоуполномоченным по охране Волжских водных путей в целях доставки по ним продовольствия.) Вот эту-то задачу флотилия выполняет к окончанию навигации, но лишь частично: сквозного движения по реке она не открывает вследствие близкого ледохода, но зато работает как «речной продотряд» и в Нижний Новгород доставляет в баржах и трюмах своих судов тысячи пудов продовольствия, отобранного у Прикамских и Прибельских крестьян. [17]

В 1963 г., во время, которое принято называть «хрущёвской оттепелью» Раскольников был полностью реабилитирован, и его имя вернулось в нашу историографию без ограничений. И культ его воссиял снова, хотя и без прежнего блеска. Правда, «возвращение» героического флотоводца на страницы исторической литературы оказалось не всем по душе: мы видели выше, как авторы 1960-х годов мучительно ищут выхода из ситуации, в которой версия с едино-

личным геройством Раскольникова порождает у читателя многочисленные вопросы. И в этой ситуации писатели не могут предложить читателю ничего иного, как вместо культа Раскольникова «подставить» культ Азина.

В 1985 г. на нас свалилась Гласность и Ускорение, одним словом, Перестройка. Журнал «Огонёк» выходивший, наверное, миллионным тиражом публикует большую статью о Раскольникове в которой цитирует его «Открытое письмо Сталину». [37]

Напомним историю того письма, относящуюся к 1938 г.: Раскольников, будучи послом в Болгарии регулярно получал секретные руководящие письма об изъятии и из посольской библиотеки книг, брошюр и портретов того или иного писателя, который был объявлен «врагом народа», или просто того, чьи книги инстанции признали «вредными». Будучи членом Союза писателей СССР Раскольников исправно голосовал за исключение из Союза того или иного «вредителя». А тут посольская почта принесла ему список на уничтожение книг, в которых он увидел и своё произведение. Он понял, что всё, и ему «звоночек прозвенел».

Раскольников едет в отпуск во Францию, а в Советский союз возвращаться не торопится под предлогом того, что проходит курс лечения от психического расстройства в частной клинике. Тогда же французское издательство получает подписанные им тексты «Как меня сделали врагом народа» и «Открытое письмо Сталину». Тексты публикуются, а Верховный Совет СССР объявляет Раскольникова вне закона, лишает гражданства, а сам Раскольников между тем кончает свой жизненный путь таким образом, что причина его смерти не ясна до сих пор. При этом в Советских источниках появляются сведения о том, что Раскольников получил за свои противосталинские тексты весьма солидные гонорары от издателей.

И в годы Перестройки, в 1987 г. находится бдительный человек, бывший прокурор Шеховцев, который пишет в инстанции заявление с требованием привлечь к уголовной ответственности тех, кто опубликовал в журнале письма Раскольникова в которых последний «клевещет на советский общественный и государственный строй», да к тому же делает это вступив с иностранной организацией в отношения сотрудничества на платной основе. Видимо, в качестве ответной реакции и как аргумент в той дискуссии (правда, не очень понятно на чьей стороне) и появляется в 1991 г. та книга с мемуарами о судьбах «твёрдых ленинцев» со старой статьёй Л.Е.Берлина, в которой Раскольников представлен не только героем, но и верным последователем «заветов Ильича»; здесь даже цитируется переписка главы Советского государства В.И.Ульянова -Ленина

и комфлота Раскольникова. (Правда, телеграмм, имеющих отношение к барже там нет).

В декабре того же 1991 г. был зафиксирован распад Советского Союза, и феномен Раскольникова, даст Бог навсегда отошёл из области пропаганды в сферу узкоспециальных исторических исследований.

Тем не менее, для нас изучение двух дней биографии мичмана Ильина является поводом для того, чтобы приблизиться к составлению детальной хронологии Ижевско-Воткинского восстания.

9.Альбокринов? Толокнов? Елисеев?

Реконструкция событий, в ходе которых собственно и была захвачена Гольянская баржа представляет особой отдельную проблему. Несмотря на множество источников, совершенно пока не ясно, что же именно произошло в Гольянах днём 17 октября? Нет ответа на вопрос, почему корабли флотилии, вышедши и из Сарапула утром доползли до Гольян лишь к полудню, или даже к 15 часам.

Ведь расстояние здесь по Каме всего около 30 км. Напомним, что Раскольников указывает, что от Бельского устья, по неизвестному, не обозначенному знаками судовой обстановки фарватеру, да ещё и ночью миноносцы шли вполсилы, тихим пятнадцатиузловым ходом. Что это значит? А то, что скорость их была 15 узлов, т.е. 15 миль в час. Морская миля составляет 1852 м.; соответственно, умножением получаем скорость в километрах 15х1,852=27,8 км. /час. Таким образом, даже если днём 17 октября миноносцы пошли в Гольяны тем же тихим, «ночным» ходом, то им на весь путь потребовалось бы 32:27,8=1,15 часа или 69 минут. Где они были, и что он делали всё остальное время до того, как захватили баржу? Та же история и с возвращением: отчего миноносцы с баржей вернулись к Сарапулу лишь к 23 часам?

Обратим внимание на ещё одну особенность: и сам Раскольников, и свидетельствующая в его пользу Лариса Рейснер утверждают, что во время захвата баржи Раскольников с «белогвардейцами» лично не общался; он подавал реплики из-за кулис, при многих свидетелях. Но если Раскольников говорил с повстанцами исключительно через «переводчика»267, и на глаза им не показывался, то как они могли принять его за Белого офицера? И отчего спасителем баржевиков был объявлен лишь он один?

267 А тот, в свою очередь, кричал через мегафон.

Раскольникову в его рассказе надо было свести воедино взаимоисключающие тезисы: с одной стороны, его за Белого приняли, но, с другой стороны, он личного контакта с представителями противника не имел!268.

Действительно, в условиях тотальной советской шпиономании и сверхбдительности даже намёк на то, что Красный командир имел личную беседу с офицером противника с глазу на глаз, мог быть воспринят в качестве компрометирующего обстоятельства. Поэтому, применяя принцип инверсии, будем искать там, где скрыто: и если Раскольников утверждает, что он с Белыми не общался лично, то берёмся утверждать, что как раз наоборот, личный разговор красных флотоводцев с ними, по крайней мере, с начальником караула, который находился на буксире у берега, всё же состоялся.

Откуда такое предположение? Да эту гипотезу поддерживает хотя бы то обстоятельство, что руководитель операции зачем-то при подходе к барже прячет всю команду миноносцев во внутренние помещения. Заметим, что внутри корабля сидят даже расчёты орудий и пулемётов, открыто расположенных на палубе. Но их штатное место в боевой обстановке именно наверху! Этих-то людей зачем прятать, если есть вероятность того, что придётся драться? Ни своими лицами, ни форменной одеждой они себя как краснофлотцы выдать не могут! Ну, допустим, и были у них какие-то демаскирующие признаки: красные банты на груди и пр., так их снять — минутное дело. Кроме того, если в составе караула при барже был бы хотя бы один моряк, то такое отсутствие орудийных расчётов на своих штатных местах, «вымершие» корабли269 — это для него уже признак того, что что-то здесь не ладно, и такой непорядок мог бы насторожить караул.

Поэтому можно заключить, что руководитель операции, если у него и возникла в последний момент идея выдать миноносцы не за Белую (Чехословацкую, Английскую, Японскую и т.п.)270 флотилию, а за что-то иное, то он, наверное, должен был бы представить повстанцам более убедительные доказательства, а не только лишь свою «блестящую морскую фуражку» в которых, как мы видели, Красные моряки и сами вовсю красовались. Поэтому, пока

268 Получается, прямо, как в том старом анекдоте:

— Товарищи комсомольцы, водку пить будете?

— Будем, но с отвращением!

269 Матросы, запертые в тесных и душных помещениях боевых кораблей в свободное от вахты время также стремятся отдохнуть, перекурить на палубе.

270 Мемуаристы не могут между собой договориться за какую же именно флотилию Раскольников выдавал дивизион миноносцев под командой Н.М.Толокнова! Это обстоятельство само по себе порождает сомнения в том, что Красные моряки вообще себя за кого-то выдавали. Если повстанцы их приняли за белых или еще за каких-нибудь «своих», то это, видимо, произошло случайно, безо всякого маскарада с переодеванием?

можно лишь предполагать, что командир, удалив с палубы всех свидетелей, достаточно на долгое время сходил на берег, или на вражеское судно для переговоров.

В литературе имеется несколько воспоминаний, авторы которых абсолютно по-разному описывают роль лица, осуществлявшего руководство Гольян-ским рейдом. Приведём некоторые из этих свидетельств.

Б.А. Альбокринов (Миноносец «Ретивый»), версия 1959 г.

«В ночь на 17 октября командование флотилией, находившееся в устье реки Белой, получило сведения о том, что у села Гольяны (выше Сарапула) находится баржа с пленными красноармейцами и советскими работниками.

Командующий флотилией решил предпринять рейд в тыл врага с целью освобождения пленных. В рейд отправились три миноносца: «Прыткий» (Командир И.А.Георгиади, на «Прытком» находился и командующий флотилией, «Прочный» (командир Н.М.Толокнов), и «Ретивый» (и.о. командира Б.А. Аль-бокринов).

В поход по Каме вышли в тёмную ночь, так что только благодаря опытности и хладнокровию лоцмана миноносцы шли полным ходом по извилистому фарватеру, держась на отводе друг от друга. 271 С рассветом 17 октября вышли к селу Гольяны, причём на миноносцах были подняты Андреевские флаги, чтобы обмануть противника. При подходе к Гольянам командующий дал следующие указания: «Прочному» подойти ближе к левому берегу для наблюдения за находившимися там сухопутными вражескими частями; «Прыткому» — оставаться на середине реки и держать наблюдение за батареей противника, расположенной на площади села и ясно видимой с реки, а «Ретивому» -подойти к группе судов, стоящих у правого берега, выяснить на какой барже находятся пленные, и объявить караулу, что высшее командование приказало отвести баржу в реку Белую, где над пленными будет суд. Мы рассчитывали, что в Гольянах ещё не могло быть известно о быстром продвижении вверх по камее Красных кораблей и частей.

Когда «Ретивый» приблизился к каравану барж, сигнальщики обратили внимание на одну из них. На ней находился усиленный караул, а ниже неё сто-

271 Мемуарист воспринимает рейд от Бельского устья до Гольян как один поход: от Сарапула до Гольян извилистого устья нет.

ял буксирный пароход. Миноносец приблизился к барже, и я спросил у находившихся на палубе солдат, что за груз на барже. Один из солдат пытался сострить насчёт «корма для рыб»; я приказал ему замолчать, и вызвать начальника караула. Вышел унтер-офицер, которому я передал приказание- вести баржу в Уфу. Начальник караула не возражал, но, видимо, у него возникли сомнения, так как он сошёл в лодку, находившуюся у другого борта баржи, и переправился на берег. Между тем, на буксир было отдано приказание вести баржу вниз. Пароход развернулся, взял баржу на буксир, и повёл её вниз по Каме. Миноносцы двинулись вслед за баржой. В семи километрах от Г ольян к нам подошёл «Волгарь-доброволец» и помог разоружить белогвардейский караул. Баржу благополучно доставили в Сарапул, где моряков и освобождённых пленников восторженно встретили население и красноармейцы.

20 октября мы получили приказание направить миноносцы вниз по Волге на соединение с Астрахано-Каспийской флотилией для защиты Царицына.» [38, с. 116-118]

А вот уважаемый читатель, как выглядел тот же самый текст после того, как культ Раскольникова снова «включили»; нетрудно заметить, что образ ком-флота задавил объективные свидетельства капитана миноносца «Ретивый», который вмиг, будто по команде «забывает» эти прежние объективные свидетельства о собственной роли в эпизоде с освобождением баржи. По Б.А. Альбокри-нову в редакции 1968 г. получается, что никакого оперативного плана на освобождение баржи не было; это был экспромт, и Раскольников передал порядок действий на миноносцы голосом через рупор уже по прибытии судов в Гольяны. Автор мемуара почти дословно цитирует публикацию Раскольникова и называет то же количество спасённых.

Б.А. Альбокринов и Н.М.Толокнов, версия 1968 г.

«С рассветом 17 октября вышли к селу Гольяны. 272 При подходе к Гольянам командующий флотилией Ф.Ф.Раскольников через рупор с «Прыткого» вполголоса передаёт порядок действия на другие суда: «Прочному» подойти ближе к левому берегу для наблюдения за находившимися там вражескими сухопутными частями; «Прыткому» — оставаться на середине реки и держать на-

272 Упоминание про Андреевские флаги в данной версии уже опущено. Здесь прията версия Раскольникова согласно которой никаких флагов на кораблях не было вообще.

блюдение за батареей противника, расположенной на площади села и ясно видимой с реки, а «Ретивому» -подойти к барже и удостовериться в присутствии драгоценного живого груза. Здесь была применена военная хитрость. Ф.Ф.Раскольников от имени командующего белогвардейской флотилией адмирала Старка через вахтенного начальника передаёт приказание стоящему у пристани неприятельскому буксиру «Рассвет» взять баржу на буксир и следовать через реку Белую в Уфу. Так были спасены от смерти 432 Советских гражданина.» [39, с. 94-95]

Еще в далёком 1967 году Гольянский школьный музей получил тексты мемуаров, которые написал Толокнов Николай Михайлович, 1895 г.р., бывший командир миноносца «Прочный», и начальник дивизиона миноносцев Волжской военной флотилии. Написанный им текст датирован 15 октября 1957 г., т.е. составлен через 39 лет после описываемых событий. Ярких деталей в нём не много, но командир дивизиона описывает рейд подчинённых ему кораблей принципиально отлично от официальной версии. Благодаря любезности сотрудников Гольянского школьного музея мы имеем возможность впервые опубликовать данный текст. Он существует в двух редакциях разного объёма: в краткой, на одном листе, автор пишет: «С разрешения командующего флотилией тов. Ф.Ф.Раскольникова три миноносца, сняв боевые красные флаги, под видом белых кораблей, рано утром прибыли к пристани села Гольяны.» [40] Действительно, если корабли шли ночью, чтобы прибыв куда-то рано утром, они, действительно, могли снять флаги (флаг корабля поднимают после побудки личного состава утром). Полагаем, однако, что автор смешивает здесь два рейда дивизиона миноносцев: ночной от Бельского устья до Сарапула, и последующий за ним от Сарапула до Гольян. Поэтому процитируем версию событий по пространной редакции:

Н.М.Толокнов, версия 1957 г.

«В один из дней октября дивизион миноносцев направлялся к городу Са-рапулю. В пути следования, при остановке около одного населённого пункта на Каме273 матросы через население узнали, что в тылу у Белых, в 40 километрах от Сарапуля в селе Гольяны находится большая деревянная баржа, в которой находится свыше 600 человек арестованных коммунистов, революционно-

273 По всей видимости, это Николо-Берёзовка или Камбарка, где флотилия захватывает баржи с хлебом и 2 парохода.

настроенных Сарапульских рабочих, и пленных матросов и красноармейцев, которые приговорены белогвардейцами к физическому уничтожению.

Придя рано утром в г. Сарапуль я послал группу более инициативных матросов в город в соответствующие организации для уточнения о барже с арестованными, а миноносцам приказал приготовится к боевой операции рейда в тыл противника к селу Гольяны.

После уточнения обстоятельств увода баржи с арестованными .я собрал оперативное совещание командного состава и коммунистов дивизиона, где был разработан в подробностях план прорыва в тыл противника к Гольянам и вывода баржи с арестованными к г. Сарапулю.

Примерно через 2 часа того же дня, все 3 миноносца, сняв с мачт боевые красные флаги, пошли вверх по Каме к Гольянам. На пути следования, в районе Воткинского завода миноносцы пулемётным огнём прочесали прибрежные леса, из которых было видно как разбегались группы солдат Белой армии. 274

К полудню прибыли в село Гольяны, 275 у которого стояли две однотипные деревянные баржи и на парах буксирный пароход «Рассвет». На одной барже на её палубе мы увидели вооружённую охрану, из чего сделали вывод, что на ней находятся наши арестованные товарищи.

Согласно разработанного оперативного плана, на миноносцах около орудий и пулемётов прислуги не было, было создано такое впечатление, что прибыли «свои». По плану миноносец «Ретивый» подошёл к барже с арестованными и высадил группу моряков без оружия, которые заявили охране, что «по распоряжению командующего» миноносцы прибыли за баржей для вывода её из Гольян и попросили помочь поднять якорь.

Одновременно я приказал капитану буксирного парохода «Рассвет» немедленно подойти к барже, забуксировать её и вывести на середину реки Камы, что немедленно было выполнено капитаном парохода.

При выводе баржи с арестованными от берега один из офицеров небольшого чина, подойдя к берегу крикнул: « Куда и по чьёму распоряжению уводите баржу?». Ему ответили : «По распоряжению командующего» и он, видимо, удовлетворённый ответом, спокойно пошёл от берега к селу.

Надо отметить, что фарватер Камы у Гольян узкий, и проходит к правому берегу у села, а на берегу у села мы увидели колокольню и около неё шестидюймовую пушку, а на первом ярусе колокольни установлены были пулемёты.

274 Село Галёво было пристанью Боткинского завода. Оно располагается примерно на 50 км. выше Гольян по течению. Впрочем, если дивизион вышел из Сарапула рано утром, как утверждает мемуарист, то к обеду он вполне мог дойти до Галёво, пострелять там из пулемётов и спуститься до Гольян?

275 Как мы показали выше, миноносцам ходу от Сарапула до Гольян около часу.

При нашем появлении у Гольян276 мы увидели, как батарея трёхдюймовых пушек галопом помчалась на ближайший холм, где установили пушки с направлением на миноносцы, но стрелять, видимо, не решились.

На другом конце села на берегу расположен как-бы посёлок однотипных домов, окрашенных в тёмно-коричневую краску, из которых стали выбегать солдаты Белых, которые столпились на берегу и с интересом смотрели, как пароход «Рассвет» под охраной миноносцев выводил из Гольян баржу с раесто-ванными. Солдат было очень много, из чего полагаю, что это была казарма полка белых солдат.

Вся операция по спасению баржи в Гольянах проходила чётко по намеченному плану и заняла времени не более двух часов.

В пути следования к Сарапулю впереди шёл миноносец «Ретивый», а сзади под охраной остальные два миноносца.

Командир парохода «Рассвет» почувствовав, видимо, недоброе в пути следования пытался свой пароход и баржу посадить на мель луговой стороны, но мы его предупредили, что в случае посадки баржи на мель его пароход вместе с командой немедленно будет расстрелян на месте и миноносцы без него уведут баржу. После такого предупреждения капитан парохода добросовестно довёл баржу до г. Сарапуля.

На половине пути следования миноносцы встретили вооружённый пароход «Волгарь-доброволец» шедший на всякий случай к Гольянам для помощи миноносцам, если бы там разгорелся бой с Белыми. 277

Не доходя до Сарапуля с миноносца «Прочный» и с «Волгаря-добровольца» на баржу высадились матросы и стали выпускать трюма наших товарищей рабочих, матросов и красноармейцев, где также была небольшая группа китайцев, служивших в частях Красной армии добровольцами.

К вечеру засветло баржа и миноносцы подходили к гор. Сарапулю. На берегу города горели костры, их было много, так как было холодное время осени, а около костров была масса людей- жителей города .

На рейде у Сарапуля стояла вооружённая шестидюймовыми орудиями баржа под название «Форт Серёжа»278 к которой и была подведена баржа с арестованными, вырванными из лап белогвардейцев.» [41]

276 Взяв баржу, которая стояла выше Гольян, караван спускается к селу.

277 Кстати, на «Волгаре» был красный флаг, увидев который капитан буксира «Рассвет» и попытался бросить баржу и удрать, обрубив буксир.

278 В истории Волжской флотилии судно, стоявшее в октябре 1918 г. проходит под названием баржа-форт «Атаман Разин» или «Степан Разин». Форт «Серёжа» (бывш. «Тезей»)-другое судно.

Российский Государственный архив ВМФ хранит личном дело генерал-лейтенанта Алексея Борисовича Елисеева (1887-1942). В дни описываемых событий это был флагманский артиллерист флотилии (т.е. начальник артиллерии), и одновременно командир десантного отряда и отряда кораблей. В собственноручно написанной в 1930-х годах им боевой биографии Гольянский эпизод освещается следующим образом:

А.Б. Елисеев, версия 1930-х годов.

«По прибытии на «Атамане Разине» в незадолго до того освобожденный от белых г. Сарапул А.Б. Елисеев узнал, что, отступая, белогвардейцы увели в с. Г ольяны (в 15 верстах выше по течению от города) баржу, на которой находились свыше 500 арестованных партийных и советских работников. Он решил их спасти. Получив разрешение Раскольникова, Елисеев с отрядом из трех миноносцев отправился на выручку пленных, находясь на миноносце «Прочный». Сам Раскольников на миноносце «Прыткий» также принял участие в этом беспримерном по дерзости деле. Баржа с пленными находилась у с. Гольяны посреди реки, рядом с ней стоял под парами буксир «Рассвет», а на берегу было установлено 6-дюймовое орудие и разместились до 500 чел. белых пехотинцев. На подходе к селу Елисеев приказал спустить на миноносцах красные флаги и поднять Андреевские. Подойдя к Гольянам, он, представился капитану буксира как некий лейтенант Нефедов и приказал немедленно отбуксировать баржу с пленными в Сарапул. Приказание было выполнено, и белые отбуксировали баржу вниз по течению реки, где в 7 км. от села ее встретила красная канонерская лодка «Волгарь-Доброволец». Караул белых был арестован и вскоре расстрелян, а 426 пленных освобождены.» [42]

9.1. Комментарий: Причём тут вообще Раскольников?

Итак, мы видели, что мемуаристы из числа командного состава флотилии совершенно не избегают упоминания фамилии своего командующего. И это при том, что в том момент, когда писался текст Елисеева, отложившийся в его послужном списке, и другие вышеприведённые воспоминания Ф.Ф.Раскольников либо мог быть ещё в силе, либо уже имел клеймо «врага народа» и «заядлого троцкиста». При любом раскладе для Елисеева тема о Раскольникове может быть весьма опасной: его могут обвинить либо в присвоении заслуг прослав-

ленного флотоводца, либо в дружбе с «врагом-троцкистом». Но Елисеев на это пошёл, и хотя был репрессирован и провёл некоторое время в заключении, но расстрелян не был, и закончил свои дни на высоком посту организатора артиллерийской обороны Ленинграда. Ни дружба с Раскольниковым, ни «наведение тени на светлый образ его» Елисееву инкриминированы не были, ибо означенный архивный документ не был изъят органами для приобщения в качестве доказательства по уголовному или следственному делу.

Отр^Д судов ВОЛЖСКОЙ Военной

Доблестные моряки рвутся п бой. Во время биев эамячается «гелезваг дигцеплина, никакой растеря нясстн ннкги го кодебаия. В тою момеат, когда рьутся шрапнели, свистят о у* но среда моря к гв вамечается огромный нод’ем духа и слышны шутеч кв; «это белогвардейцу, это чеху». Рааб&тъ, «разсеять всех врагов Советской России—вот едянс?вегно° ЖС^айИе моряко^ Жчлеют, что Еег пушки, т которой ъъжео быдо-бг равсурелять самый Иж вег.

К М гдьр Елисеев.

Газета «Борьба», 27 октября 1918 г. Обратите внимание на подпись.

Иными словами, командиры, стоявшие на мостиках кораблей во время Гольянского рейда, пишут в своих воспоминаниях всё как есть. И лишь в тек-

сте Толокнова-Альбокринова от 1968 г. события излагаются в ключе культа личности Раскольникова.

Упоминая о командующем, авторы воспоминаний говорят, что Гольянский рейд был совершён с разрешения Раскольникова, но спланирован и осуществлён он был другими людьми. В самом деле, Если Толокнов на «Прытком» подходит к буксиру «Рассвет», стоявшему у пристани, Елисеев, представившись как лейтенант Нефёдов передаёт приказ вести баржу в Уфу, а то же время Альбокринов на «Ретивом» высаживает на баржу группу захвата, которая швартует баржу и выхаживает якорь, то что делает Раскольников? Он сидит на «Прытком», который стоит на середине реки. Иными словами, его от берега, т.е. от буксира отделяет 200-300 метров (при ширине реки здесь около 600 метров). Понятно, что все разговоры о том, что Раскольников руководил столь сложными манёврами трёх судов отдавая команды «в мегафон вполголоса» — это сказки для маленьких. Что такое был тогдашний мегафон? Просто воронка из жести, и чтобы передать команду голосом на реке, в этот мегафон надо кричать в голос. И если он команды своим подчинённым подавал, то отчего эти команды ни один баржевик не слышал, и все они как один говорят, что на палубе баржи было тихо. И почему команды, если они и звучали, то не были услышаны ни караулом баржи, ни командой буксира, ни повстанцами на берегу, и не насторожили их всех. Нет, увод баржи был совершён тихо, буднично, без излишней помпы. Видимо, и функции каждого корабля, и состав группы захвата, и роли командиров (кто кем представляется) — всё это было обсуждено ещё на берегу, а по прибытии в Г ольяны руководитель операции лишь подал на корабли команду на исполнение обговоренного плана, а, точнее, на исполнение давно отработанной схемы.

А вот был ли план захватить в этом рейде именно баржу с людьми? Не факт, что организатор рейда нацеливался на это. Вся история пребывания Волжской флотилии в Среднем Прикамье состоит из череды захвата имущества: хватают всё, что ни попадя: буксиры и баржи с мукой, с зерном, с дровами, ни мало не беспокоясь, что эти продукты кем-то оплачены, что их где-то здесь ждут, надёются на них. Красные герои-моряки берут буксиры и баржи в Кам-барке и Г ольянах, Азякуле и Андреевке, а уходя на зимовку в Нижний Новгород в ноябре 1918 г. цепляют к своим кораблям вообще всё, что могут утащить. Как же, это ведь всё было «вражеское», а теперь «трофейное», нашенское, вот и увозят, обрекая населения Прикамья на голод и холод.

Волжская военная фютилпя под командой тон. Елисеева—да лет Са-раиульской Коммун» 225 сащен лрор забранных у бея гвардейцев у деревни Наздеры в ночь на 26 е ок-

Командующий отрядом судов Вол», военной флотилии на р. Кнме

Газета «Борьба», 27 октября 1918 г. Подпись Елисеева.

Напомним, что ещё в рейде от Бельского устья к Сарапулу 16 октября флотилия мимоходом прихватывает в Камбарке баржу, в которой оказалась мука и печёный хлеб. Если эта баржа как бы «вражеская», то, наверняка, и при этой барже был караул, но это ведь не указывало на то, что в её трюме сидят аресто-ванные?279 Несомненно, у флотилии на момент прибытия в Сарапул был уже отработанный и апробированный алгоритм действий на случай встречи какой-либо баржи с «военной добычей».

Что получается в итоге? А.Б.Елисеев ведёт переговоры с буксиром, Б.А. Альбокринов высаживает на баржу группу захвата из безоружных матросов, а Ф.Ф.Раскольников наблюдает за этим с безопасного расстояния? Если так, то он в своей книге, действительно, просто не в состоянии был изложить детали: он их не видел. Как не могли видеть и описать подробности действий в Гольянах и иные мемуаристы- матросы, которые сидели во внутренних помещениях кораблей.

Тем не менее, и они дают ценные указания: так, Евгений Григорьевич Белов в 1965 г. (На тот момент- Председатель Совета ветеранов флотилии) посылает письмо в Г ольянский школьный музей. Здесь он утверждает относительно

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

279 Совершенно непонятно, как эта баржа могла быть вражеской: куда враги могли её вести из Камбарки? Сверху Кама уже 10 дней перекрыта Азиным у Сарапула, Снизу идёт Раскольников, а неделю как Белая закрыта минами. Тем не менее, в баржу кто-то кладёт большой объём свежеиспечённого хлеба, не иначе как на продажу?

мемуаров командиров-участников Гольянского рейда: « Не верьте никому из них, пытающихся приписать себе руководство этим походом. Руководил этой операцией Ф.Ф.Раскольников. Не рискни он на этот шаг, никто бы из этих командиров не совершил бы этого похода. Заслуга тут только за Ф.Ф,Раскольниковым. Придя в Сарапул, который заняли не мы, а дивизия Азина там уже находился Полтавский полк и его командир Головко. Вот этот Головко и Гундорин А.П. командир артиллерии дивизии и представители Советской власти Сарапуля обратились к Раскольникову спасти баржу в Гольянах с узниками. Ф.Ф. собрал совещание командиров и работников штаба:

Н.Н.Струйского, комиссара военмора280 Б.К.Юрчук На этом совещании Ф.Ф.изложил свой план похода. Он знал, что вверх по Каме нет флотилии адмирала Старка, она ушла в Белую. Поэтому он и решил выдать себя за флотилию Старка. Миноносцы пошли без флагов. Некоторые писаки говорят, что на гафель были подняты Андреевские флаги. Это неверно. Их в то время на судах уже не было. Их просто сожгли в топках.» [43]

Понятно, что военмор Белов на том совещании не был, да и деталей захвата баржи видеть не мог, но вот его свидетельство об отсутствии Андреевских флагов в комплекте сигнального оборудования кораблей на тот момент может быть вполне объективным и не противоречит указаниям иных источников, что, по меньшей мере, один из миноносцев, а именно «Прыткий» мог выйти в рейд не под Андреевским, и не под красным флагом, а под должностным «флагом Раскольникова». А если предположить, что и командир дивизиона миноносцев

Н.М.Толокнов, находящийся на «Прочном», по указанию Раскольникова тоже поднял свой должностной флаг, то тогда, действительно, на двух кораблях были флаги, «имевшие сходство с Андреевскими»?

Конечно же, ситуация, кода люди, находившиеся далеко от происходивших событий пытаются погреться в лучах чужой славы является вполне типичной. Как говорится, «У победы много отцов, а поражение всегда сирота.».

Но бывший военмор Белов в 1965 году бросает упрёк вполне конкретному человеку: он пинает «павшего льва» командарма В.И.Шорина, в подчинении которого и находилась флотилия в октябре 1918 г.; в начале данной публикации мы цитировали фрагмент капитального труда «Гражданская война» в котором Шорину принадлежит глава «Борьба за Урал». Шорин пишет про «белогвардейские флаги» на кораблях флотилии, а Белов излагает события по публикации самого Раскольникова согласно которой комфлотилии не «осквернялся» вообще никакими флагами!

280 Военмор- военный моряк, рядовое звание краснофлотца.

9.2. Комментарий: комиссар продотряда или флотоводец?

Зададимся вопросом: а был ли Раскольников способен единолично замыслить и спланировать поход для освобождения заключённых, после которого благодарные Сарапульцы вынесли его на руках? Для ответа надо будет чуть углубиться в биографию этого человека и кратко коснуться истории формирования кадрового состава Волжской флотилии.

Итак, известно, что Раскольников окончил 2 курса Г ардемаринских классов, которые были созданы для того, чтобы сделать офицеров из недоучившихся студентов, и даже формально имел офицерский чин. НО: в боевых действиях Мировой войны он не участвовал, судоводительской практики по рекам не имел, и вообще, совершённый им в качестве курсанта учебный поход на корабле Императорского флота был во Вьетнам. Иными словами, ни организовывать боевую работу соединения кораблей, ни руководить огневым боем он не учился. На начальном этапе функционирования Волжской флотилии Фёдор Фёдорович оценивал и свои качества флотоводца и способности иных «самодельщи-ков», а вернее, их отсутствие, вполне адекватно, а реальных руководителей, способных управлять флотилией в бою поначалу в соединении не было.

А как и для чего, под какие задачи в принципе создавалась Волжская флотилия?

Вспомним, что по обязательствам Брестского мира, заключённого в марте 1918 г. Россия должна поставить бывшему противнику громадные объёмы продовольствия, и она имела тогда ещё запасы зерна, но они были сосредоточены в Поволжье и Прикамье. А речной транспортный путь в то время уже не работал, ибо сотни или тысячи представителей имущих классов: хлебопромышленники, судовладельцы, судоводители и их «офисные работники» во время «красногвардейской атаки на капитал» предпринятой по закону о национализации флота в феврале 1918 г. были выведены в расход, оборотные капиталы предприятий реквизированы, а материальная часть разграблена. Организовать закуп зерна у производителя и произвести его перевозку по Волге и Каме просто некому: купец, как хозяйствующий субъект был уничтожен, а жёсткая продовольственная диктатура вообще поставила частные операции с хлебопродуктами вне закона!281

281 Государственная продовольственная диктатура была объявлена ещё при царе-батюшке, и тогда же производители хлеба, добросовестно привезя его на государственные ссыпные пункты по установленным ценам, столкнулись с коррумпированными чиновниками, которые вымогали себе «откаты» за эти госзакупки, затягивая расчёты с несговорчивыми поставщиками. Производители просто махали на это рукой и держали свое зерно в амбарах до лучших

А с немцами рассчитываться надо, и центральные губернии кормить худобедно, хотя бы стограммовым пайком тоже надо, и большевики организуют систему выкачивания продовольствия.282 Одной из её составляющих была Продовольственная армия, на вооружении которой состояли пушки и пулемёты и Волжская флотилия, как «речной продотряд». Действительно, лучше не придумаешь: реквизированные для флотилии корабли- это бывшие буксиры и грузо-пассажиры. Ими можно захваченные баржи таскать, и в них можно одновременно и войска возить, и «заготовленное» зерно! [17 с. 4-23]

«Учитывая огромное экономическое значение Волжского бассейна, его коммуникации, по которым центр снабжался хлебом, нефтью, солью, рыбой и хлопком, Высший Военный Совет по поручению Совнаркома отдаёт в апре-ле283 1918 г. распоряжение об организации отрядов вооружённых судов для охраны передвижения этих грузов по Волге» [44, с. 4]. Обратим внимание, что флотилия создавалась именно для охраны караванов грузов, а не для их обороны, т.е. не для противодействия военным силам противника. В апреле 1918 г., сразу после заключения сепаратного «Брестского мира», оборонять эти грузы на Волге было ещё пока не от кого, ни «белочехов» и никаких иных Белых тут просто не было, но вооружённая сила создаётся заблаговременно для подавления сопротивления со стороны собственников этих грузов, которые не желали отдавать своё добро задаром. Разумеется, такое сопротивление грабежу началось, и организационной формой его в Поволжье и Прикамье стали и крестьянские выступления, примкнувшие к «чехословацкому мятежу» и Самарский «Комуч», и Ижевско-Воткинское, и иные восстания.

20 июня 1918 г. матрос-большевик Н.Г.Маркин, комиссар по формированию флотилии (сам, к слову, по военно-учётной специальности вовсе не реальный мореход, а шифровальщик) получает предписание Наркомвоенмора, в котором указано: «Согласно указанию правительства вам надлежит:

времён, надеясь на Революцию. Но большевики, вопреки ожиданиям стали проводить продовольственную диктатуру с неслыханным упорством и жестокостью.

282 Термин не придуман нами; он использовался в официальных документах советского правительства того времени.

283 Т.е. к началу навигации на Волге. Вообще, в ходе организации Продовольственнореквизиционной армии, включавшей в себя десятки тысяч военнослужащих, были созданы в тот период многие воинские части, которые впоследствии вошли в обычные, «полевые» армии. См. об этом подробнее: [45]. Напомним, что проблема возникла из за неразрешимого противоречия: по Декрету о земле крестьянин становился собственником земли, но, одновременно, со введением государственной хлебной монополии он лишался возможности продавать собранный урожай по своему усмотрению и, как следствие, у него не было никакого стимула ни увеличивать посевные площади, ни интенсифицировать производство. Попытки вывезти хлеб на рынок заградотряды пресекали силой оружия.

1.В наивозможно скорейшее время организовать вооружённую флотилию на р. Волге для борьбы с контрреволюционными бандами.

2.Организовать охрану водного речного транспорта на р. Волге от нападения разного рода злоумышленников.» [29, с. 20].

Маркин размещает объявления в газетах по наборе моряков во флотилию, но в центр рапортует : «Запись идёт очень вяло. Делу может помочь, если предоставить мне назначать жалованье по каждой специальности по моему усмотрению, в отдельном случае не превышающее 650 руб.284 Тогда, возможно, мне удастся обойтись одним Нижним. Или выписать из Балтийского флота определённое количество специалистов: машинистов, кочегаров, артиллеристов, пулемётчиков и пр., только лоцманов тогда придётся взять на месте.» [29, с. 2425].

А в Нижегородский совет он пишет: «Работа по переделке судов производится слишком медленно вследствие получения скудного пайка. В целях поднять интенсивность рабо-чих.прошу оказать содействие в отпуске 300 пудов муки.»285 [29, с. 22].

10 июля Раскольников, как член коллегии Наркомвоенмора сообщает своему руководству: «Нахожу неотложным немедленное командирование в Казань из Балтфлота военного моряка с боевым опытом, прошедшего командование миноносцем в условиях войны. Здесь нет никого, способного командовать флотилией.» [29, с. 28].

Несмотря на высокое жалование, служить в Красной Волжской флотилии моряки не спешат, и 16 июля Маркин пишет в Народный комиссариат по морским делам: «Если можно, прислать срочно в Н.Новгород из Балтийского флота: трёх капитанов, четырёх помощников капитанов, 50 комендоров (артилле-

284 Месячное жалованье матросу в 650 руб. — это много или мало? Для сравнения пуд зерна (16 кг) в то время стоил 20-40 рублей, а месячное содержание Ижевско-Воткинских повстанцев, т.е. всех без исключения бойцов и командиров составляло 420 рублей. Это содержание в 420 руб. (при котловом довольствии) мемуаристы полагают совершенно чрезмерным, и, естественно, наше Восстание затухло само по себе, когда в распоряжении его руководства иссякли средства, захваченные в отделениях казначейства в Ижевске и Воткинске. В то же время мобилизованный в Белую армию получал всего лишь 40 рублей в месяц. Впрочем, в распоряжении и большевиков был печатный станок, на котором они исправно вплоть до 20-х годов печатали царские деньги, которые, в отличие от «керенок» и «совзнаков» пользовались некоторым доверием у народов России. В любом случае можно заключить, что личный состав Волжской флотилии был наёмным, находился на щедром жаловании, и воевал отнюдь не только лишь «за идею».

285 Как увидим далее, флотилии и её Нижегородская база очень скоро перешли на самоснабжение за счёт реквизиций, которые, правда, иногда имели форму закупок по твёрдым ценам за обесцененные бумажные деньги. Например, картофель в земле, или крестьянскую корову реквизировать было трудно, и их приобретение производилось не по договорной рыночной цене, а оформлялось «госзакупкой по установленной твердой цене».

ристов- А.К.), 30 пулемётчиков, 20 строевых — итого 107 человек. Только надёжных смелых людей; если же этого нельзя сделать, то я смогу с горем пополам обойтись своими людьми.»286 [29, с.30]

И в тот же день он сообщает руководству: «Два судна 1(«Царицы») и 2 («Кабестан»), ушли в Сарапул выбивать чехословаков».287 [29, с. 29].

Матрос В.Е.Кутчер вспоминал, что 15 июля канонерские лодки №

1 («Царицы») и 2 («Кабестан»), действительно, прибыли из Нижнего в Казань, откуда ушли далее в Сарапул. «Побывав в городе , в штабе Восточного фронта Ф.Ф.Раскольников, вернувшись, сообщил, что у Самары контрреволюционеры и белочехи перерезали Волгу, прекратилась снизу доставка в центр продовольствия и топлива; на Каме стоят гружёные хлебом баржи, в лабазах у пристаней тоже есть хлеб, но кулацко-эсеровские элементы умышленно тормозят отправку грузов; в Набережных Челнах контрреволюционное восстание, Ревком там разгромлен, советские работник арестованы, а некоторые уже расстреляны.- Нам необходимо спешить на подавление восстания и вывозку хлеба в центр.- сказал Раскольников, — сейчас отправляемся на Каму.

16 июля мы прибыли в город Чистополь. Действительно, повыше пристаней стояли 2 баржи, гружёные зерном. Когда мы у пристанских работников спросили, давно ли стоят баржи, и почему их не отправляют по назначению, последовал ответ : «Стоят дня два». Кто-то поправил: «Дня четыре». Причина? Один говорит, что буксир ушёл вверх по Каме, другой сказал, что буксир, якобы, в затоне, на ремонте.

Тут же были приняты меры, разыскан буксир, и с помощью представителей Чистопольского горсовета баржи были отправлены на Волгу.288

286 Органами Советской власти в тот период осуществляется успешная вербовка военных специалистов для РККА и РККФ; для них устанавливаются привлекательные условия материального содержания. Так на флотилию приходят и командиры миноносцев, и начальник оперативного отдела Н.Н.Струйский и др. При этом члены семей этих военспецов остаются под наблюдением компетентных органов на Советской территории, чтобы в случае измены специалистов можно было рассчитаться с ними за счёт этих «заложников». Кстати, сам Струйский вспоминал впоследствии, и написал в своей боевой автобиографии, что Раскольников предлагал ему командовать флотилией, но он как бывший офицер понимал, что с «матроснёй» у него будут конфликты уже хотя бы потому, что он не был им социально близким. Поэтому Струйский всё время оставался в тени Раскольникова.

287 Маркин вводит своё руководство в заблуждение и маскирует истинную цель рейда кораблей от Нижнего в Сарапул: ни в документах флотилии, ни вообще в исторических источниках присутствие чехословацких частей в Сарапуле ни до, ни после этого рейда не отмечается. Корабли идут на Каму лишь за тем, чтобы реквизировать зерно!

288 Можно подумать, что Советская власть этот груз уже оплатила, а поставщик, (такой нехороший!) задерживает отправку. В действительности наоборот: этот груз имеет вполне конкретных хозяев, которые просто не хотят отдавать его даром!

До рассвета 17 июля прибыли к пристани Набережные Челны, где было кулацкое восстание. Отряд матросов в 40 человек и 50 вооружённых винтовками и двумя пулёмётами красноармейцев высадились на берег.Сводный отряд в первую очередь захватил элеватор и телефоны.С канлодок тут же был открыт артиллерийский огонь. Стрельба со стороны противника тут же прекратилась. Вечером трибунал закончил судебное дело над захваченными в плен мятежниками. На следующий день была начата погрузка и отправка муки в центральные и рабочие районы.289

20 июля канонерские лодки прибыли к пристани города Сарапуля. Раскольников с несколькими матросами направился на железнодорожную станцию. Через несколько часов он вернулся.Когда по команде все матросы построились на палубе, он объявил, что в отряд прибыл военком Андрей Васильевич Бабкин, который останется с кораблями на Каме, а сам он с прибывшей Ларисой Михайловной Рейснер отправляется в Казань.

— Ваша задача, товарищи- сказал он в заключение- охранять Камский бассейн, а также реку Белую и Вятку. И как можно больше хлеба отправлять для рабочих районов.» [46, с. 45-46 ]

27 июля Высший Военный Совет посылает Реввоенсовету Восточного фронта директиву о преобразовании отрядов судов в Волжскую военную флотилию. В соответствии с указанием Совета народных комиссаров надлежало организовать охрану водных перевозок (прежде всего хлебопродуктов) по Волге и Каме. Предписывалось реквизировать необходимое количество судов на месте, а с Балтики перебрасывались 4 миноносца. Начальником флотилии тогда же был назначен Р.М.Бернгардт, а мичман Раскольников стал Командующим охраной и обороной всех водных путей на Волге и Каме [29, с. 34].

28 июля Раскольников, как Командующий охраной водных путей инспектирует вооруженные пароходы Симбирской290 группы. Здесь студент Л.Е.Берлин на основе кадров приведённого им Казанского Социалистического батальона моряков создал флотилию из трёх вооружённых буксиров. Во главе этой «Волжской флотилии» стоял некий гардемарин Нейбергер 23-х лет, поставленный на это должность Приказом командарма Тухачевского. Раскольников назначает командиром Л.Е.Берлина и переводит корабли в Нижний Новгород «на помощь Маркину». Раскольников сообщает личному составу: «По

289 Мы видим, как по мере продвижения флотилии вверх по Каме интенсивность сопротивления собственников хлебопродуктов нарастает: если в Чистополе они просто не везут зерно на своих судах, то в Челнах уже предпринимают слабую попытку вооружённого сопротивления. Но куда им против пушек и пулемётов!

290 Симбирск- ныне Ульяновск.

приезде специалистов в отряд будут назначены военно-морские руководители» [29, с. 36]

30 июля заместитель Наркома по Морским делам С.Е.Сакс докладывает о том, что из Петрограда им направлен в Нижний Новгород эшелон в составе 6 моторных быстроходных катеров под управлением старшин, но без офицеров, которые не явились на отправку. Автор документа указывает: «В Москве необходимо снабдить эшелон не менее чем двумя вёдрами спирта291, хотя бы десятью револьверами и четырьмя артиллерийскими биноклями. В Нижнем необходимо к приходу катеров запасти бензин, немного керосина, моторного масла и подготовить речной пароход как базу.» [29, с. 40]

2 августа Совнарком ассигнует 25 миллионов рублей на формирование и операции Волжской флотилии. 292 [29, с. 42]

В результате известия об инвестировании в развитее флотилии деятельность её немедленно актвизируется: уже 4 августа комиссар 2-го отряда флотилии матрос А.В.Бабкин доносит Раскольникову о совершённом рейде по реке Белой от Дюртюлей на Бирск. Здесь, у деревни Казанцево, в которой не было противника, матросы нашли запасы хлеба, которые погрузили на баржу и забрали себе. [29, с. 44]

А что можно сказать о боевой работе флотилии?

4 и 5 августа корабли бывшей Самарской группы «Лев». «Ольга» и «Братство», встретив в открытом бою корабли Волжской флотилии Самарского Комуча, солдат В.О Каппеля и чехословаков бегут от Казани, а батальон

291 Спирт нужен не иначе как для того, чтобы скрасить «братве» дорожную скуку в эшелоне?

292 Читатель может спросить: « А отчего бы, имея такие деньги, просто не направить их на закупку продовольствия? Зачем надо было весь этот огород городить с флотилией, тысячи мужиков убивать, пароходы свои и чужие топить, и разжигать озлобление в народе?» Вспомним, однако, что большевики во главу угла поставили не толерантность и не сотрудничество сторон, а именно насилие как инструмент преобразования общества. В самом деле, на тот момент у них в руках был и золотой запас России, богатейшие природные ресурсы страны и множество конфискованных активов буржуазии, и наладить внутреннюю (а чуть позднее, и международную) торговлю было бы весьма просто. Но! В результате торговых операций рано или поздно часть активов перетекла бы к частным владельцам, сформировался бы новый сильный класс, заявляющий свои права на передел ресурсов страны. Известно, что обеспеченный человек, собственник средств производства стремится делать то, что ему выгодно, а не то, что ему диктует правительство, и если правительство ему мешает, то он просто меняет это правительство. Иными словами, борьба за хлеб явилась тогда средством изменить всю общественную структуру страны, ибо она затрагивала кровный интерес всего населения крестьянской России. Только в условиях отсутствия свободного доступа к пище можно было физически уничтожить классы, присваивающие себе прибавочный продукт и заставить миллионы тружеников работать за невеликую пайку, мобилизуя при этом силы и средства на индустриализацию, электрификацию, борьбу с неграмотностью и эпидемиями и иные амбициозные проекты, нацеленные на осуществление развития России по «догоняющему» сценарию.

моряков не может выйти на позиции, так как его личный состав повально страдает от вензаболеваний. Тогда Главком Восточного фронта отдаёт приказ об отдании матросов, командиров и всего личного состава отступивших Красных кораблей и батальона моряков под суд!293 5 августа Раскольников сообщает по телефону в Наркомат по морским делам: «Слишком болезненно даёт знать отсутствие бывших морских офицеров, способных командовать флотилией». А ему отвечают, что в Нижний выехал назначенный комфлот Бернгардт. [29, с. 46]

Отступившая от Казани флотилия доформировывается и вооружается весь август Нижнем Новгороде. Так, например, прибывшие с Балтики миноносцы частично бронируются, на них монтируются снятые при переходе по речной системе пушки. [29, с. 66]

Упомянутый Бернгард, сухопутный Латышский Красный стрелок у руля флотилии простоял совсем недолго: примерно с 27 августа Раскольников уже начинает сам подписывать телеграммы в Центр как Командующий флотилией [29, с. 68]

Итак, была ли вообще необходимость планировать тот рейд в Гольяны при столь обширной практике захвата различных баржей краснофлотцами Раскольникова? Возможно, и так, ибо миноносцы прибывают на театр лишь к концу августа 1918 г., и у них-то богатой практики реквизиций пока не было. Но тогда операцию должен был планировать, как положено, Штаб флотилии, а именно, начальник Оперативного отдела штаба Н.Н.Струйский. Иначе зачем он вообще Раскольникову нужен?

Конечно же, и обстоятельство выхода на плановую операцию, и цели этой операции, и детали её осуществления: всё это должно было быть отражено в судовых журналах миноносцев. Но вот какое дело: в описях дел, отложившихся от делопроизводства этих кораблей в РГА ВМФ, судовые журналы не значатся.

Можно заключить с большой долей обоснованности, что заслуга в освобождении баржи принадлежит военным специалистам Российского Императорского флота, поступившим на службу к Советской власти:

1.Гольянский рейд, как положено, был спланирован офицером Н.Н. Струй-ским.

293 Этот Приказ мы, кажется, опубликовали впервые: в официальных сборниках документов его нет! См. [17, с. 17]

2. Непосредственный контакт с противником и высадку десанта на баржу с заключёнными организовал офицер Б.А.Альбокринов, а безоружные моряки высадочной команды действительно, проявили героизм, работая на палубе в окружении вооружённого караула, и реально рисковали жизнью при этом.

3.В свою очередь, офицер Н.М.Толокнов подвёл свой миноносец к вражескому буксиру, а офицер А.Б.Елисеев, назвавшись вымышленными именем и чином, передал команду взять баржу на буксир и добился её исполнения.

4. Ф.Ф.Раскольников при этом был способен лишь отдать устный приказ на разработку плана операции, а при её осуществлении просто не имел физической возможности подавать голосовые команды управления издалека.

5.Самодельный должностной флаг Раскольникова не сыграл своей роли как фактор дезинформации противника, ибо источники свидетельствуют о нём и его роли слишком разноречиво.

Иными словами, Ф.Ф. Раскольников- это реальный персонаж Голь-янского рейда, в ходе которого был проявлен реальный героизм офицеров и моряков. Но вот личный героизм самого Раскольникова в этом рейде совершенно надуманный; он является продуктом пропаганды в тот период, когда культ личности, помноженный на дефицит информации, формировали совершенно превратные представления о событиях нашей истории и о роли личности в истории.

10.Как и отчего уменьшалось число баржевиков

Мы видели выше, что мемуаристы называют разное количество освобождённых из баржи людей. И это странно лишь на первый взгляд, но стоит посмотреть пристальнее на этот вопрос, и выяснить кто из свидетелей, когда и при каких обстоятельствах сосчитал освобождённых, как многое делается ясным, и противоречия в цифрах становятся объяснимы.

Но пред тем, как мы проследим диалектическимй процесс динамики численности баржевиков, развернём на минуту наш исследовательский курс на 180° и спросим себя: «Ну ладно, Красные моряки отняли у повстанцев баржу, в которой было несколько сотен, как говорит Раскольников «лучших людей», матросов, красноармейцев, комиссаров и Советских работников; этот так. Но а повстанцы, что же, эту пропажу «Красной элиты» заметили? Как они на неё отреагировали?»

Да никак! По крайней мере, изучив все сохранившиеся и известные историкам документы Прикамской Народной армии можно утверждать это с определённостью. Действительно, архивы сохранили Приказы по Народной армии в

соответствии с которыми, например, вахмистр кавалерии получает взыскание за то что катал знакомую барышню на казённой лошади, а солдат, стрельнувший в пьяном виде в воздух садится под арест, равно как и ротный командир, потерявший 400 рублей казённых денег. Есть, разумеется, и Приказы об отдании под суд дезертиров и офицеров за отступление без приказа и просто за нераспорядительность. А вот про баржу в известных Приказах ни слова! Если судить по имеющимся документам, то за её «утрату» никто никакого наказания не понёс, и уроков не извлёк. С другой стороны, Приказы и газеты повстанцев регулярно публикуют списки всех убитых, раненых и пропавших без вести солдат и командиров Народной армии для сведения их родственников и снятия солдат с учёта и довольствия. 17 октября, это ещё не период отступления Народной армии, до отступления ещё месяц; штабы повстанцев работают в штатном режиме и одномоментная утрата значительно количества бойцов в карауле, который был захвачен краснофлотцами должна была быть отражена в документах.

Но и про караул баржи ничего в Приказах нет! Пока лишь один обнаруженный документ гипотетически может иметь отношение к разрешению означенной проблемы: это Приказ об исключении из списков восьмерых военнослужащих (под командой юнкера-гимназиста!) из запасной батареи артиллерийского дивизиона Ижевской Народной армии, которые пропали без вести. В Ижевске на момент написания Приказа причина их неявки на развод караулов не известна и в Приказ вносится формулировка, что они «разбежались из караула за Камой против Гольян 17 октября» [47, л. 112] Но если краснофлотцы взяли баржу по-тихому, то зачем и караулу Гольян было в тот день «разбегаться»? А если это, действительно, караул на той самой барже, состоявший из семерых нестроевых инвалидов с мальчишкой, притом, караул, который как показывают Красные мемуаристы «сам себя обезоружил», то героическая версия этого рейда вообще теряет свою пышность.

А что даёт нам численность караула в 8 человек? Всякий, кому пришлось несли службу по охране и обороне вверенного ему поста скажет, что 8 человек-это минимальная численность караула при охране двух постов: один из этих людей — это начальник караула, другой- его помощник, он же и разводящий, и по два человека постовых на три смены.

Но что такое два человека постовых на баржу длиной под 60 м? И что такое караул из восьмерых запасников на четыре-пять сотен арестантов? Таким количеством что сделаешь? Откроешь люк, а заключённые, встав друг на друга пирамидой, начнут выскакивать, и даже побег их предотвратить нельзя. Видимо, лишь по этой причине, после «фильтрации», состоявшейся 16 октября по-

следние сутки перед освобождением люк баржи не открывали, воды и хлеба заключённым не давали?

Но если так, то повстанцы по факту оставили баржу к 17 октября без охраны- подходи и бери. Видимо, она стала для них обузой, а значимость содержащихся в ней узников с точки зрения повстанцев была уже минимальной. В самом деле, иногородних комиссаров, представлявших ценность в качестве заложников для обмена, они с баржи сняли (правда, судьба их пока не известна), наиболее крупных Советских работников выявили и умертвили в ходе «чистки»

16 октября, а остальных избили прикладами и запугали. Эти оставшиеся, подорвавшие здоровье неумеренным курением, голодом, и гиподинамическим сидением в душном трюме, да ещё и избитые, даже при освобождении не могли бы немедленно усилить Красную армию, а наоборот, требовали расходов на лечение, одевание и обувание. Да не все они и по возрасту и изначальному состоянию здоровья годились для призыва в войска. Иными словами, по факту, данный «дефектный призывной контингент», переданный Красной флотилии, был бесценен лишь для родных и близких баржевиков, а с точки зрения военной, несомненно, отвлекал на себя ресурсы, которые у Красной армии были на тот момент в дефиците.

Но и просто так отпустить баржевиков повстанцы не могут: сойдя на берег в Гольянах они разбредутся кто куда по домам, и их продовольствование и содержание станут частным делом их семей. Нет, весь означенный контингент сдаётся «оптом», и он падает тяжёлой «гирей на шею» Сарапульского военкома Галанова.

Для того, чтобы вопрос о количестве освобождённых баржевиков стал чуть яснее, введём здесь в исторический оборот ещё 2 источника. Во первых это известный исследователям документ: Протокол заседания объединённого профсоюзного органа рабочих Сарапула от 18 ноября 1918 г. В нём речь идёт о раскладке на обувные предприятия Сарапула количества обуви, потребного для освобождённых баржевиков. Здесь перечислены 15 предприятий и указано количество пар сапог, которые должны быть «пожертвованы». Мы, пожалуй, впервые используем данный документ для анализа судьбы баржевиков, и суммированием количества сапог, которые были для них были взяты с каждой из фабрик, получаем 434 пары. [48, л. 5 ]

Ещё один документ- это ранее упоминавшийся нами «Алфавит баржеви-ков, значащихся по тюремным спискам, требовательной ведомости военкомата и по утверждённым анкетам.» [26] Данный документ был составлен не ранее второй половины 1930-х годов. В нём в алфавитном порядке перечислены бар-

жевики. Против каждой их фамилий указан номер камеры, номер списка, номер ведомости военкомата и дата выдачи справки. Против нескольких фамилий есть указания «Убит в тюрьме», «Убит в барже». Такие записи, например, есть против фамилий Мутьяна и Будрина, о казни которых говорят мемуаристы в вышеприведённых текстах. (К слову, по данным этого Алфавита значится всего 15 убитых баржевиков: 6 в тюрьме и 9 в барже или без указания места казни.) Против некоторых имён стоят указания «Умер в таком-то году»; в интервале между у 1920 по 1935 г.

Даже поверхностный анализ документа позволяет установить, что:

1.Баржевики были призывным контингентом, иными словами, сразу после освобождения они были освидетельствованы и взяты на учёт военкоматом.

2. От баржевиков отбирались анкеты не иначе как с целью установления их личности, партийной принадлежности, стажа работы на Советских должностях и пр.

3. Баржевикам выдавались справки, видимо, подтверждавшие то обстоятельство, что они находились под арестом у повстанцев. Можно полагать, что именно эти справки служили основанием для определённых социальных льгот и выплат после освобождения.

А что же этот документ свидетельствует о количественном и поимённом составе баржевиков? Есть в нём и Павел Невлер, и Виталий Пикулев и иные мемуаристы, есть несколько китайцев, и даже женщины (!), а вот Председателя Сарапульского исполкома Павла Краснопёрова там нет; мы находим трёх Крас-нопёровых, которые благополучно сошли на берег, но ни один из них не имеет отчества Агафангелович, как у Павла. Вспомним, однако, что по рассказу мемуаристов Краснопёров был убит во время «чистки» на барже 16 октября вместе с двумя (тремя?) братьями. Нет ли здесь противоречия источников? Нет, ведь эсеры-максималисты к концу 1918 г. были большевиками «списаны со счетов»: из бывших союзников в войне с Белыми и белочехами они стали политическими противниками и по факту были отстранены от участия в органах власти.294 Соответственно, можно предполагать, что и историю их участия в революционном движении уже тогда начинают «подчищать»: наверное, оттого, и нет братьев Краснопёровых в списке баржевиков. Видимо, из списка тогда же «вычищают» и однопартийцев матроса Краснопёрова, и анархистов, и иных недавних союзников по революционной борьбе.

Сколько же баржевиков значатся в том Алфавите? Там 2 списка: один по буквам (вся книга разделена на разделы и каждой литере отделено по 5 листов), а в конце подшит список без алфавитного порядка. Итак, в книгу вписано

294 См. книгу С.Л. Бехтерева [49]

318 человек, но с учётом того, что 3 записи там сделаны повторно, видимо, по ошибке, то там 315 персоналий. В дополнительном списке значится подряд ещё 88 фамилий (лист, на котором записан первый десяток оборван и список идёт с № 11, имена тех, кто там записан пока не известны). Итак, 315+88=403 человека, включая тех, кто был убит в барже и тюрьме. Но если считать лишь тех, кто сошёл на берег, то за вычетом убитых выходит 403-15=388 человек.

Итак, число освобождённых баржевиков от мемуара к мемуару и от документа к документу варьируется от 522 до 388 человек! Но так же варьируется и число тех, кто был арестован (и расстрелян) в качестве охранника баржи. А какая связь между караулом и общим числом баржевиков? Оказывается, самая непосредственная.

Изложим данные в виде нижеследующей таблицы и проанализируем их.

Дата свидетельства Имя свидетеля, источник. Откуда узнали про баржу Кто провёл операцию Число освобожд. пленников Число арестов. охран.

18.10 1918 г. Оперсводка Штаба 2 А. ? ВВФ 522 ?

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

18.10 1918 г. Телеграмма Ленину ? ВВФ 432 45

18.10 1918 г Требование на сапоги ? ? 434 ?

16.01.1920 г. Приказ РВС ? Раскольников 432 ?

27.10 1918 г. В.Карманов ? Раскольников и моряки 434-422 ?

1922 г. А.Галанов ? Раскольников 450-418 35

1927 г. П.М.Невлер ? ВВФ 423 ?

1934 г. Раскольников От членов Са- рапульск. Ревкома. Раскольников 453 ?

1918-1924 г. Л.М.Рейснер От населения Раскольников и «офицер» 432 ?

1930-е г.г. А.Б.Елисеев ? А.Б.Елисеев 426 ?

1930-е г.г. «Алфавит» ? ? 388 ?

1937 г. Г.Д.Щёголев Радиоперехват и девочка 12 лет Раскольников и ВВФ 430 23

1957 г. Н.М. Толокнов От населения Н.М. Толок-нов ? ?

1959 г. Б.А.Альбокринов ? Раскольников Альбокринов ? ?

1968 г. Н.Д.Кондратьев От В.М.Азина Раскольников 432 23

1968 г Б.А.Альбокринов Н.М.Толокнов ? Раскольников 432 ?

До 1974 г. Л.Е.Берлин ? Раскольников ? ?

Для большей ясности динамики численности баржевиков кратко изложим детали того, что происходило после захвата баржи.

Так, моряки буксира «Волгарь-доброволец» в один голос утверждают, что: «Всё это ( операция по захвату баржи- А.К.) заняло не более 15-20 минут. Баржа с пленными под двойной тягой «Рассвета» и «Волгаря-добровольца» быстро неслась по течению Камы. А на палубе баржи всё ещё похаживал белогвардейский караул.» Далее, на пути к Сарапулу, примерно у дер. Дулесово: «мы перебрались на баржу, разоружили караул и посадили белогвардейцев в баржевый камбуз, поставив свою охрану, а сами направились к лю-кам. Несколько больных лежали в трюме, они не могли подняться наверх. Когда освобождённые немного поуспокоились, мы решили их накормить. У нас на борту . был сложен печёный хлеб, захваченный у белогвардейцев у пристани Камбарка. Командир приказал каждому выдать по половине буханки.295 Хлеб перенесли на баржу, и мы, матросы, принимавшие участие в обезоруживании белогвардейского караула, вернулись на свой корабль с трофеями- с новенькими винтовками, сделанными на Ижевском заводе.Вечером баржу привели в Сарапул, и поставили недалеко от берега. С неё сняли больных и отправили в госпиталь, а белогвардейский караул сдали властям» [30, с. 150-151]

Что сказать на это? Во-первых, как мы видели ранее, караул баржи сам разоружился, а во-вторых, этот караул был арестован и посажен в палубную надстройку на барже, величину которой мы оценим далее на основе фотографии, а в третьих, из текста можно понять, что караул, наряду с больными мог быть свёзён на берег ещё вечером 17 октября. А иные мемуаристы утверждают, что каких-то арестованных Советской властью людей десятками снимали с баржи 18 октября, и они шли «опустив глаза под гневными взглядами Сара-пульцев», при том, что в документах Народной армии отражен состав караула из восьми человек. Так кого же вели с баржи под конвоем утром 18 октября?

Баржевик А.Е.Ральников писал: «На 18 октября мы не спали всю ночь. Пили чай, которым нас снабжал стоявший рядом с баржей «Волгарь-доброволец». Накормили нас хорошим, свежим хлебом. К 9 часов утра от

295 Очевидно, для этого надо сначала установить общее количество спасённых.

пристани Сарапула к нашей барже пришвартовался небольшой катер, на котором приехали встречать бывших пленных представители Красной Армии, партийные и Советские работники, и фотограф Рогожников.

Баржу причаливают в Сарапуле против течения. У левого борта видны люди в военной форме одежды. Сравните с их изображениями во фронтальном ракурсе на следующей фотографии. Обратите внимание на несколько буксиров у пристани. (Тест на музейной этикетке ошибочен) Из фотофонда НМ УР.

Две цепи бойцов Красной армии лицом к лицу, с винтовками с красными флажками на штыках, образовав для нас проход, были выстроены от берега пристани до базарной площади, где состоялся митинг в честь нашего освобождения. Мы, босые, покрытые рогожами от радости не чувствовали холода.

После митинга нас всех пригласили в столовую, затем в баню. Дали нам новое нательное бельё, по паре новых кожаных сапог, а потом и верхнюю одежду. Затем нас распустили по квартирам.В ответ на подвиг моряков Волжской флотилии в октябре 1918 г. все выздоровевшие товарищи пошли добровольцами в ряды Красной Армии. [ 50, с. 102]

По Ральникову и иным мемуарам выходит, что заключённые с вечера 17 октября до утра 18 содержались на барже у Сарапула. За это время вполне

можно было установить их личности, тщательно переписать, выявить тех, кто нуждается в медицинской помощи и госпитализации.

Утром 18 октября те, кого не увезли в больницу, были встречены военными властями, и, можно предполагать, при этом учтены, переписаны, поверхностно осмотрены на момент пригодности к мобилизации, а после под оцеплением препровождены в баню, где они могли быть более тщательно осмотрены. Лишь после этого их распустили по домам. Известно, что из них формировался т. наз. «Батальон освобождённых». В упомянутом выше «Алфавите баржеви-ков» есть колонка, в которой примерно против сотни фамилий поставлен номер требовательной ведомости военкомата 5734 и, соответственно, порядковый номер мобилизованного в ней.

Итак, попытаемся теперь проанализировать динамику численности бар-жевиков по данным из нашей таблицы.

1.Раскольников появляется в Сарапульсковм Ревкоме (по словам

A.Галанова) около 23 часов 17 октября. До этого часа у моряков флотилии есть вполне достаточно времени для того, чтобы установить число освобождённых на барже; они могут начать считать их хотя бы для того, чтобы определить сколько буханок хлеба им выдать, и имеют возможность их переписывать ещё на пути в Сарапул. Несомненно, комфлот называет число освобождённых на совещании в Ревкоме, где все с нетерпением ждут от него рассказа об удачной рейде. Названную тут цифру 522 человека комполка Л.В.Головко сообщает своему комдиву В.М.Азину в Агрыз, а тот по команде передаёт командарму

B.И.Шорину в Вятские поляны. Соответственно, пока суть да дело, рапорт с этой цифрой уходит в составе оперативной сводки командующему фронтом И.И.Вацетису в Арзамас уже после 00 часов 18 числа. Это естественно.

Именно эта цифра- 522 человека- указана и в Боевой летописи Волжской флотилии, составленной на основе вахтенных журналов. [24, с. 19 ]

Указанная в рапорте цифра 522 человека- эти цифра «брутто»: в ней все категории людей сосчитанных до того, как на уменьшение их число стали действовать факторы, о которых речь пойдёт ниже. Впрочем, наверное, трудно было строить баржевиков в шеренги на палубе и считать их холодной октябрьской ночью. И если баржевикам было выдано по полбуханки хлеба на человека, то названное число 522, скорее всего, отражает лишь количество съеденной ими

17 октября пищи: 261 буханка.

2.Сколько было баржевиков увезено в больницу вечером 17 октября со стоянки — не известно. Как можно было точно сосчитать людей на барже? Да точно так же, как это делали повстанцы 16 октября; перегнать их на другую

баржу по узким сходням. Поэтому первая точная цифра, отражающая количество людей, перешедших по сходням с баржи-тюрьмы на борт батареи -форта «Степан Разин» нам известна: 453 человека. Это цифра из мемуаров Раскольникова издания 1934 года. Наверняка, он её взял тогда не с потолка, а воспользовался своими записями в Полевой книжке; это оправдательный документ, своего рода личный служебный дневник, который заполняет каждый военачальник ежедневно и собственноручно для того, чтобы всегда иметь под рукой нужные данные на случай «разбора полётов» в штабе у высшего руководства. А как же быть с телеграммой Ленину от 18 октября, которая была отправлена после митинга в Сарапуле и в которой указана цифра 432 человека? Лариса Рейснер в очерке, опубликованном в Известиях в 1918 г. эту цифру повторяет; она её ещё точно помнит. А вот в 1934 г. Раскольников, по всей видимости, не стал копаться в архивах, и уточнить, о каком количестве они тогда рапортовали: 522 или 432 человека; он просто указывает ту цифру, которую собственноручно записал в октябре 1918 г. : 453 человека.

3.А нет ли тут противоречия, и что следует принять во внимание: 453 или 432? Нет, всё точно: 453 человека- это те, кто остался после увоза в больницу, и перешёл на «Степана Разина», а 432 это те, кто остался в числе «чистых» после селекции баржевиков чекистами. О какой селекции речь? А вспомним про тех, кто, согласно указаниям мемуаристов, за кусок хлеба, за щепотку табаку, да и просто так выдавал большевиков, кто вытаскивал на палубу своих сокамерников на расстрел: их что же, наградили вместе со всеми и домой отпустили? Как бы не так! Их с баржи повели в узилище.

4.Мемуаристы пишут, что после швартовки баржи выше Сарапула вечером 17 октября к на неё высадился отряд чекистов из города; этот отряд и увёз арестованный немногочисленный караул, винтовки которого порасхватали мо-ряки.296 Тем не менее, и после этого баржу швартовать у города и распускать народ с неё было бы преждевременно; следовало «отделить баранов от козлищ». Несомненно, это и произошло при активном участии большевистской фракции из числа освобождённых. Мемуаристы пишут, что всю ночь на 18 октября они не спали: действительно, как тут поспишь, если всю ночь работал «фильтр грубой очистки». В результате такой очистки 434 человека были признаны «чистыми», и после митинга получили свои кожаные сапоги.

Правда, комиссар Г.Д.Щёголев пишет, что «чистых» оказалось лишь 430, а 23 человека, которых сводили с баржи- это были «конвоиры». Ну да, действительно, чекисты так и объявили, что это враги, и имели все основания для этого, ибо это были те, кто сотрудничал с контрразведкой повстанцев. Так и полу-

296См. текст А.Галанова: с. 31 в наст. издании.

чается 430+423=453, как раз столько людей и вышло из баржи утром 18 октября по данным Раскольникова.

5. Военный комиссар Сарапула Галанов говорит, что в барже сидело около 450 человек. А после митинга он начинает использовать баржевиков в качестве «призывного контингента»; он кормит их в столовой и указывает число пайков, которые выписываются на них в течение двух недель из местных ресурсов: 418. Он же указывает и число «нечистых», которое несколько увеличилось, видимо, вследствие деятельности карающих органов: 35 человек. Но в итоге получается всё та же численность, показанная Раскольниковым: 418+35=453 человека.297 Иными словами, разницу между тем числом, что сошло с баржи и тем, что было записано в реестры освобождённых надо было куда-то «списать». И её списывают на то «процеживание» с баржи на баржу контрразведкой повстанцев от 16 октября, утверждая, что тогда было убито сразу 30 человек! В самом деле, ни Карманов, ни Невлер не видят того, как при «фильтрации» контрразведчики убивают их сокамерников, а фамилии называемых ими немногочисленных жертв совпадают с данными «Алфавита баржеви-ков», в соответствии с которыми карательные органы повстанцев казнили из данного контингента в общей сложности всего15 человек. Причём, начиная с момента их заключения в Сарапульскую тюрьму до той последней «фильтрации» 16 октября. [26]

6.Именно так эта численность «чистых» в 432 души, указанная в телеграмме Ленину и пошла гулять из публикацию в публикацию, её повторяют люди, не имевшие касательства к пересчёту баржевиков.

Годы спустя, вследствие действия фильтра всё более тонкой очистки общее число баржевиков, включая тех кто был расстрелян ещё в Сарапульской тюрьме до перевода в баржу, кто был убит на барже, погиб на фронтах Гражданской войны и даже умер гораздо позже своей смертью, включая китайцев, и кто мог бы претендовать на официальное признание в качестве баржевика в соответствии с официальным «Алфавитом» составляет лишь 403 человека. Видимо, из числа баржевиков были исключены те, кто принадлежал к иным, небольшевистским партиям и запятнал себя сотрудничеством с противником за время заключения. Но не все, согласно отметкам «Алфавита» получили справку, дающую право на льготы: по нумерации справок можно заключить, что таковых, с учётом расстрелянных в барже и тюрьме, и чьи справки были выданы родственникам, оказалось менее трёхсот. Именно эти люди за свои двухне-

297 Получается, что несколько пар сапог было выдано неосмотрительно и преждевременно: сначала чекисты берут из числа освобождённых 23 человека, затем добирают до 35, и таким образом сначала экономию составляют эти 12 пар (35-23=12), а затем, и вся обувка с арестованных и выведенных в «расход» коллаборационистов поступает в доход государства.

дельные мытарства в барже и за гибель кормильцев получили от Советской власти вполне определённые льготы и преференции, которыми пользовались много лет.

11. Анализ фотодокумента

Автор этих строк получил кроме исторического ещё и специальное образование в высшем учебном заведении КГБ СССР, многократно участвовал в организации и осуществлении оперативных мероприятий, и производил следственные действия, в том числе и по задержанию вооружённого подозреваемого в совершении преступления. Да что там говорить, и вы сами, уважаемые читатели, пристально взглянув на фотодокумент легко поймёте что в толпе людей, стоящих на палубе баржи-форта на которую переходят освобождаемые есть два типа людей. Примерно половину кадра занимают моряки, солдаты и юнги Волжской флотилии. Их легко узнать по той неширокой гамме чувств, которая отражена на их лицах: это удивление и любопытство. Но есть здесь люди, которые пришли не глазеть: они работают, и поэтому лица их выражают сосредоточенную напряжённость и фотограф, который попросил посмотреть всех в объектив, вызывает у них раздражение, ибо отвлекает от выполнения боевой задачи. (Это видно при рассмотрении людей на переднем плане снимка.)

Итак, обратимся к рассмотрению фотографии из фонда Национального музея Удмуртии.

На фотографии мы видим два судна, пришвартованные борт к борту: их граница идёт примерно по середине снимка. В центре кадра видны сходни, а от них, образованный оцеплением проход по палубе на берег. Мы разбили снимок на секторы: это позволило сосчитать баржевиков: по нашим данным здесь их 341 человек. Качество снимка позволяет разбить его на фрагменты и рассмотреть при большом увеличении. Покажем то, что нам удалось разглядеть.

Первое, что бросается в глаза- это отсутствие положительных эмоций у всех присутствующих на снимке: не улыбаются даже женщины-медсёстры (в белых платочках слева возле орудийной полубашни) и мальчишки-юнги!

Снимок сделан в момент, когда двое баржевиков уже сошли по сходням: первый сбросил на палубу рогожный куль и стоит в шинели (справа), которую на него, по-видимому только что накинул кто-то из встречающих. (См. Фрагмент 1). Второй баржевик, закутанный в рогожу, идёт по сходням (слева), и его изображение получилось нерезким.

В правой части снимка- одни из узников, который взобрался по канату.

Из фотофонда НМ УР.

Можно полагать, что данная мизансцена поставлена специально для фотографа, и последующих снимков данного события, историки, кажется, не опубликовали. Тогда получается, что после этого «официального снимка», который получился достаточно умилительным, фотокорреспондент, как это всегда бывает при серьёзных делах, был удалён и процесс селекции баржевиков пошёл своим чередом.

Но отчего никто не радуется в момент, который мемуаристы описывают как всеобщее ликование? Да хотя бы потому, что третий человек, расположившийся между описанными двумя баржевиками, который смотрит в объектив и положил левую руку на перила -это вооружённый чекист с оружием наготове.

Его шинель расстегнута в промозглый октябрьский день на Прикамском ветру совсем не зря: под левой полой прячется кобура, к которой тянется по животу полукругом револьверный шнур. Этот шнур шлёвкой прикрепляется к поясному ремню, а другим концом к кольцу на рукоятке револьвера. Он служит для того, чтобы не потерять оружие в условиях боя. При увеличении изо-

бражения этот шнур становится виден вполне отчётливо. (См. фрагмент 2, показано стрелкой. ).

Кого же он конвоирует? За ним идёт мужчина в чёрном пальто и шляпе, парень в картузе, мужчина в белой рубашке и расстёгнутом пальто с меховым воротником, а за этим тремя стоит суровый бородач в фуражке со звездой и опять же в расстёгнутой шинели. По крайней мере, и тот который в шляпе, и тот, что в пальто выглядят как охраняемые лица. (См. фрагмент 3)

Фрагмент № 4 показывает группу справа от парапета сходен: в центре угрюмый небритый человек без шапки, опустивший лицо, а справа от него служивый в длинной кавалерийской шинели и светлой папахе. Вот у него револьверный шнур виден вполне отчётливо, только шинель застёгнута, ибо за пазухой у него явно что-то лежит, например, папка с протоколами задержания и допроса, а в правой руке при большом увеличении можно видеть то ли клинок, то ли свисающую верёвку? Плотно «опекаемый» бородач держит руку на перевязи, на нём тулуп явно с чужого плеча. За ним ещё один солдат в полурасстёгнутой шинели. Рядом с ним круглолицый здоровяк в чёрном бушлате и светлой фуражке, облокотившийся на парапет. Характерно, что у того в руке не самокрутка, а тонкая «казённая» папироска. Возможно, это руководитель операции? Как бы то ни было, всё это весьма походит на то, что на языке спецслужб называется «скрытое конвоирование».

Заметно, что борт баржи-тюрьмы метра на полтора выше борта баржи-форта. Видимо, чтобы заключённые не начали перепрыгивать, вдоль борта военного судна видно выставленное оцепление. (Фрагмент № 5). Характерно, что

двое бойцов в папахах из левого оцепления не успели повернуться к фотографу; вполоборота стоит и мужчина у левого края фрагмента, и моряки стоящие у борта не все повернулись к фотографу корпусом: они стоят на посту, наблюдают за поведением баржевиков и предотвращают их несанкционированный сход на берег?

А вот товарищ из правого оцепления в шинели двумя рядами светлых пуговиц; он хотя и повернулся к фотографу корпусом, но правый карман у него явно не пустой (См. фрагмент № 6)

Итак, фотограф сделал снимок «для истории» сейчас его самого снимут с башни, на которую он залезал, и чекисты поведут задержанных на берег. Но поведут, видимо, не всех: ближе к левому краю снимка видна группа людей, которые, по всей видимости, залезли на надстройку. (Фрагмент 7) Это помещение в мемуарах называют и караульным помещением, и камбузом. И можно обоснованно полагать, что в этом помещении всё ещё находятся арестованные. Отчего так? Во-первых справа от надстройки в правой нижней части фрагмента № 7 виден матрос; он явно из того караула, который ребята с «Волгаря» выставили там накануне. А что там ещё матросу делать? И нигде более среди рогожных кулей форменный бушлат не чернеет. На крыше камбуза уместилось стоя 12 человек. Можно полагать, что и внутри его уместилось столько же задержанных, не больше.

А справа от сходен виден человек в кожаной куртке с караваем хлеба под мышкой. (Фрагмент 8). Он идёт и смотрит как раз на того матроса- караульного у надстройки. Кому эта «кожаная куртка» несёт на баржу пятифунтовый каравай; ведь барже-виков всю ночь кормили трофейным хлебом моряки с «Волгаря-добровольца»? Не иначе, как этот каравай на пищу арестованным. И на призыв фотографа ему наплевать: человек серьёзным делом занят. Вообще, у сходен концентрация «кожаных кур-

ток» и людей с сосредоточенными лицами замечательная: справа их не менее шести-семи. (Фрагмент 10)

Качество снимка позволяет разглядеть при увеличении и название корабля «Прыткий» на ленточке матроса в правом верхнем углу, и название «Вол-гарь-добров » у юнги на переднем плане, и «старорежимную» офицерскую эмблему из двух якорей на фуражке командира в центре. (Фрагмент № 9)

Фрагменты 10 и 11: суровые чекисты и солдаты оцепления.

Как представляется, нам удалось в значительной степени просветлить тёмные места многочисленных источников, которые столь различно освещали эпизод с Гольянской баржой, и реконструировать события, изложив их более или менее непротиворечиво.

Но мы коснулись пока в основном лишь только внешней стороны событий. А то, что творилось в течение двух недель внутри баржи, представляет собой отдельную историю, рисующую реальную картину жизни, отличающуюся от пропагандистских поделок. Мы располагаем воспоминаниями баржевиков, которые были направлены ими когда-то давно в газеты, музеи и архивы, но остались либо не опубликованными, либо вышли в свет в сильно урезанном и тщательно приглаженном виде. Читая эти воспоминания можно видеть, как ещё в тёмном и зловонном трюме заключённые делились на фракции, или, говоря уголовной лексикой «кентовки», кому и как доставалась пища из продуктовых

передач и одежда,298 как выявляли «стукачей», делили пайку и устраивали свой убогий быт. Одним словом, разделение на «чистых и нечистых» существовало уже с первых часов трюмного сидения, и тезис о монолитности «коллектива баржевиков» — это, увы, ещё один миф Советской пропаганды. Но это уже, как говорится, тема для следующей книги.

Орудийная полубашня, охраняемая расчётом моряков. В глубине короба виды механизмы пушки.

А пока на примере освещения событий вокруг Гольянской баржи мы увидели, что долгие годы историки и литераторы считали истину настолько растяжимой, что натягивали её на идеологические болванки и так и эдак.

Но, дорогие друзья, только выбросив из головы навязанные нам идеологические догмы, избавившись от партийного большевизма, мы сможем мыслить логически, и в итоге приложим все силы к тому, чтобы избежать кровавой диктатуры в области общественного устройства.

298 Зачем Гольянскую баржу было искать, если, по воспоминаниям заключённых, не неё принимались продуктовые передачи от родственников, которые приезжали прямо на берег? Тайна местонахождения баржи была таковой только для Сарапульского Ревкома?

Название нашей книжки, безусловно, по форме своей не является типичным для научной монографии, равно как и содержание прочитанного вами текста. (И мои высокоучёные коллеги, облечённые степенями и званиями пеняют мне на это.) Однако мы постарались сделать повествование не только доказательным, но и занимательным. И что можно сказать в качестве итога?

Так Белая пропаганда изображала Красных матросов и их подруг. В правом нижнем углу- Л.Д.Троцкий.

Конечно, в ходе Гражданской войны применение баржей для содержания заключённых было делом вполне обыденным: в трюмах содержались заложники, взятые Красными в Уфе и привезённые в Сарапул летом 1918 г., «баржа смерти» известна и в связи с событиями Ярославского восстания, и в ходе войны в Сибири, и в битве за Царицын. Да и у нас несколько баржей для содержания своих политических противников использовали повстанцы Воткинска. Но нигде, пожалуй, кроме как в Гольянах использование баржи не приобрело столь громкого и длительного исторического резонанса. Наверное, только эта баржа удостоилась сразу двух памятников (второй на набережной Сарапула),

никакая другая баржа не была описана столько раз в литературе, и, наверное, нигде, кроме как в Г ольянах нет школьного музея, в котором до сих пор регулярно собираются потомки баржевиков!

Итак, отчего нашей барже так повезло? По какой причине именно она бы-

ла, говоря современным языком «раскручена» и «распиарена»299, а её заключённые и освободители широко прославлены? Можно утверждать, что всё это произошло благодаря тому, что в Сарапуле 17-18 октября 1918 г. находилась Лариса Михайловна Рейснер: именно она поднялась на трибуну митинга после схода заключённых на берег, когда оказалось, что Раскольников говорить не может: его душат спазмы и слёзы. 300 Возможно, именно она, чутким женским сердцем соболезнуя судьбе страдальцев и подвигла руководство флотилии на тот, вобщем-то весьма авантюрный рейд вверх по Каме в неизвестность?301 Возможно, Л.М.Рейснер, как талантливый литератор, приложила руку и к мемуарам Викентия Карманова, опубликованным сразу после тех событий в газете 2-й армии? И, несомненно, именно ею написанный очерк, опубликованный в центральных «Известиях» в ноябре 1918 г. вывел Гольянскую баржу из череды аналогичных эпизодов и на долгие годы запустил на орбиту «героики Гражданской войны».

А вышедшие массовыми тиражами в Советское время очерки Ларисы Рейснер формировали сознание миллионов школьников, и под эти очерки, излагающие каноническую версию событий, подстраивались даже многие мемуаристы. Впрочем, сама она относительно личности тех, кто провёл операцию по захвату баржи, читателя напрямую не дезинформирует; преподнося формулировку: «Наш офицер в блестящей морской фуражке передаёт приказание на буксир.» Она просто не называет фамилии Альбокринова, Толокнова, Елисеева, Георгиади и других героев, и читатель, который эти фамилии нигде узнать не может, волей-неволей связывает все действия Гольянского рейда именно с тем, чья единственная фамилия в тексте названа: с Раскольниковым.

Несомненно, именно Лариса Рейснер явила пример того, как любящая женщина может сделать из своего партнёра человека выдающегося. Так что, по большому счёту, феномен Раскольникова-освободителя возник благодаря большой любви. Но, увы, биография Ларисы Михайловны полна примеров то-

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

299 Пиар- от английской аббревиатуры «PR»- Public Relations, т.е. дословно общественные отношения. Термин используется для обозначения деятельности, направленной на формирования общественного мнения по отношения к тому или иному явлению или человеку.

300 См. статью Щёголева; с. 96 в наст. издании, а также публикацию С.П.Зубарева [51].

К такому предположению подталкивают по крайней мере 2 аналогичных случая с прорывом Красных кораблей,( на которых находилась Л.М.Рейснер) через порядки противника на Волге в навигацию 1919 г. [52]

го, как пламенные и нежные чувства переплетались с деланием карьеры. Трудно сказать, хорошо это или плохо, но биографы «Дианы-воительницы» пишут и об её близких отношениях со Львом Давидовичем Троцким, и намекают на связи с иными яркими личностями из её окружения.

Политкомиссар 28 дивизии Г.Пылаев, Ф. Раскольников, Л.Рейснер, В.Азин. Снимок лета 1919 г.? из архива Музея Революции.

Опубликован в газете Труд, 1987 г. , 18 июля.

Ошибочно датирован 1921 г.- Азина тогда уже не было; он погиб в январе 1920.

В конце концов, уехав с Раскольниковым в составе Советской дипломатической миссии в Афганистан, Лариса Михайловна вскоре бросает супруга, сбегает в Москву и там начинается этап её жизни, связанный с поездкой в Германию вместе с партийным деятелем Карлом Радеком. (Последний имел неосто-

рожность высказывать в плане целесообразности сближения российских коммунистов с немецкими национал-социалистами, и в итоге был репрессирован.) Официальной причиной смерти Л.М.Рейснер в 1926 г. была названа её скоротечная инфекционная болезнь.

Биография этой героической женщины описана многократно, но от этого яснее в деталях она не становится.302 Так, например, широко известна её фотографии в компании трёх мужчин. Считается, что крайний слева это политко-миссар 28 дивизии Г.Пылаев, крайний справа- очевидно В.М.Азин, командир той дивизии, а центре Ф.Ф.Раскольников. Так как у Азина можно видеть орден Красного знамени, полученный им весной 1919 г., а на Раскольникове летний морской китель, то фото относится, скорое всего, к лету 1919 г. Характерна поза Ларисы Михайловны: её правая рука положена на спинку дивана за Раскольниковым, а левая- на плечо Азина. (См. фото в тексте).

А вот фрагмент той же фотографии (опубликованный в жизнеописании Л.М.Рейснер [52] ). Нетрудно заметить, что Раскольников отсюда отрезан. Азин же тонко заретуширован, и левая рука модели, неестественно подогнутая, зависает в воздухе. Ретушёр чуть изменил и шляпку и брошь, чтобы казалось, будто это иная фотография. Зачем всё это сделали? Вот вопрос.

302 См., напр. [52], [53]. ИДНАКАР 2 (15) 2012

Но как бы то ни было, мы постарались сделать так, чтобы яркий эпизод из истории Ижевско-Воткинского восстания привлёк внимание любознательных читателей и исследователей. Кого-то озвученные здесь гипотезы и выводы убедили, а кого-то, возможно, и нет. Поэтому желаем успеха тем, кто решится продолжить изучение данной темы. Пишите, излагайте вашу критику, основанную на исторических источниках, и ни одно письмо не останется без ответа.

8 909 060 47 77

Литература и источники

1. Вторая армия в боях за освобождение Прикамья и Приуралья. 19181919. Документы. Устинов: Удмуртия, 1987. 316 с.

2. ЦГА ВМФ Ф. 3-143, Оп. 1., Д. 217. Л. 200-201, 203. Телегр. Бланк. Цит. по: [20, с. 127].

3. Военный моряк: журнал. 1958. № 7.

4. ЦГА УР, Ф. 489, ОП. 1. Д. 2.

5. Шорин В.И. Борьба за Урал // Гражданская война. 1918-1921. М., 1928.

6. Чуйков В. И. Закалялась молодость в боях. М.: Воениздат, 1970.

7. Памятники истории и культуры Удмуртии: каталог. Ижевск: Удмуртия, 1990. 156 с.

8. ГА РФ Ф. 1235, Оп. 74. Д. 301 Дело по ходатайству Уральского облисполкома о переименовании сел и пристани Гольяны Сарапульского района Са-рапульского округа Уральской области в село и пристань Раскольниково.

9. ГА РФ Ф. 3316, Оп. 22, Д. 818 О переименовании села и пристани Сарапульского района и округа «Гольяны» в «Раскольниково».

10. ГА РФ Ф. 5677, Оп. 9. Д. 305 Дело о переименовании села и пристани Сарапульского района Уральской области «Гольяны» в «Раскольниково».

11. Гольянский Школьный Музей (Далее: ГШМ); Инв. № 145.

12. ЦГА УР Ф. 489, Оп. 1, Д.2.

13. ЦГА УР Ф. 489, Оп. 1, Д.7.

14. Борьба: газета 1918. № 20. 27 октября.

15. Коробейников А. В. Ижевско-Воткинское восстание: красные мемуары. Ижевск: Иднакар, 2013. Ч.1. 120 с.

16. Галанов А. Военный эпизод на реке Каме в 1917 г. // К пятой годовщине пролетарской революции в Прикамье: сб. статей. Ижевск: Издание Вотского областного комитета РКП(б), 1922. С. 31-35.

17. Коробейников А.В. Волжская флотилия против Прикамской Народной армии (осень 1918 г.). Ижевск: Иднакар, 2012. 98 с., илл.

18. Коробейников А.В. Воткинское судостроение и Гражданская война: (Очерки социальной истории города и завода). Ижевск: Иднакар, 2012. 198 с.

19. Мейрер Г. Война на Волге.1918 год // Гражданская война в России: борьба за Поволжье. М.: АСТ, 2006. С. 265-290.

20. Волжская военная флотилия в борьбе за власть Советов. (1918-1919): сб. документов. Горький, 1979. 335 с.

21. ГА РФ Ф. 102, Оп. 99, Д. 2710 О лицах, обвинявшихся в тайной выделке и сбыте огнестрельного оружия и боевых припасов казённого образца.

22. Национальный Музей УР. Инв.№ 29987: Невлер П.М. Баржа смерти: рукопись.

23. ГА Пермского края Ф. Р-135. Оп.1. Д.432. Невлер Павел Моисеевич.

24. Ульянов Н.И. Хроника действий Волжско-каспийской военной флотилии и отрядов судов и десантных за 1918-1920 гг. Горький: Издание боевого землячества моряков, 1934. 64 с.

25. Молчанов В.М. Последний белый генерал: устные воспоминания, статьи, письма, документы / сост. Л.Ю. Тремсиной; коммент. С.В.Волкова. М.: Айрис-пресс, 2009. 400 с.

26. Национальный Музей УР. Инв. № 2717: Алфавит баржевиков, значащихся по тюремным спискам, требовательной ведомости военкомата и по утверждённым анкетам.

27. Раскольников Ф. Ф. Рассказы мичмана Ильина. М.: Сов. лит., 1934. URL: http://militera.lib.ru/memo/russian/raskolnikov_ff/index.html.

28. ЦГА ВМФ Ф. Р-342, Оп. 1, Д. 220. Л. 274. Телегр. Бланк. Цит. по: [29, с. 126].

29. Волжская военная флотилия в борьбе за власть Советов. (1918-1919): сб. док. Горький, 1979. 335 с.

30. Вспоминая былые походы. Сб. воспоминаний ветеранов Волжской военной флотилии. Горький, 1959. 294 с.

31. ЦГА УР, Ф. P-1061, ОП. 1. Д.23. Приказы по войскам 2-й армии Восточного фронта 12 сентября — 31 декабря 1918 г.

32. Удмуртская правда. 1937. 10 августа.

33. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 166. Д. 575.

34. Гаврилов И.Г. Шудо пумиськон. (Счастливая встреча. Рассказы на удм. яз.). Ижевск: УДГИЗ, 1936. 42 с.

35. Кондратьев Н. Начдив Владимир Азин. М.: Воениздат, 1968. 236 с.

36. Берлин Л.Е. Волга — Кама — Каспий // Флагманы: Сб. воспоминаний и очерков о репрессир. флотоводцах / сост. А.П. Аристов. М.: Воениздат, 1991. С. 56-72.

37. Раскольников Ф.Ф. Письмо Сталину. Огонёк. 1987. № 26.

38. Альбокринов Б.А. Балтийские миноносцы // Вспоминая былые походы: сб. воспоминаний ветеранов Волжской военной флотилии. Горький, 1959.

39. Альбокринов Б.А. Балтийские миноносцы // Вспоминая былые походы. Горький, 1968. С. 89-95.

40. ГШМ, инв. № 127. Вспоминает Толокнов Николай Михайлович.

41. ГШМ, инв. № 128 а. Вспоминает Толокнов Николай Михайлович.

42. РГА ВМФ, Ф.Р-402, Оп. 2, Д. 143, л. 142—143. Цит. по: http ://r2russia.far.ru/page/stu2_94.html.

43. ГШМ, инв. № 174. Евгений Григорьевич Белов.

44. Стасевич П.Г. Кампания Волжской флотилии на реке Каме в 1919 году. Л.: Военно-морская академия РККА, 1930. 96 с.

45. Стрижков Ю.К. Продовольственные отряды в годы Гражданской войны и иностранной интервенции. М.: Наука. 1973. 316 с.

46. Кутчер В.Е. На канлодках «Царицын» и «Товарищ» // Вспоминая былые походы. Горький, 1968. С.41-51.

47. ЦГА УР. Ф. Р — 460. Оп. 1. Д. 1.Приказы, инструкции и циркуляры штаба формирования народной армии и артиллерийского дивизиона Ижевской народной армии / Штаб формирования Ижевской народной армии.

48. ЦГА УР, Ф. 489, Оп. 1, Д. 7.

49. Бехтерев С.Л. Эсеро-максималистсвое движение в Удмуртии. Ижевск, 1997. 192 с.

50. Ральников А.Е. Нас спасли моряки Волжской военной флотилии // Вспоминая былые походы. Горький, 1968. С.96-102.

51. Зубарев С.П. По указанию Ильича // Красное Прикамье. 1968. 14 сентября.

52. Пржиборовская Г. Лариса Рейснер. М.: Молодая Гвардия, 2008.

53. Соловей Э.С. Лариса Рейснер: очерк жизни и творчества. М. : Сов. писатель, 1985. 160 с.

ИДНАКАР МЕТОДЫ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ

Номер 2 (15) 2012 г.

Издатель — Алексей КОРОБЕЙНИКОВ

Главный редактор — д.и.н., проф. Сергей БЕХТЕРЕВ

Редколлегия -д.ф.н., проф. Риф НАСИБУЛЛИН, д.и.н. Игорь ЖЕРЕБЦОВ, д.и.н., проф. Аркадий ТРОНИН, д.т.н., проф. Николай МИТЮКОВ, к.и.н. Владимир ЧУРАКОВ, к.и.н., доц. Сергей БЕЛЫХ (ответственный секретарь), к.и.н. Дмитрий Репников, к.ф.н. Галина Старкова, Алексей КОРОБЕЙНИКОВ.

Рецензенты: Кобзев И.И., независимый исследователь, канд. культурологии Павлова И.Ф. доц. каф. Мультимедиа технологий УдГУ, к. пед.н.

Отпечатано ООО «Знак Ижевск», 4260004, УР, г. Ижевск, ул. Советская, 22 а. Тираж 100 экз. Заказ №13 79 Подписано в печать 17 12.2012

1.По своим личным наблюдениям попробуйте определить вероятность того, что на уроке присутствуют все ученики класса.

3.По своему личному опыту попробуйте определить вероятность того что число задач по математике , заданных на дом , будет четным.

4.Можно ли приближенно вычислить вероятность опоздания ученика на урок? Если можно, что для этого нужно сделать?

  • Предмет: Другие предметы
  • Автор: marina64
  • 3 года назад

Ответы 1

1. 5% 2. а) 50% б) 40% в) 1% 3. 50% 4. Рассчитать, успеет ли добежать во время горящего светофора, успеет ли зайти в школу, а потом и в класс до звонка

  • Автор: yellowreme
  • 3 года назад

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *